Я жертвовала всем своим счастьем, чтобы угодить родным и в итоге они первыми отвернулись от меня.
Когда я закрыла за собой дверь своей однокомнатной квартиры на Оболони, на часах было почти полночь. В коридоре тускло горела только маленькая лампочка над зеркалом та самая, что мама когда-то просила не менять, потому что “ещё работает”. Я скинула сапоги медленно, чувствуя то самое тяжёлое сжатие в груди, что преследовало меня каждый вечер.
На столе на кухне лежала записка.
“Позвони. Срочно.”
Подпись: мама.
Я даже не вздохнула. Просто села на табуретку и набрала её номер. Так было всегда моя жизнь могла подождать.
Где ты опять так поздно ходишь? раздался усталый голос, даже не спросила, всё ли у меня в порядке.
На работе, выдохнула я.
Ты ведь знаешь, что завтра должна приехать. Отцу плохо, а твоя сестра, как всегда, не может.
Конечно, не может. Моя сестра Алена вечно “не может”. А я всегда должна.
Несколько лет назад мне предложили работу в Харькове хорошая зарплата, другая жизнь, шанс наконец-то перестать быть “той самой, на кого всегда все рассчитывают”. Мама тогда плакала. Отец молчал. А Алена только сказала:
Разве ты не можешь хоть раз подумать о нас?
Я подумала. И отказалась.
Потом я вышла замуж. Не потому что любила его, а потому что все вокруг твердели пора. Муж был “правильным” самую эту фразу говорили мои близкие. Правильный, но чужой. Со временем мы стали соседями по квартире, которые обсуждали только коммунальные счета и обязанности.
Когда я решилась на развод никто меня не поддержал.
Сама виновата, бросила мама.
Терпеть надо было, добавил отец.
Я снова стиснула зубы.
Самый тяжёлый удар был впереди. Когда заболела не смертельно, но обмороки, усталость, боль в костях, что не проходила. Врач сказал: сбавь темп, береги себя, нельзя всё тащить одной.
Вечером я попыталась объяснить это дома.
Значит, завтра не приедешь? спросила мама уже холодно.
Не смогу. Мне очень плохо.
Наступила долгая пауза. Потом её голос стал ледяным.
Ну вот, и ты теперь только о себе думаешь
После этого не звонили мне днями.
Потом неделями.
Когда наконец я приехала встречала меня у двери Алена. Неуверенно улыбнулась:
Мы даже не знали, придёшь ли вообще.
Я вошла и сразу почувствовала: я здесь чужая, не часть родни, не поддержка. Просто человек, который посмел быть не всегда доступной.
Тогда до меня дошло.
Пока я отказывалась от себя ради них, я нужна была.
В тот момент, когда мне самой потребовалась забота я стала неудобна.
Я ушла из того дома без скандала. Без слёз.
Но с решением.
Больше ни дня не буду жить не своей жизнью только чтобы быть удобной другим.
Иногда потерять тех, ради которых себя рушил не трагедия.
Иногда это единственный шанс выжить.
