Мне шестьдесят лет, давно уже на пенсии, живу своей жизнью. Уже десять лет одна: ни мужа, ни детей, ни подруг. Дети разъехались по своим делам, создали семьи в других городах, мужа давно нет, а мне осталась дача, радость моя и отдушина. Как только слегка потеплеет, сразу перебираюсь туда, убираю дом, навожу порядок в саду, потом высаживаю рассаду, разбиваю цветники. На даче мне спокойно и легко.
Но зимой там оставаться невозможно много снега, одной не справиться, помощи ждать неоткуда, поэтому переезжаю в город. Осенью стараюсь тянуть до последнего. В этом году в сентябре немного простыла, осталась в городе на неделю, но как только стало легче, сразу помчалась в свою родную деревню под Киевом.
Подхожу к дому ворота настежь. Думаю: кто-то влез. Вроде всё на местах, но вот смотрю дверь открыта… Сердце екнуло неужели ограбили? Захожу осторожно. Внутри тоже всё спокойно, только плед не на месте да кружка стоит на столе Я всегда убираю посуду! Что-то здесь не так.
Первый страх сменился злостью. Кто это хозяйничает в моём доме, из моей кружки пьёт Выглянула в окно за домом сидит странный мальчик, развёл костёр и греет свои маленькие ладошки у огня. Вот он, незваный гость…
Выхожу на крыльцо и нарочно покашливаю, смотрю на реакцию. «Хулиган» встрепенулся, напугался, но не убежал, а наоборот, подошёл ко мне:
Пожалуйста, простите меня, я тут совсем недавно…
Голос тихий, покорный Сердце сразу дрогнуло:
Давно сидишь тут? Что ел?
Только два дня Почти ничего не ел Немного хлеба, вот и всё
Он с гордостью вытянул самодельную удочку, а на леске кусочек белого хлеба.
Как тебя зовут, мальчик? И как ты сюда попал?
Я Филипп. Мама и отчим выгнали меня из дома. Не хочу с ними жить
Деревня, наверное, ищет тебя?
Нет, никто не ищет Никому дела нет. Я так уже не первый раз убегаю. Пропадаю неделями никто и не замечает. Возвращаюсь только, когда совсем проголодаюсь, а они и не рады
Оказалось, что мальчишка не из нашей деревни. Всё до боли знакомо и горько: мать без работы, отчимы меняются как перчатки, еды почти нет, сплошная водка и пьяные разговоры.
После такого рассказа сердце сжалось, хотелось помочь. Оставила Филиппа в доме, накормила, всю ночь думала, что делать. А утром вспомнила о старой знакомой, кажется, она работает в администрации решила позвонить. Даже если не поможет, хоть подскажет, куда обращаться.
Подруга оказалась очень отзывчива. Пообещала держать ситуацию под контролем. Конечно, мне пришлось побегать, собрать бумаги, но через пару недель я стала официальным опекуном Филиппа. Он не верил своему счастью, а мать так ни разу и не поинтересовалась сыном.
Теперь живём, как бабушка с внуком зимой в квартире в Киеве, а летом на даче. Скоро Филипп пойдет в школу, я уверена, что у него всё получится: он уже читает и пишет, считает отлично, а рисует просто чудо! Художник настоящийИногда по вечерам, когда за окном тихо падает первый снег или в саду золотится закат, мы с Филиппом пьем чай на веранде и вместе мечтаем. Он рассказывает, как хотел бы построить на дереве домик, вырастить огромный подсолнух, придумать для меня новый рецепт пирога. А я улыбаюсь, грею в ладонях его маленькую руку и вдруг чувствую, как снова умею любить и надеяться.
Порой кажется, что жизнь подарила мне второй шанс: наполнить дом смехом, радостью, детскими шалостями и теплом. И я знаю даже если всё вокруг переменится, даже если наступят трудные времена, наш маленький остров доверия не исчезнет. Теперь в моем доме всегда горит свет и не только в окнах, но и в душе.
