Мариша, мила, ходят слухи, у тебя с деньгами сейчас тяжеловато?
Помню, как все собирались у мамы в последнюю субботу ноября. Она, как всегда, стояла у старой чугунной сковороды переворачивала блины легкой ловкой рукой. А я занималась начинкой: нарезала слабосоленую семгу с рынка, натирала сыр, рубила укроп, аккуратно выкладывала сметану в фарфоровую розетку.
Родня собиралась в этот день каждый год: сначала блины у мамы, потом обсуждение планов на Новый год. Вокруг длинного стола набивались все мы. Сестра Ксения с мужем Алексеем, дядя Борис с тетей Валентиной, двоюродные братья Сережа и Петя. Все ели блины, запивали крепким чаем из пузатого заварника, смеялись и перебрасывались новостями.
Мариша, передай семгу, сказала Ксения, протягивая руку через стол.
На, держи.
Ксения положила себе на блинчик щедрый кусочек рыбы.
Хороша семга, жирная, свежая.
Я на рынке брала. Конечно, дороговато, но к блинам лучшее.
Дядя Борис налил себе еще чаю.
Ну что, родные, перейдем к главному? Новый год уже на носу! Где отмечаем?
Все переглянулись. Ксения первой подала голос:
Ну а где ж ещё, если не у Мариши? Как обычно! У нее дом большой всем места хватит.
Я подняла голову от тарелки и посмотрела на сестру.
А что, другие варианты есть?
Да какие варианты? У кого еще мы все поместимся? Традиция же.
Традиция повторила я тихо.
Тетя Валентина отложила блинчик, вытерла губы.
Ты еще, Мариша, свой торт «Прага» испеки. У тебя самый вкусный получается. В прошлом году мы с Борисом неделю вспоминали.
И икры по-больше, добавил дядя Борис, прихлебывая чай. В прошлый раз за полчаса все расхватали. Баночка мала была. В этом году бери сразу три. Чтобы хватило.
Я посмотрела на довольные лица родни улыбки, следы от блинов на губах. Потом взглянула на мужа. Он молча ковырялся в телефоне, не вмешивался, но плечи его напряглись. Все слышал и молчал.
Сын Артем в наушниках качал головой в такт невидимой мелодии. В свои шестнадцать он уже не терпел «взрослый разговор».
Ну что, Мариша? настаивала Ксения. Согласна?
Да, хорошо, прошептала я.
Но внутри что-то щелкнуло. Дома муж набросился, едва мы переступили порог:
Опять будешь кучу гостей кормить? Сколько можно? Ты три года обещаешь остановиться!
Я не знаю, сняла куртку, повесила.
Как не знаешь? Ты ж всегда соглашаешься! Молча киваешь и опять всё на себе!
Я сказала «хорошо», но не обещала, что буду всё оплачивать одна!
Муж остановился с удивлением.
Это как?
Узнаешь. Пока не знаю сама, но что-нибудь придумаю.
На кухне я поставила чайник, достала ноутбук, открыла Excel. Таблица открылась пустая только ячейки.
Я вспоминала прошлогодний Новый год: индейка, говядина, семга, красная и черная икра, креветки, кальмары, мандарины, виноград, ананас, конфеты, зефир, «Прага». Писала цифры в столбик, считала. Плюс напитки, хлеб, специи, кофе, чай, мелочи.
Позапрошлый год то же самое. И раньше. Сумма росла, становилась больше с каждым годом.
Муж заглянул через плечо.
Сколько выходит?
Смотри сам.
Он присвистнул.
Ого. Я и не думал, что так много. Это почти твоя месячная зарплата.
Больше. Это полторы зарплаты. И не всё ещё учтено салфетки, посуда, украшения для стола. Добавь еще тысяч пять гривен.
И ты каждый год столько тратишь?
Каждый год! А они приезжают, едят, веселятся. И «спасибо» как следует не скажут.
Что собираешься делать?
Поговорю с ними.
На следующей неделе я позвонила сестре.
Ксюш, поговорить надо.
Что-то случилось? Голос у тебя какой-то
Про Новый год. Приезжай обсудим.
Ксения приехала в субботу с недовольным выражением лица. Села за стол, взяла чаю.
Ну, рассказывай. Что случилось?
Я распечатала таблицу расходов.
Вот сколько каждый год я кладу на наш общий Новый год. Глянь.
Ксения пробежалась глазами по цифрам лицо изменилось.
Но мы ж не просили тебя покупать чёрную икру и индейку
Просили! Дядя Борис в прошлом году сказал курица скучно. Хотите индейку, купила индейку. И кричал икорки мало!
Она сделала глоток чая и посмотрела на меня по-новому.
И что хочешь?
Я больше не могу сама тянуть. Давайте либо делим расходы, либо каждая семья свою часть берет. Я не против готовить, не против праздновать у нас. Но платить одна не буду.
Ксения кашлянула, взяла салфетку.
Это что, серьёзно? Ты обеднела, что ли?
Нет. Просто устала спонсировать банкет на десять человек три года подряд!
Но мы же семья! Деньги считать неудобно
Я бухгалтер, Ксюш. Считаю на работе и дома. Суммы далеко не копейки. Десятки тысяч гривен! Могу детализацию показать по каждому пункту.
Не надо детализации, всё ясно. Ты решила мы тебя «доедаем».
Я лишь хочу разделить расходы! Разве не справедливо?
Это одно и то же!
Я никого не обвиняю. Или празднуем по-честному, или в этом году накрою стол только для нашей троицы!
Ксения взяла сумку.
Ты изменилась Раньше добрая была.
Раньше глупее! Теперь просто устала.
С дядей Борисом и тетей Валентиной я встретилась отдельно. Борис особенно возмущался. Говорил, это разрушение традиций, что молодежь теперь бессердечна.
Мариша, у меня пенсия малая! Где мне деньги на деликатесы?
А у меня зарплата не царская! Но справляюсь потому что считаю.
Обидно
А что обидного? Я правду говорю. Надо было обсудить это ещё три года назад.
На следующий день позвонила тетя Валентина:
Милая, у вас, говорят, финансовые трудности?
Нет, тётя. Просто больше не хочу тянуть праздник на себе одна!
Но мы же семья, доча Разве можно считать деньги в семье?
Можно и нужно! Особенно быть открытыми.
Ты на что-то обижена?
Я три года тащу этот «общий» праздник одна. Общий лишь на словах. А траты все мои.
Может, помочь чем-то? Принести салат?
Именно этого и прошу. Пусть каждый принесет своё. Это честно.
Неделю родня молчала. Я решила отмечать с мужем и сыном втроём. Меню написала, продукты купила. Муж поддерживал, говорил, что я молодец: давно пора.
Артем кивнул:
Мам, ты крутая! Наконец-то их поставила на место!
Но за неделю до Нового года, двадцать четвёртого декабря ближе к вечеру, позвонила Ксения:
Мариша, дома?
Дома.
Можно заеду?
Приезжай.
Сестра приехала быстро. Села к столу. Я налила ей чай, поставила тарелку с печеньем.
Ладно. Мы с родней обсудили. Согласны.
На что?
Делим расходы. Дядя Борис напитки. Я мясо и рыбу. Тетя Валентина сладкое и фрукты. Ты и мама горячее и гарнир. Годится?
Годится. Спасибо, Ксюш.
Тридцать первого утром все начали собираться. Дядя Борис притащил пару пакетов с напитками, устал, вытер лоб:
Надеюсь, хватит.
Спасибо, дядя!
Ксения мясная нарезка, рыба, маринованные креветки.
Покупала всё лучшее.
Молодец, спасибо!
Тетя Валентина явилась с тортом в коробке, фруктами, пакетом конфет.
Торт заказывала хвалят. Фрукты свежие, с рынка.
Я поставила на стол свое горячее: запечённая курица, картошка с грибами, овощное рагу. Стол накрыли вместе.
Атмосфера была напряженной. Ксения поджимала губы, дядя Борис бубнил что-то про «молодёжь». Тетя Валентина поправляла скатерть.
Но по мере того, как рассаживались, напряжение уходило. Разговоры, кушанья, смех. Перед самой полночью смеялись, вспоминали истории, загадывали желания.
Я сидела и смотрела на семью. Муж оживлённо болтал с Борисом про рыбалку. Артем не слушал музыку. Даже Ксения рассказывала что-то весёлое.
Позже, после боя курантов, дядя Борис подошёл ко мне на кухне, когда я мыла посуду. Взял полотенце, стал вытирать тарелки.
Знаешь, Мариша ты была права! Абсолютно.
Про что?
Про расходы. Я ведь не думал, сколько ты тратишь. А как сам сходил сразу понял.
Я почувствовала облегчение. Не ту привычную усталость и раздражение, когда валишься с ног, а спокойствие и даже радость.
Я не проглотила обиду. Сказала правду. Поставила вопрос ребром и родня не разбежалась, а приняла новые правила.
Муж на кухне обнял меня, когда все разошлись.
Горжусь тобой, Маришка. Очень.
Почему?
Потому что ты сумела сказать «нет». А ещё предложила честный выход для всех.
Я боялась, что все обидятся, не приедут, праздник не сложится.
А всё получилось! Только теперь всё честно, все поучаствовали.
Я улыбнулась. Да теперь это был действительно общий праздник, а не личный марафон хозяйки.
Традиция не исчезла. Просто стала честней, справедливей. И это моя победа в уходящем году.
Не молчите! Не терпите! Говорите прямо, ищите решения, удобные всем. У меня получилось да и вам того же желаю.
