Когда мне было семнадцать, отец ушёл из жизни. Мама работала на двух работах и, скажем честно, зарплата была у неё почти символическая. Мы экономили на всём: и на еде, и на одежде, и даже яблоки и конфеты появлялись только на большие праздники Новый год и Пасху. Я не решалась просить её о чём-либо, как будто лишняя просьба могла разорить бюджет семьи. Старалась как-то сама подрабатывать: ведь у меня ещё младшая сестра, и мы с мамой всячески пытались сделать так, чтобы она не чувствовала себя хуже других.
Но, как водится в лучших традициях семейной драмы, смерть отца не стала концом трудностей. Мама попала в больницу с инсультом, после чего передвигаться стала только на коляске. Ей назначили пенсию по инвалидности, но эти 2500 гривен были, мягко говоря, на моргу. Я надеялась на лучшее, но было сложно.
Учиться пришлось бросить теперь я была единственным добытчиком денег в семье. Ухаживать за больной мамой и сестрёнкой было непросто. Помощь предлагали многие, а я неизменно отказывалась: нет, что вы, мама ведь раньше была душой компании, искренней и доброй. После инсульта характер её заметно изменился.
Теперь основой её дня стали жалобы сначала на судьбу, потом на меня и сестру. Всё у нас не так: суп не такой, уборка не та, деньги на себя тратим совершенно бессовестно.
Я старалась не обращать внимания, ведь она болеет. Но иногда было обидно: ведь я делала всё для неё, а слова благодарности не слышала. Друзья советовали нанять сиделку и сменить работу на более прибыльную, но как же: мама две дочери, а её будет кормить какая-то чужая тётя? Нет, не могу так.
С каждым днём её недовольство росло. Ругала за любые покупки, даже если это был шампунь за 20 гривен.
Я долго терпела. Но однажды заболела сама: голова отваливалась, температура, кашель, не спала всю ночь. Решила утром сходить к врачу. Сестра, когда увидела мой вид, обняла, велела не медлить с визитом к доктору. А мама, как всегда, сказала: «Молодым лечение не нужно, организм сам справится. У меня положение похуже, нужны деньги. Всё потратишь на врачей, а окажется обычный грипп. Ты меня не любишь и хочешь, чтобы я умерла».
Я слушала и тихонько плакала. У меня не было сил больше. Ради неё я бросила учёбу и устроилась на тяжёлую работу, хотя могла бы совсем по-другому. Видимо, устала настолько, что впервые в жизни накричала на маму. Высказала всё, что думала.
Врач после осмотра сказал воспаление лёгких. Настаивал на госпитализации, но такой вариант точно не подходил: оставить сестру с мамой одну нельзя. Купила лекарства и отправилась к подруге домой.
Марина встретила меня с привычной строгостью: «Ты чего шляешься? Ложись под одеяло, не геройствуй!» Долго болтали. Я рассказала обо всей домашней ситуации и попросила помочь с поиском сиделки. Просила место для ночевки. Я не могла больше вернуться туда.
Марина предложила пожить у неё, пока не соберусь с мыслями. Я отправилась домой за вещами: мама бурно встретила меня кричала, даже не спросив, как я себя чувствую. Считала деньги снова. Покормила её и ушла в свою комнату жить там я не буду.
Марина быстро помогла: нашла сиделку и пустила меня пожить. Работу удалось сменить, к маме я больше не хожу. Может, кому-то покажусь жестокой, но я выжала из себя всё для неё, а спасибо так и не услышала. Стоило ли стараться? Вся жизнь впереди.
Каждый месяц выделяю деньги на маму и оплату сиделки. Даже немного больше, чем надо. Вера, которая ухаживает за мамой, говорит: мама нас всё меньше помнит, поздравляет с днями рождения всё реже. Хотя мы с сестрой её не забываем. Но главное я смогла поменять работу, скоро сниму квартиру вместе с сестрой. Она меня поддерживает и говорит: «О родителях нужно заботиться, но не тогда, когда они тебя медленно губят».
