Мам, не надо начал Дмитрий, но голос его оборвался.
Валентина Петровна тихо покачала головой, кончиками пальцев обвела край старого кресла. В квартире пахло ее духами и сухой ромашкой Валентина держала букеты во всех комнатах. Но этот запах скоро исчезнет.
Я делаю это не для тебя, произнесла она тихо. Для Миши. Ему нужен настоящий дом. Не арендованный, не чужой, где хозяин может выгнать в любой момент. И что бы ни произошло между вами с Ольгой, сынок, квартира должна принадлежать Мише. Так я решила.
Ольга стояла у окна, держа руку на плечо сына. Миша мнся на месте, не совсем понимая, почему взрослые говорят так осторожно и тихо.
Спасибо, выдавил из себя Дмитрий. Просто спасибо, мам.
Валентина Петровна махнула рукой, не желая принимать благодарность. Посмотрела на Мишу её лицо сразу потеплело, смягчилось.
Иди ко мне, мой золотой.
Миша пересёк комнату, позволив бабушке притянуть себя. Её пальцы дрожали, когда она охватила его щёки.
Знаешь, Мишенька, ты самый лучший подарок моей жизни. У тебя мои глаза, моё упрямство, и мой ужасный вкус к музыке.
Ба-а, смутился Миша, но улыбнулся.
Квартира твоя, сказала Валентина Петровна более серьёзно. Запишу её на твоего отца пока ты не совершеннолетний. Именно ради тебя отдаю ее сейчас, пока могу. Мы семья, Миша. И я хочу по-настоящему позаботиться о тебе.
Через несколько месяцев Валентина Петровна ушла из жизни…
Трехкомнатная квартира растворила их в себе. По выходным Дмитрий сдирал старые обои с цветами, перекрывал пятна на стенах, менял светильники. Ольга переставляла вещи, стараясь разместить среди маминой мебели свои.
Миша бегал из комнаты в комнату, радуясь свободе. Теперь у него своя комната стены можно обклеивать плакатами, не спрашивая разрешения.
Папа, можно стол поставлю у окна?
Конечно, сынок, как хочешь это твоя комната.
Дмитрий смотрел, как сын расставляет игрушки на подоконнике. Благодаря матери теперь у них есть настоящий дом. Он должен бы быть благодарен, радоваться.
Но чувствовал только давление будто стены сжимают грудь. Каждый день похож на предыдущий: утром работа, потом домой, ужин, телевизор и так до конца…
Кофейня возле офиса единственное место, где он мог дышать свободно. После работы заходил туда, чтобы оттянуть возвращение домой: сначала на полчаса, потом на час. Баристка уже знала его заказ столик у окна стал его.
Однажды там он её встретил…
Она смеялась над чем-то в телефоне громко, открыто, весь зал заполнила её смехом. Дмитрий поднял глаза от ноутбука она встретила взгляд, не отвела глаза, подняла бровь.
Извините, произнесла она, совсем без стыда. Подруга прислала идиотскую шутку. Хотите услышать?
Дмитрий должен был отказаться, закончить работу и отправиться к семье. Но сказал:
Расскажите.
Звали её Лиза. Она работала в московском рекламном агентстве, ненавидела офис, обожала глупые «шутки-самоделки». Лиза была искренней, яркой, живой.
Ты тонешь, сказала она на третьей встрече.
У меня всё хорошо.
А ты счастлив?
Через три недели они оказались вместе, под одной простынёй…
В тот же вечер Дмитрий рассказал Ольге правду. Он наблюдал, как на её лице меняется выражение, когда доходит смысл сказанного.
Ты спал с другой? повторила Ольга.
Да.
Дмитрий молчал слова сделают только хуже.
Ольга метнула в него полотенце; оно ударило в грудь, шлёпнулось на пол жалкий жест, распаливший её злость.
Ты разбил всё ради какой-то молодой? Четырнадцать лет брака, Дима. Тебе стало скучно?!
Тут не в скуке дело.
А в чем? Ольга закричала. Объясни! Я, видимо, слишком глупа, чтобы понять зачем мужчина рушит всё, что строили!
Дмитрий провёл руками по лицу.
Я задыхаюсь, Ольга. Каждый день одно и то же работа, дом, кухня, сон. Мне нужно было почувствовать хоть что-то другое. Что-то настоящее.
Настоящее она усмехнулась, а слёзы уже лились по щекам. У тебя семья, сын. А ты хотел ощутить «живое»?
В коридоре щёлкнула дверь. Миша проснулся и теперь прятался у себя. У Дмитрия заныло внутри: что услышал сын?
Ладно. Ольга вытерла лицо, тушь размазалась. Уходи. Хотишь развод разведёмся. Держать не буду. А квартира? Мама твоя отдала её Мише.
Квартира остаётся мне.
Ольга замерла.
Что?
Документы на мне, Дмитрий отвёл взгляд. По закону она моя. Тебе и Мише придётся искать новое жильё.
Ты выгоняешь сына на улицу, прошептала Ольга, потрясённая. Мальчика, которому бабушка оставила свой дом?
Я не выгоняю. Дам время, помогу с первым месяцем аренды.
Ты чудовище, Ольга вцепилась в стол. Не мужчина, не отец никто. Мама бы не узнала тебя…
Следующим утром Ольга паковала вещи Миша сидел на кровати, смотря на стены, только обклеенные плакатами. Он не говорил ни слова, не смотрел на отца просто пошёл за матерью, покидая квартиру.
Развод оформили через три месяца. Дмитрий платил алименты немного, но достаточно для суда. Каждое воскресенье он звонил Мише, но звонки сбрасывались, сообщения оставались без ответа. Подарки принимались молча.
Со временем попытки прекратились Миша злится, повзрослеет поймёт, убеждал себя Дмитрий.
Лиза переехала через две недели после ухода Ольги. Заполнила квартиру свечами, веерами и музыкой она звучала постоянно. Готовила сложные блюда, устраивала шопинг в Москве каждую неделю. С ней Дмитрий чувствовал себя молодым и безрассудным свободным.
А через полгода на счету осталась сорок семь рублей.
Отели, рестораны, стихийные покупки Лиза кружила в дорогих нарядах, ценою выше всей его месячной еды. В этом было столько удовольствия, что он не замечал трат, пока не увидел пустой счет.
Нужно поговорить о расходах, сказал Дмитрий Лизе.
Потом, милый, вечером. Сейчас встречаюсь с друзьями.
Она чмокнула его в щёку, схватила новую сумочку и ушла.
В ту ночь Лиза не вернулась…
Утром она пришла и объявила: будущего нет, ей скучно, она уходит. Лиза собрала вещи и исчезла так же легко, как появилась.
Две недели Дмитрий жалел себя: бродил по пустой квартире, не открывал шторы, всё вокруг мыло грязное. Все бросили меня, думал он. Сын не говорит, жена унесла всё ценное, Лиза исчезла когда не осталось денег.
На третьей неделе отчаяние взяло верх он побрился, переоделся, отправился по адресу, который Ольга указала в суде.
Московская многоэтажка, советский дом, свежая краска и работающий лифт. Ольга впустила Дмитрия не спрашивая зачем он пришёл.
Миша, позвала она, папа пришёл.
Дмитрий прошёл в маленький коридор, оглядев новый дом две комнаты вместо трёх, узкая кухня.
Но здесь было уютно и живо.
Миша замер в дверном проёме. За эти месяцы мальчик изменился, стал взрослее, и взгляд на отца был холодным.
Миша, я знаю, ты сердишься Но я понял ошибся. Всё изменится. Мы снова можем быть семьёй, втроём. Твоя комната ждёт тебя!
Ольга откинулась на стену, холодно глядя на бывшего мужа.
Люди меняются, продолжал Дмитрий, я подумал, понял что потерял.
Ты не потерял, резко ответил Миша. Ты выбрал. Был шанс выбрал её.
Всё не так просто, сынок
Не называй меня так, Миша шагнул ближе. Ты выгнал нас из бабушкиной квартиры. Сделал выбор выбрал Лизу.
Миша, прошу
Ты ушёл, а если снова встретишь кого-то всё повторится? Выбросишь нас опять?
Дмитрий пытался оправдываться:
Никогда больше Я изменился.
Миша медленно качал головой.
Мне не нужен такой отец, тихо сказал мальчик.
Развернулся и ушёл в свою комнату.
Дмитрий смотрел на Ольгу искал хоть искру поддержки.
Оля, поговори с ним. Объясни, я понял
Она покачала головой.
Я бы тебя не простила, даже если бы ты умолял. Она подошла к двери. Ты мне противен. Не за измену. Даже не за то, что выгнал нас. А потому, что вернулся только, когда тебя бросили. Когда ни осталось никого.
Дмитрий не помнил, как оказался на лестничной площадке. Не помнил, как доехал домой
Один в трех комнатах, один в большой квартире. Мама верила, что здесь будет жить семья, но никого не осталось. Он оттолкнул всех, кто любил его. Исправить уже нельзя. Поздно…
