Мишка уже почти выскочил из своей квартирки в одной из хрущёвок на Троещине, когда откуда-то из комнаты прорезался визгливый и тягучий звук старого советского телефона длинные гудки, будто кто-то звонит из далёкого прошлого, где ещё пахнет леденцами на палочке и замызганной школьной формой. Мальчишеское сердце ёкнуло: друзья уже стояли у подъезда, ожидая решающего футбольного матча за гаражами на том самом пыльном поле, где если забить три гола, можно загадать желание. Мяч, только что выпущенный из крепких ладошек, словно сам собой подкатывался к ногам дворового кота-бродяги Васи.
Мишка хотел было не замечать этот звон. Вдруг это просто ошиблись номером, думал он, застывший носком кроссовки в дверях, наполовину уже на лестничной клетке. Но пронзительный треск не думал униматься, словно это не телефон зовёт а сама судьба сверлит ушами.
Ну кто там ещё? пробурчал Мишка себе под нос и, так и не сняв обуви, бегом помчался в зал, где застыл старый черный диск с вытертыми цифрами.
Поднимает трубку, надеется услышать мамин строгий: «Не забыл обед съесть? Руки помыл?» или бабушкины типичные расспросы насчёт уроков и чистоты портфеля. Но вместо этого из трубки доносится тяжёлый и совершенно незнакомый мужской голос:
Алё! Миша? эхом расходится по комнате.
Родителей нет, быстро отвечает Мишка, уже готов повесить трубку, уверенный, что очередной взрослый ошибся номером. Но голос на том конце настойчиво цепляется за его внимание:
Миша, не клади трубку, прошу! Это очень важно, времени мало. Послушай меня, пожалуйста: возьми сейчас ручку и листок. Я… я это ты сам, только из будущего. Да, тебе смешно, а мне страшно. Просто запиши всё, даже если не веришь, хорошо?
Сквозь мутный свет окна в комнату врывается запах булочной и бензина, а Мишка стоит, как вкопанный: до сих пор бабушка говорила ему никогда не спорить с дураками, а лучше просто слушать, кивать и потом делать по-своему. Может, это кто-то из его одноклассников издевается или какой-то шутник из соседнего двора решил развести на веру в Бессмертный КОММУНИЗМ.
Ну, допустим, взял, тяжело вздыхает Мишка. А в будущем у меня будет свой миелафон?
Миела… какой… голос на том конце заикается, смешно и как-то жутко одновременно, Мишка! Тут не до шуток. Если всё запишешь и прислушаешься, у тебя и айфон, и собака породы… ну, какой хочешь, и велосипед японский, и много чего кайфового.
Да-да, записываю, Мишка рыщет взглядом по двору, где мальчишки, наверное, уже начинают думать, что его «замели» домой. Ещё чуть-чуть, и он побежит к ним, оставив этот странный разговор в прошлом, как сон, где на носу сидит ворона в шапке.
Голос вдруг скороговоркой начинает читать какие-то даты, приказы и предупреждения: Ленку из параллели в упор не подпускать, в МММ ни ногой, доллары купить, но сразу потом продать, а через некоторое время опять купить, что такое чёрный вторник, куда вложить гривны, что такое биткойн, как купить комнату за гроши, и ещё кучу невнятных советов, которые звучат, будто заклинания.
Всё записал? устало спрашивает голос из трубки.
Всё, всё, Мишка кивает, хотя на листке нет ни строчки.
Не потеряй этот лист, вот увидишь, пригодится. Это твоя карта сокровищ, понял? Никому не показывай! на том конце заскрипели гудки, как будто закрыли дверь в другой мир.
Мишка бросил трубку и бегом выскочил во двор, где солнце висело над гаражами, как жёлтый петушок на палочке. Вечером рассказал всё родителям: про телефон, про дядю, который говорил, что он Мишка из будущего, про айфоны и доллары.
Никогда не разговаривай с чужими особенно если они из будущего, серьёзно произнёс папа, откладывая газету с статьёй про розыгрыш лотереи. А если чушь гонит сразу милиция, понял?
И вообще, кому нужны эти доллары? Всё равно на базаре обменивать не разрешают, добавила мама, вытаскивая из духовки ватрушки.
***
Шли года. Солнце в окне стало тусклым и будто покрытым плёнкой из редких несбыточных желаний. Мишка вырос и забыл тот удивительный звонок, закрутился в школьных буднях. А в восьмом классе в их школу пришла девочка из параллели по имени Оксана совсем особенная и очень русская, с косой до пояса. Мишка сразу влюбился, стал ждать её после уроков, писать на переменках короткие смешные записки, видел её во сне танцующую в валенках на крыше автобусной остановки.
После армии, когда Раиса и Михаил (так теперь звали его в паспорте) поженились, город уже жил другой жизнью: всюду растяжки с рекламой обменников, ржавые Жигули под окнами и атмосфера неизменного праздника в воздухе но праздник быстро закончился, оставив после себя горькое похмелье из долгов, пустых бутылок из-под Кока-Колы и обветшалых мечтаний. Что-то купил не хватило на другое; что-то обещал не удалось; квартирка-долгушка душила своими стенами.
***
Прошло время, и однажды в промозглом сквере Михаил присел на скамейку, осторожно открывая бутылку дешевенького кваса. Сигарета в пальцах медленно тлела. Мимо шли бабушки с авоськами и девушки в ярких платках. Никто не обращал внимания друг на друга; в этот день все были как волны в мутной реке.
На другой край скамейки сел пожилой мужчина в очках с тонкой дужкой, с измятым портфелем из советского дермантина.
Простите, место занято? спросил он неуверенно.
Михаил нехотя махнул: садитесь, мол.
Погода унылая, день будто акварелью закатали, произнёс старик безадресно.
Как вся жизнь, лениво парировал Михаил.
Вот странность: только в детстве солнца было море, а теперь всё сумрак. Как будто детство в России это весна: лёд, кораблики, пахнет газировкой на молочной кухне, картошка жареная по воскресеньям… А теперь будто всё оттенки бетона и асфальта.
В детстве забот нет, пожимает плечами Михаил. Вот тогда цвета другие были. Не думал я, что в будущем всё так выйдет.
И как-то сам по себе он начал рассказывать старику все свои беды как пытался вкладываться в кооперативы, потом затянули к «МММ», пролетел и там, и там, как Лена ушла с другим и теперь живёт в Виннице, и как он перебивается временными заработками, мечтая то о выигрышах в казино, то о быстром богатстве через криптовалюты.
Да понимаете, я недавно вебинар смотрел «Думай как миллионер!». Там парень говорит: вкладывай в монету доход 500% за неделю! А у меня ведь всё получится, просто надо в следующий раз сделать иначе.
Молодой человек, а у вас какое образование, если не секрет? приподнял очки старик.
Учиться это не для меня, фыркнул Михаил. Деньги делать надо! Вот если бы заранее знать, куда вложить. Всё бы было по-другому.
Оба замолчали, растёкшись мыслями по пустому проспекту.
Потом старик вдруг сказал:
Интересная вы личность. Давайте попробуем мой аппарат. И извлёк из портфеля старый советский дисковый телефон. По теории всё время существует сейчас. Нет ни прошлого, ни будущего. Хочешь можешь позвонить сам себе лет на сорок назад.
Серьёзно? Михаил скептически глянул, но мысль показалась заманчивой, будто запах свежеиспечённых булочек у хлебного магазина.
Только номер помни, и ты должен быть дома в то время, сказал старик.
Помню, заверил Михаил. В это время я обычно приходил домой из школы.
Набирает номер создаётся ощущение, будто набирает код страны небытия. Звонят долгие гудки, и вдруг где-то на другом конце детский голос:
Алё… услышал он самого себя, только маленького.
Привет, Миша! ладони вспотели. Послушай, не клади трубку… это важно! Я ты, только взрослый!
Начал торопливо диктовать: какие даты, куда податься, как не связываться с Ленкой, когда продавать и покупать доллары, когда держаться подальше от автоматов, а когда, наоборот, быть первым. Говорил, говорил, пока чувствовал: связь тает, как снежинка на тёплой ладони.
Всё записал? спросил он в конце.
Всё, ответил из трубки ребёнок.
Береги этот лист, как сердце. Никому не показывай!
Связь оборвалась.
***
Мишка, конечно, ничего не записал. Подумал: дядя шутит ну и пусть. Бросил трубку, выскочил во двор, где уже начиналась та игра мечты и поле светилось солнцем, и друзья кричали его имя, будто они могут со двора увидеть всё прошлое и будущее разом.
«Вечером всё равно расскажу родителям», успел подумать Мишка, уносясь в волшебную реальность настоящего, где каждая секунда тянулась, как чудесный странный сон, и ставила подножку даже самому времени.
