Бабушку собирали всей семьёй
Бабушку собирали всей семьёй. Не скрывая недовольства, прямо говорили ей, как она всех утомила, и что, наконец, пришла весна, а значит пора ехать в деревню до глубокой осени. Внуки едва здоровались с ней, сноха её тихо презирала, а сын постоянно пропадал в командировках по работе и редко показывался дома. Но и тогда не проявлял особой заботы о матери.
Для семьи она была словно тяжелый груз. Она всё понимала, но из последних сил терпела, ждала каждую весну, как обещание чего-то настоящего, доброго, желанного.
Весна в этом году накатила неожиданно рано. Бабушка часто сидела у подъезда, куталась в старый платок и смотрела на синее небо, греясь под солнцем. Вид у неё был неприметный: худая, в истёртом юбке и выцветшем шерстяном пальто, стоптанные валенки, сверху резиновые калоши.
Семья её не понимала и не принимала, но соседям она была близка. Те всегда здоровались, спрашивали о здоровье, помогали подняться по ступенькам на пятый этаж. Мальчишки из соседнего подъезда не раз носили её авоську с продуктами, когда встречали на улице.
Бабушка, несмотря на годы, всегда следила за домом: варила борщ, стирала вручную, убиралась. Это были её заботы, а сноха лишь изредка бралась за что-то, ворча:
Раз ты целый день дома, вот и делай всё сама!
Внуки с ней почти не разговаривали. Когда дома собирались их друзья, бабушка забиралась в свою комнату, потому что когда-то один из внуков сказал ей: Ты позоришь нас своим видом.
Бабушка никогда никого не перебивала, чаще молчала. По ночам, когда весь дом погружался в тишину, она тихо плакала в своей маленькой комнате, не желая быть грустной для других.
На вокзал её отправили на такси, чтобы не мучиться автобусами. Вещей было немного: старый спортивный баул и холщёвый мешок с каким-то тряпьём.
Оперевшись на палку, она медленно вышла на перрон, села на скамейку. Подошёл поезд до Полтавы и она вошла в вагон, прижала к груди свою сумку. В окно смотрела с грустной добротой. Когда поезд тронулся, бабушка достала мятое фото. На нём сын, внуки и сноха смеются последнее время она видела их улыбки только тут. Поцеловала снимок, бережно спрятала обратно.
На станции вышла, аккуратно двинулась к родной деревне. Кто-то из местных довёз её почти до ворот дома. Открыла калитку, прошла по мокрой, размытой от дождя дорожке к избе. Здесь всё было родным. Даже кривой забор, покосившееся крыльцо здесь её ждали, хоть немые, но ждали.
Деревня была для бабушки всем. Здесь она выросла, здесь родились дети, здесь ушёл из жизни муж. Полжизни здесь прожила, пережила смерть старшего сына. Так уж судьба распорядилась он не увидел весну этого года.
Бабушка открыла ставни, растопила печь. Села у окна на лавочку, задумалась. На этой лавке когда-то сидели её малыши, за этим столом ели, спали на тех кроватях. Бегали по дощатому полу, и так же глядели в окна. Эхо детских голосов отозвалось в её сердце. Тогда она была самой нужной, самой любимой мамой.
Солнце светило весело, и было много весен счастливых, заботливых, проведённых в этих стенах. Она улыбнулась ласковой украинской весне
***
Утром её сердце остановилось. Она осталась навсегда на своей земле. На столе лежали старые фотографии. И одна свежая, но помятая та самая, где ещё вчера бабушке улыбались её родные.
Пока мы живы многое ещё можно успеть: попросить прощения, сказать спасибо, признаться в чувствах. Пока мы живы, нельзя откладывать это на завтра. Ведь человек, уходя, не возвращается, а нам остаются такие камни в душе, что носить их потом очень тяжело.
Нужно жить по правде, по вере, делать добро от сердца. Беречь чувства, любить и ждать, помнить тех, кто дал тебе жизньС той весной деревня вновь ожила в воздухе чувствовалась надежда, запах молодой травы, шепот ветра в кронах яблонь. По всему дому, наполненному тишиной и светом, разносились шаги новой жизни. Люди из соседних дворов узнали: бабушка вернулась. Кто-то заходил с яйцами, кто-то приносил пироги. Они молча сидели с ней у печки, словно греясь памятью. Каждый понимал: её мудрость, доброта, терпение словно корни, вплетённые в землю, держали всю деревню вместе.
В этот дом теперь иногда приезжали и родные, пусть только на день-другой, чтоб взглянуть на то, что прежде казалось ненужным. Внуки, взрослея, слышали истории о бабушке, о её руках, что били крепко борщ и гладили израненное сердце. О её глазах, в которых вечно отражалась весна.
И однажды, сидя в кругу семьи, кто-то тихо сказал:
Она любила нас даже тогда, когда мы забывали быть благодарными.
В доме стало светлее как будто весна снова занялась своим делом, напоминая: любовь всё равно возвращается на круги свои.
Каждый уход бабушки сопровождался возвращением памяти, простых вещей, что делают нас по-настоящему живыми: заботы друг о друге, верности родным, понимания того, кто ждал нас всю жизнь.
Весна приносила тепло не только в дома, но и в сердца. И если когда-нибудь за столом кто-то вновь вспомнит её ласковую улыбку, мягкий голос и то, как она берегла своих близких, значит, бабушка по-прежнему живёт рядом в той доброте, которую мы можем друг другу подарить.
