Каждое утро Алина просыпалась под звон капель, тихо барабанящих по подоконнику, и видела серые облака, нависшие над Киевом. Погода будто отражала её тревожные мысли неясные, наполненные беспокойством, подозрениями, которые она сама себе не хотела признать.
Вот уже третью неделю подряд её муж Сергей собирал дорожную сумку и говорил:
Мои родители в Одессе тяжело болеют, поеду к ним, останусь на пару дней.
Первый раз Алина нисколько не возражала. Тёща, Ольга Григорьевна, недавно перенесла операцию и жаловалась на слабость. Тестю, Михаил Васильевичу, исполнилось семьдесят давление шалило. А после шестидесяти действительно непросто.
Конечно, езжай, сказала Алина, вручая Сергею деньги на дорогу, Передавай от меня привет, скажи, что переживаю.
Сергей уезжал вечером в пятницу, возвращался в понедельник утром уставший, будто с работы, и почти не разговаривал. На вопросы о родителях отвечал неохотно:
Получше вроде. Но слабость.
А что болит у мамы? пыталась узнать Алина.
Всё болит, возраст, махал рукой муж.
Через неделю история повторилась.
Снова нехорошо? удивлялась жена.
Мама упала, синяк. Папа переживает, пояснял Сергей, укладывая чистые футболки.
Может, мне тоже поехать? Помочь?
Не стоит. Там тесно. Лучше дома посиди.
Алина не настаивала в отношениях с родителями мужа она всегда держалась корректно, советов не давала, не навязывалась. Ольга Григорьевна была женщиной строгой, сдержанной. Общались вежливо, но душевной близости не было.
В третий раз Сергей собрался в поездку в следующие выходные.
Что теперь случилось? спросила Алина, наблюдая за мужем.
У папы давление подскочило. Мама сама не справляется.
Врача вызывали?
Да, но что эти участковые… Написал рецепт и ушёл.
Слова были убедительные, но что-то в голосе не нравилось Алине слишком ровно и бесстрастно, словно заученное.
Может, стоит положить их в клинику? Если плохо так…
Не хотят, боятся больниц, говорят, дома спокойнее.
Сергей закрыл сумку, поцеловал жену в лоб.
Не скучай. Постараюсь вернуться поскорее.
Когда Сергей ушёл, Алина осталась раздумывать. Когда она последний раз говорила с Ольгой Григорьевной? Месяц назад свекровь поздравила её с именинами, даже смеялась, рассказывала про урожай на даче под Одессой и не жаловалась вовсе на здоровье.
Странно, тихо размышляла Алина у холодного окна, если она так болеет, почему не звонит? Раньше всегда сообщала.
В понедельник Сергей вернулся мрачный.
Как дела у твоих? спросила Алина.
Получше, но мама слабая.
Что врач сказал?
Какой врач?
Участковый же, ты говорил.
А, да. Следить за состоянием. Если будет хуже в больницу.
Сергей быстро переоделся и засел за компьютер, а разговор затих.
Вечером, когда муж ушёл в душ, Алина впервые решила проверить его телефон ни одного звонка родителям за две недели, ни исходящих, ни входящих.
Если он там живёт, зачем вообще звонить? задумалась она, но обычно родители хоть раз звонили мне поинтересоваться, не передать ли сыну что-то. Сейчас тишина.
В четвертый раз муж собирал сумку в пятницу.
Опять родители болеют? уточнила Алина.
Мама простудилась, температура.
Сергей, может, мне всё-таки поехать? Помочь.
Зачем тебе? У самой забот хватает, резко ответил муж, избегая взгляда.
Не сложно. В конце концов, твои родители и мои.
Алиночка, не надо. Там тесно, ещё заразишься.
Сергей спешил, даже на вокзал отказался, чтобы его провожали.
На какой электричке? спросила жена.
Обычной, в семь вечера.
Может, всё-таки проведу?
Нет-нет, сам доберусь.
Поцелуй и он ушёл. Алина осталась с тяжестью сомнений.
Утро субботы прошло в раздумьях ведь обвинять мужа без доказательств нельзя, но странностей было слишком много.
Я что, ревнивая жена? ругала себя Алина, возможно, правда родители плохо себя чувствуют…
К обеду она решила: если в Одессе плохо, они обрадуются заботе невестки. Испекла яблочный пирог по бабушкиному рецепту, купила мандаринов, собрала пакет гостинцев и отправилась в путь.
Сделаю сюрприз, подумала Алина.
В кухне запахло домашним хлебом. Пирог остывал, на столе лежали фрукты.
К трём дня всё было готово. Алина переоделась, аккуратно накрасилась, и поехала на вокзал.
В электричке представляла Сергей откроет дверь с удивлением, увидит жену с угощениями, улыбнётся.
Алиночка? Как ты здесь? скажет он.
Решила проведать вас, ответит она.
Дорога заняла два часа. Ольга Григорьевна и Михаил Васильевич жили в пригороде Одессы, в скромном доме с садом, где Сергей вырос.
Алина подошла к калитке, позвонила. Ольга Григорьевна вышла на порог.
Алиночка? удивилась свекровь, Что случилось?
Женщина выглядела отлично румяная, в шустром халате, волосы уложены.
Здравствуйте, робко сказала Алина, решила навестить вас, Сергей говорит болеете.
Болеть? рассмеялась свекровь, Да мы здоровы как быки! Не слушай сына, выдумка.
Алина почувствовала, как к горлу подкатил ком.
Но Сергей говорит… Ухаживает, помогает…
Помогает? удивилась Ольга Григорьевна, мы его недели две не видели!
Из глубины дома раздался голос Михаила Васильевича:
Оля, кто там у нас?
Невестка приехала! ответила жена.
Михаил Васильевич появился крепкий, несмотря на возраст, в рабочей рубашке.
Алиночка! Какими судьбами? Редко к нам заглядываешь!
Сергей где? прямо спросила Алина.
А я откуда знаю? На работе, наверное, или дома у вас.
Он говорил к вам приехал, ухаживать…
Михаил Васильевич посмотрел на жену, та пожала плечами.
Мы и не болели, ответили они, видели его последний раз на именинах летом.
У Алины внутри всё замерло. Каждое Сергеево оправдание ложь…
Алиночка, всё ли хорошо? спросила тревожно Ольга Григорьевна, Ты бледная совсем, проходи, чай попей.
Спасибо, мне пора, тихо ответила Алина, передала пирог и гостинцы.
Как пора? удивились родители.
В другой раз, кивнула она.
На автобусной остановке Алина не чувствовала ног, мысли путались. Где Сергей проводил выходные? Зачем использовал родителей? Как долго лгал?
Автобус ехал полчаса за окнами мелькали осенние поля. Каждая поездка мужа теперь казалась издевательством.
Пока я волновалась за его родителей, он… Алина не могла даже закончить мысль.
В электричке решила позвонить Сергею, но передумала. С каким вопросом? Лучше дождаться дома и посмотреть в глаза.
Домой она добралась к восьми вечера. Квартира была пуста. Села на диван ждать.
Сергей вернулся утром понедельника уставший, с той же сумкой.
Привет, буркнул, проходя в спальню, Как выходные?
Нормально, спокойно ответила Алина, А у тебя?
Тяжело, родители совсем плохие.
Да? А что именно?
Мама температурила, папа не спал…
Сергей не смотрел в глаза, складывал грязную одежду.
Сергей, тихо сказала Алина, Посмотри на меня.
Муж поднял взгляд, в глазах тревога.
Где ты был?
Как где? У родителей, я же говорил.
Родители здоровы. Они тебя не видели две недели.
Сергей замер с рубашкой в руках.
О чём ты?
Вчера ездила к ним. Ольга Григорьевна смеялась над “болезнью”.
Сергей побледнел.
Ты ездила к ним? Зачем?
Потому что поверила тебе. Думала, им нужна помощь.
Алиночка, ты неправильно всё понимаешь…
А что я не понимаю? Что ты месяц лжёшь? Использовал родителей как прикрытие?
Это не ложь…
Тогда что?
Муж отвернулся к окну.
Я не могу объяснить…
Не можешь или не хочешь?
Поверь, это не то, что ты думаешь.
А что, по-твоему, я думаю?
Ну… что есть другая.
Значит, есть?
Сергей молчал. Потом, после долгого вздоха:
Есть, прошептал.
Алина кивнула. Ни злости, ни слёз только пустота и понимание.
Понятно.
Это несерьёзно! Просто получилось…
Месяц назад получилось?
Нет, раньше, но не знал, как сказать.
Поэтому соврал про больных родителей?
Хотел разобраться в чувствах…
И разобрался?
Не знаю.
А я знаю, тихо сказала Алина, Мне нужен честный человек, не тот, кто прикрывает измену “болезнью родителей”.
Это не интрижка…
Как угодно. Итог один месяц обмана.
Она прошла в спальню, достала чемодан.
Что ты делаешь?
Собираюсь, поеду к подруге. Пока решим, как дальше быть.
Куда решим?
Ты со своими чувствами, я с документами на развод.
Алиночка, не спеши! Давай поговорим!
О чём? женщина закрыла чемодан, О том, как месяц водил меня за нос? О том, как переживала за твоих здоровых родителей?
Я не хотел причинять боль…
Вот потому и причинил больше.
Алина взяла документы, положила телефон и зарядку.
Если будет что-то объяснить звони. Но для месячной лжи вряд ли найдутся оправдания.
А как же наш дом, наша семья?
Семья это доверие, ответила она, а дом можно поделить через адвоката.
Может, попробуем начать сначала? Я всё порву…
С чего? С новых оправданий про родителей?
Не буду врать, клянусь.
Когда женился, тоже клялся, холодно напомнила Алина, видишь, какие клятвы.
Вышла из квартиры, закрыла дверь. В подъезде было тихо, кто-то далеко слушал радио.
На улице моросил осенний дождь, такой же как месяц назад, когда всё началось. Алина подняла воротник и пошла к метро.
На спуске в переход зазвонил телефон Сергей. Алина отключила вызов и убрала телефон в сумку.
Решение принято. Жить с человеком, который месяц использовал родителей как прикрытие для измены, она не могла. Доверие разрушено, семья тоже.
Впереди адвокаты, раздел, новая жизнь. Но честная жизнь, без вранья о болезни и тайных поездок.
Поезд метро увозил Алину прочь от прошлого к неизвестному, но правдивому будущему.
