Примите меня назад, пожалуйста
Мам, тебе не обязательно, Артем не договорил, его голос срывался.
Евдокия Петровна медленно покачала головой, пальцами провела по полированной поверхности древнего кресла. Квартира пахла её духами, медом и засушенными ромашками запахи, которые она при жизни держала в каждой комнате. Скоро их выветрит ветер перемен.
Я делаю это не ради тебя, сказала она. Ради Жени. Ребёнку нужен дом настоящий, а не съёмная клетка, где хозяин может выгнать в любой момент. Что бы ни случилось между тобой и Валей, Артем, квартира должна остаться Жене. Я хочу так.
Валя стояла у окна, руку положила на плечо сына. Женя ёрзал, не понимая, почему взрослые разговаривают тихо и осторожно.
Спасибо, выдавил Артем. Правда, мам, спасибо тебе.
Евдокия Петровна отмахнулась от благодарности. Поглядела на Женю, её лицо стало мягче и добрее.
Иди ко мне, солнышко моё.
Женя подбежал, позволил бабушке обнять его. Её руки дрожали, когда она взяла его лицо в свои ладони.
Знаешь, Женька? Ты лучший подарок судьбы. У тебя мои глаза, моё упрямство и отвратительный вкус к музыке.
Ба-а, протянул Женя, смущённо улыбаясь.
Эта квартира твоя, продолжила Евдокия Петровна серьёзно. Сейчас она будет оформлена на папу, потому что тебе ещё нет восемнадцати. Ты причина, почему я отдаю её сейчас, пока могу. Мы одна семья, Женька, и я хочу, чтобы ты был в безопасности.
Через два месяца Евдокия Петровна ушла из жизни
Трёхкомнатная квартира поглотила их с головой. По выходным Артем обдирал старые обои, закрашивал пятна времени, устанавливал новые лампы. Валя перекладывала вещи, находя своё среди маминой мебели.
Женя бегал из комнаты в комнату, счастлив новым пространством. У него наконец появилась своя комната стены, которые можно завесить постерами без разрешения.
Пап, можно стол у окна поставить?
Ставь, куда хочешь, сынок, это твоя комната.
Артем смотрел, как мальчик расставляет фигурки на подоконнике. Благодаря матери у них появился настоящий дом. Нужно было радоваться, быть благодарным. А на самом деле Артем чувствовал тяжесть стены давили, рутина душила, дни сливались друг с другом: подъём, работа, дом, ужин, телевизор, сон И так до самого конца.
Кофейня возле офиса стала его убежищем. Он заходил туда после работы, каждый раз откладывал возвращение домой всё дольше. Бариста знала его заказ, угловой столик был негласно закреплён за ним.
Именно там Артем встретил её
Она громко рассмеялась над чем-то в телефоне, не стесняясь смех заглушил шум кофейни. Артем поднял глаза от ноутбука, и она встретила его взгляд, подняла бровь.
Извините, сказала она, без капли сожаления. Подруга прислала безумную шутку. Хотите услышать?
Артем должен был отказать, закончить работу, и идти домой к жене и сыну.
Расскажите, сказал он.
Её звали Лиза Елизавета Николаевна. Она работала в рекламной фирме, ненавидела свою работу, обожала дурацкие каламбуры. Лиза была живая, яркая, настоящая.
Ты тонешь, сказала она на третьей встрече.
Я не тону. У меня нормальная жизнь.
А счастлив ли ты?
Через три недели они оказались в одной постели
Артем рассказал Вале правду тем же вечером. Он наблюдал, как меняется её лицо, когда до неё дошёл смысл его слов.
Ты был с другой, тихо повторила Валя.
Да.
Артем молчал любые слова только усугубили бы ситуацию. Валя швырнула в него полотенце оно ударило и упало. Жалкий жест, только разогревший её злость.
Ты ради какой-то молоденькой девушки предал свою семью? Четырнадцать лет, Артем! Четырнадцать лет брака, а ты решил, что тебе стало скучно?
Дело не в скуке.
В чём тогда? закричала Валя. Объясни, потому что я слишком глупа, чтобы понять, почему мой муж разрушил всё, что мы строили!
Артем закрыл лицо руками.
Я задыхаюсь с вами, Валя. Каждый день одно и то же. Работа дом ужин сон. Мне нужно было почувствовать что-то настоящее, живое
Настоящее? Валя горько рассмеялась, по щекам текли слёзы. Я отдала тебе молодость, родила сына. А ты решил почувствовать себя живым?
В глубине коридора тихо щёлкнула дверь Женя проснулся и спрятался в своей комнате. Артем испытал страшную боль от мысли, что сын всё слышал.
Ладно, Валя грубо вытерла лицо. Ладно, Артем. Хочешь уйти? Давай разведёмся. Удерживать тебя я не буду. Но поговорим о квартире. Твоя мать хотела оставить её Жене, это она открыто сказала
Квартира остаётся мне.
Валя застыла.
Что?
Документы оформлены на меня. Артем не мог встретиться с ней взглядом. Юридически это моя собственность. Вам с Женей придётся искать новое жильё.
Ты выгоняешь своего сына на улицу? прошептала Валя. Ребёнка, которому твоя мать оставила эту квартиру?
Я никого не выгоняю. Я помогу с первым месяцем аренды, чем смогу, но
Ты чудовище, Валя вцепилась в стол. Не отец, не муж никто. Мать бы тебя прокляла, если бы увидела, кем ты стал
Следующим утром Валя собирала вещи, а Женя сидел на кровати, не смотря на стены, украшенные свежими постерами. Он не смотрел на отца, не говорил ни слова просто вышел за матерью из квартиры.
Развод оформили через три месяца. Артем платил алименты не много, но достаточно, чтобы удовлетворить суд. Каждое воскресенье он звонил Жене, но тот сбрасывал вызов. Сообщения оставались без ответа. Подарки принимались без благодарности.
Со временем Артем перестал пытаться. Мальчик злится, говорил он себе повзрослеет, поймёт, что взрослые иногда вынуждены делать трудные выборы.
Лиза переехала к нему через пару недель после ухода Вали. Квартира наполнилась свечами, подушками и музыкой, которая играла постоянно. Лиза готовила сложные блюда, требовала совместных походов по магазинам. Рядом с ней Артем чувствовал себя моложе, безрассуднее и удивительно свободным.
Через полгода на его счету осталось 53 гривны. Отели, рестораны, спонтанные поездки, покупки Лиза крутилась в новых платьях, каждая вещь стоила дороже его месячных расходов на еду. Всё это было приятно пока деньги не кончились.
Нам надо поговорить о тратах, сказал Артем Лизе.
Потом, дорогой. Я встречаюсь с подругами.
Она поцеловала его в щеку, схватила новую сумку, купленную месяц назад, и ушла.
В ту ночь она не вернулась
А утром заявила: их отношения закончены, ей скучно с ним, она задыхается Лиза быстро собрала вещи и ушла так же легко, как появилась.
Две недели Артем жалел себя бродил по пустой квартире, не открывал жалюзи, не мыл посуду. Все его бросили так он думал. Сын не желал говорить с ним, жена ушла, забрав всё хорошее, а Лиза исчезла, как только кончились деньги.
К третьей неделе жалость переросла в отчаяние. Артем привёл себя в порядок, надел чистую рубашку и поехал на другой конец города по адресу, указанному в суде Валей.
Старый, но ухоженный дом в Киеве, советская высотка с новой краской и работающим лифтом. Валя впустила его, не спрашивая, зачем пришёл.
Женя, позвала она, папа пришёл.
Артем вошёл в узкий коридор, оглядывая скромную квартиру, в которой теперь жила его семья. Две комнаты, маленькая кухня, тесная прихожая.
Но здесь всё дышало уютом и жизнью.
Женя появился в дверном проёме. Мальчик повзрослел за эти месяцы, лицо стало жёстче. Его взгляд был холодным.
Женя, я понимаю, что ты злишься, начал Артем. Я ошибся, оступился. Но всё изменится. Мы можем снова быть семьёй втроём. Твоя комната ждёт тебя!
Валя равнодушно смотрела на бывшего мужа.
Люди меняются, продолжил Артем, обращаясь к обоим. Я понял, что потерял, я всё осознал.
Ты ничего не потерял, резко ответил Женя. Ты сделал выбор. Выбрал её, а не нас.
Всё не так просто, сынок
Не называй меня так, Женя шагнул вперёд. Ты выгнал нас из бабушкиной квартиры. Из нашего дома. Ты выбрал Лизу.
Женя, пожалуйста
Мы поверим тебе, а что потом? перебил Женя. Встретишь кого-то ещё, решишь, что снова скучно выбросишь нас снова?
Артем пытался оправдаться:
Такого больше не будет, я изменился.
Женя покачал головой.
Мне не нужен такой отец, сказал он тихо.
Женя ушёл в свою комнату. Артем искал взгляда Вали, надеясь на поддержку.
Валя, поговори с ним. Скажи, что я всё понял.
Она покачала головой.
Я бы тоже тебя не простила, Артем. Даже если бы ты умолял. Ты мне противен. Не из-за измены или того, что выгнал нас. Ты вернулся только, когда остался один, когда тебя отвергли. Когда у тебя не осталось выбора.
Артем сам не понял, как оказался на лестничной клетке или дома
Он остался один в большой квартире в том доме, где когда-то мечтали жить все вместе. Но никто не остался. Он оттолкнул тех, кто любил его. Исправить уже ничего нельзя слишком поздно.
Правда в том, что возвращаются не к тому прошлому, которое покинули, а к разорванной связи, которую своими поступками нельзя восстановить. Человеку нужна семья не потому, чтобы не быть одному, а чтобы помнить, как важно не разрушать доверие ведь его вернуть гораздо труднее, чем потерять.
