Максим, не считай ворон!
Уже несколько дней Максим совсем не берет еду, которую приносит ему Варвара:
Ну что ты, милый, это ведь те же самые котлеты, что и Петр Сергеевич тебе всегда приносил. Не придет он пока… Не жди, вздыхает Варвара, пожимая плечами.
Странная сцена: на длинной серой остановке все рабочие с завода в Николаеве, ждущие маршрутку, сгрудились вместе у края. Вторая половина остановки пуста если не считать рыжего, лохматого пса, который важно развалился перед скамейкой.
Максиму пошел четвертый год, и жизнь он знал, как свои четыре лапы. Дни напролет проводит у остановки недалеко от общежития. За общежитием завод, за ним поле. Там он уже был не раз: не то что интересно.
Как назвали Максимом, пес так и не вспомнит. Придумали это имя несколько молодых женщин из общежития пожалели его бедовую жизнь и стали подкармливать. Остальные же предпочитают обходить Максима стороной.
Не умеет Максим смотреть на прохожих жалобно. Не виляет показательно хвостом, не просит ласки. Максим вообще совсем иной: за свои три полных года он стал брюзгой и ворчуном вроде старика себе на уме, раздражённый и нелюдимый.
Максим умел нагнать страха своим скверным характером.
Люди Что про них сказать хорошего? О большинстве из них? Да ничего толком. Вот двух женщин, что регулярно подкармливали Максима, он не считая, всех относит к обычным проходящим.
Не выносит Максим людей, не любит ворон, с отвращением косится на прыгающих воробьев.
Детская наивная пора, когда любой прохожий кажется добрым давно прошла. И для Максима тоже.
По его псу мнению, люди мало чем лучше ворон те же неприятные звуки, перебранка на остановке, толчеи, да еще и норовят прогнать пса, чтоб не мешал.
За что их любить? Особо даже думать не хочется.
А уж про ворон отдельный разговор. Эти хитрюги норовят утащить последнее угощение, которое только что подбросили добрые руки из общежития.
Максим срывается на воронов, а те облетают, совещаются важно да всё возвращаются, держат оборону. Так весь день и проходит: туда-сюда перебранки с пернатыми, где подсчитывает самых нахальных, облает двухногих и снова возвращается к одиночеству на остановке.
В целом, на серой остановке жить можно. Хоромы не хоромы, зато от ветра и от дождика спрятаться можно всегда, прохлада в знойный день есть. Вот только людей много
Эй, барин, разлёгся! Дай хоть скамейку занять! чей-то ботинок прервал сонливость Максима.
Пёс открыл глаза. Ботинок заносится над лапами, но хозяин остановки решает: Драться хочешь? Погоди-ка!
Максим вскакивает, ботинок пытается увернуться и поспешить прочь, но тут уже подъезжает маршрутка.
Больше всего Максим не выносит вот этого: когда человек запрыгивает в свой автобус, и обида испаряется вместе с дверями. Так много кого и упустил!
Но теперь ботинок остался на остановке, без своего хозяина. Одинокий, никому не нужный.
Вот тебе! решил Максим, рад победе. Пару минут погрыз заветный трофей, потом с гордостью потащил его за ближайшую урну.
Варя, держись подальше от этой непонятной собаки, светловолосая женщина оттянула подругу.
Совсем бешеный, никакой управы, поддержал мужчина в темном пальто, с сигаретой в зубах.
Окурок едва не попадает в Максима, тот с лаем бросается вдогонку. Мужчина, ругаясь, уходит на другой край остановки
*****
На следующее утро Максим снова встречает хозяина того самого ботинка. На этот раз с ним еще один человек.
Вот! тычет со злостью палец ботинка в сторону Максима, стоя при этом как можно дальше. Вот эта агрессивная собака! Сделайте что-нибудь, сколько можно!
Что? второй человек-собеседник удивлённо пожимает плечами. Вы не первый жалуетесь. Но у нас в Николаеве службы отлова нет.
Ботинок по-вороньи кричит, машет руками. Максим спокойно вслушивается, голову чуть наклонил.
Скоро и второй мужчина начинает спор. Максим довольно щурится: Ну красота, пусть теперь друг с другом воюют, шуму больше, чем от ворон на булку хлеба.
Хозяину ботинка даже кажется по морде рыжего пробежала насмешка. Но, может, показалось…
Я охраняю общежитие, а не остановку! рявкнул охранник и зашагал к проходной. Потом задержался: Так вы ему кость киньте, не будет никого прогонять.
Охранник искренне хочет помочь дельным советом.
Спасибо большое! Может, мне ещё полник котлет из столовой тащить? бурчит хозяин ботинка. И, глядя в глаза Максиму, добавляет: Ну ты даёшь, дикий пес! Не рычишь даже? Вот чудо!
Зверюга, будто понимая, кого ругают, помогает недовольному ботинку унести ноги, лаем провожая отъезжающий транспорт.
Максим гордо встречает взглядом красное лицо Петра Сергеевича (так звали ботинка), когда тот исчезает за мутным стеклом маршрутки
Избежать следующей встречи не удалось. Петр Сергеевич только что получил должность замдиректора по производству на заводе.
Всё у него новое людей только начал узнавать, пес на остановке каждый день теперь напоминает: житья нет. А машина на ремонте, приходится ездить с толпой, слушать лающий караул.
Вот уж кому не повезло! Был на то всего лишь один и тот пристал.
С этого времени Максим будто забывает об остальных. Весь выжидает Петра Сергеевича, ждёт знакомой походки, готов смотреть, не мигая.
Терпения хватает недолго: прислушался к совету охранника, Петр Сергеевич после смены покупает для Максима котлету.
На, ешь! достает из пакета угощение у остановки и смотрит на пса.
Максим готов уже провожать ботинок лаем, но запах котлеты сражает наповал. Подходит. Принюхался…
Котлета как будто тает на месте, исчезает ещё быстрее, чем появилась. Максим облизнулся, взглянул на человека.
Ты глянь на него! Всё мало! У меня и семьи нет, а тут еще собачьи просьбы. Да и из столовой таскать самому не достанется!
*****
На следующий день Петр Сергеевич удивился.
Петр Сергеевич, смотрите-ка, Максим вас совсем не лает, засмеялась розовощекая секретарша Варвара.
Да, Варь, уважил меня, наконец, отвечает с гордостью, сам украдкой глядя на Максима.
Теперь рыжий одиночка всё больше верит в традицию каждый раз, когда появляется Петр Сергеевич, появляется и угощение.
Так, может, и люди не все такие глупые, как думал раньше Максим? Не все на ворон похожи, которые только ругаются и щиплют хлебные корки.
Осень всё холоднее, скоро зима. В какой-то утренний час засыпает серую остановку пушистый первый снег. С полей холодный ветер, ледяной, резкий.
Петр Сергеевич уже по привычке выкладывает рядом котлету, да еще кусок хлеба.
Дрожащий Максим трясется да и не успевает разглядеть угощение, как всё исчезает. Ну и ну, настоящая собачья жизнь: только запах на асфальте остался.
Петр Сергеевич смотрит, как уши пса дрожат на ветру.
Петр Сергеевич, ваша маршрутка! одёрнула его Варвара, но мужчина лишь махнул рукой.
Эх, со вздохом оборачивается он к проходной.
Проходит минута и рука в черной перчатке осторожно треплет Максима по загривку.
Замёрз, дружище? Ты больше не воюешь. Давай на картонку, хоть чуть теплее Вот ещё одна котлета.
*****
В субботу Петр Сергеевич дома. Клумбы перед его домом на окраине Николаева скрылись под толстым слоем снега, ветер гонит ледяную крупу.
Петр Сергеевич жарит яичницу с колбасой, завтракает, затем идет в гараж, берет лопату. Снег летит в стороны, а мысли где-то далеко
Вдруг Петр Сергеевич задерживается, смотрит на кружащиеся хлопья, что-то себе ворчит, бросает лопату и бежит к воротам
Остановку завалило снегом, людей почти нет. Максим знает бывают такие дни: автобусы пустые, в вагоне три-четыре человека, и ни одного своего человека.
Живот урчит особенно громко, даже женщины из общежития сегодня не подошли.
Максим поднимается: ему предстоит долго идти до знакомого магазинчика, где нередко перепадает какой-то кусок.
Уже собрался идти и вдруг вновь останавливается автобус.
Куда собрался? Потеряться решил?
Петр Сергеевич выкладывает рядом с Максимом сосиски из целой пачки. Пёс уплетает проглотить боится не успеть.
Котлет нет, столовая закрыта, оправдывается Петр Сергеевич. Вот еще что принёс
На остановке появляется большая коробка, а в ней старый выстиранный плед.
Вот чего придумал. Лезь в коробку, хоть не так замёрзнешь.
В этот миг снег и ветер больше не существуют для Максима. Внутри растекается тепло, такое особенное.
Он думает: никто никогда для него не сделал ничего подобного
*****
Уже несколько дней Максим не берет еду от Варвары.
Ну что же ты, ведь те же котлеты, что Петр Сергеевич тебе приносил. Не придёт он, болеет сильно… Не жди, разводит руками Варвара.
Максим с прижатыми ушами смотрит на нее всё ищет глазами.
Каждый раз вскакивает, когда с проходной выходит кто-то или двери автобуса открываются. Его нет
Максим грустно вновь укладывается на свой плед в коробке. За остановкой вороны дерутся за кусок черствого хлеба каждой хочется схватить трофей и спрятать.
Максим наблюдает, лает: Глупые, шумные! У него тоже есть секретное место нора под остановкой, как раз возле мусорки.
Выбежал из коробки, несется к своей норе: он не забыл, куда спрятал трофей тот самый ботинок. Он-то помнил, как ненавидел его. А сейчас
Что за странное щемящее чувство? Достал ботинок а где же Петр Сергеевич? Максим-то уже знает: его человек да, это ведь его человек.
Ну какая жизнь, если есть человек, а ты умудрился его потерять?
Максим рявкает, отмечая присутствие ворон. Но тут ему становится вдруг тесно
Петр Сергеевич!.. девушка с телефоном, Варвара, повторяет знакомое имя.
Максим навострил уши и надеется смотрит на неё с надеждой.
Слышно плохо… Сейчас, я поднимаюсь, захожу в маршрутку. Взяла вам папку для подписи
Варя садится в маршрутку, даже не замечая, как за ней тенью шмыгнул рыжий хвост
*****
Пёс с надеждой поглядывает на неё, когда та дважды зовет имя его человека.
Варвара поправляет шарф и выскакивает на остановку, за ней Максим, в зубах крепко зажат черный ботинок.
У Максима настроение непривычно радостное. И что в этом снеге плохого? Весело скрипит под ногами Варвары.
Варвара жмёт звонок у калитки. Вскоре голос. Максим лает радостнее прежнего. Девушка растерялась, поскользнулась, папка с документами весело плюхнулась в снег
Петр Сергеевич, да помогите мне подняться, а не собаку обнимайте!
Глаза Петра Сергеевича будто сквозь туман откуда слёзы?
Приехал? Ко мне? И подарок мне принес! повторяет он, крепко прижимая пса одной рукой и сжимая ботинок другой.
Варвару поднимают тут же угощают горячим чаем.
Вот только одного понять не могу, Петр Сергеевич, говорит Варвара, наблюдая, как Максим гоняет хвостом по кухне, почему вы раньше пса не брали в дом? Места-то полно
Боялся, Варя, долго я один. Собака это забота, ответственность, а значит, как маленькая семья Теперь не отпущу никуда. Вот поправлюсь, обязательно научусь котлеты жарить.
То есть вас брать штурмом? засмеялась Варвара. Хорошо, что Максим сам к вам пришёл.
И старается скрыть улыбку, сделав вид, что пьет чайЗа окном над городом моросит снег, улицы неслышно укрывает мягкая белизна. На кухне тепло пахнет чаем и жареными ломтиками хлеба. Максим уткнулся мокрым носом в колени Петра Сергеевича, а тот качает его за ухо и улыбается тому самому ботинку на коврике будто все прошлые обиды ушли с черной кожаной пяткой.
Из телевизора доносится тихая музыка, Варвара смеётся, рассказывает что-то про маршрутки и очереди, но Максим слышит только стук сердца своего человека. И кажется, теперь он умеет различать голоса воронье карканье давно сменилось спокойствием и радостью этой новой, домашней жизни.
Петр Сергеевич осторожно ставит чашку, берет блюдце с кусками колбасы и протягивает Максиму. Тот, дрожа от счастья, берет угощение и, прежде чем съесть, благодарно прижимается к руке самому важному человеку на свете.
В этот момент за окном крикнула ворона, а Максим вдруг понял ему больше не нужно гоняться за чужими голосами и охранять никому не нужные ботинки. Всё хорошее, что он искал под остановкой, теперь стало его домом.
За их окнами мело и темнело, но внутри цвело настоящее собачье лето.
