Как же мне теперь жить без тебя? Для чего всё это дальше? Зачем жизнь? по щекам моим катились слёзы, а внутри пустота. Вместо сердца теперь зияла черная дыра.
Я всю жизнь любил Людмилу. Ещё со школы. Маленькая, хрупкая, с россыпью веснушек на носу. Помню, как увидел её в шестом классе и влюбился по уши, даже не успев осознать.
Людмила была младше меня на три года. Всегда училась прекрасно, была первой ученицей, и даже самой воспитанной и скромной среди всех. С годами я душой всё тянулся к ней сильнее. Следил на переменах, наблюдая, как она с подружками в классики играет во дворе школы. Лёгкая, словно яркая бабочка. В детстве я мечтал, как непременно на ней женюсь.
Когда вернулся из армии, сразу пошёл к Людмиле с букетом, просить её руки и сердца.
Отец Людмилы был человек строгий, серьёзный. Долго говорил со мной наедине, но потом, улыбнувшись, пожал мне руку и дал согласие.
Свадьба была очень большая и весёлая, приехали даже самые дальние родственники. Поздравляли нас три дня столько гостей было! Глаза у Людмилы сияли от счастья, а я гордился: мне досталась лучшая невеста в районе.
Через два года, с помощью родителей, я построил маленький уютный дом. Людмила летала от радости за три месяца до рождения первой дочери мы уже переехали в свой дом. Семейные хлопоты наполнили наш дом радостью и смыслом.
Родилась у нас девочка назвали Катей, в честь бабушки Людмилы. Катя была крепкой и здоровой, но для Людмилы роды оказались большим испытанием.
Год после рождения дочери Людмила ходила бледная и очень слабая. Я возил её к врачам, а они только плечами пожимали время, мол, нужно, силы сами вернутся.
Когда Кате было полтора года, Людмила снова узнала, что ждёт ребёнка. Врачи советовали избавиться: мол, здоровье не восстановилось, не выносит либо навредит малышу.
Я уговаривал вместе с врачами, но Людмила стояла на своём:
Не оставлю своего ребёнка! Он ни в чём не виноват, что захотел появиться на свет. Пусть будет, как будет на всё Божья воля!
Последний месяц был особенно тяжёлым Людмила лежала в роддоме, а дома за ней тосковала маленькая дочь и я муж, не находящий себе места.
Сердце в груди тревожилось: чувствовал будет беда. И она настала. Людмила не выдержала родов, сердце просто остановилось. Зато на свет появились две прекрасные близняшки.
Я был убит своей бедой. На кладбище смотрел на груду чёрной земли пустыми глазами.
Передо мной мелькали все лучшие моменты с Людмилой: счастье, её улыбка, звонкий смех. Я упал на колени и зарыдал, как раненый зверь:
Как-же мне теперь без тебя? Что дальше делать? Для чего жить? слёзы ручьями текли по щекам, а душа выла в пустоте.
После похорон я просто пил. Глубоко, беспросветно, чтобы не помнить, не слышать в голове её голос и смех.
Родители Людмилы забрали у меня дочерей. Считали, что я не смогу опомниться от горя и быть хорошим отцом. Они были по-своему правы.
На сороковой день, напившись до забвения, уснул прямо на сеновале, а во сне вижу: в дом входит Людмила. В белом сарафане, волосы по плечам золотыми завитками струятся на солнце.
Подошла, погладила меня по голове и тихо, ласково, как раньше, сказала:
Димочка, родной, что ты делаешь, не стыдно ли тебе? сузила зеленые глаза, пальчиком погрозила.
Дочьки твои меня не видят, скучают по отцу. Ты им нужен, как я была нужна тебе. Если ещё меня любишь не оставляй их, люби, как меня любил.
Проснулся я, хмель в голове мигом выветрился, а в окно уже прорывался солнечный свет.
Едва рассвело, я отправился к родителям Людмилы побритый, аккуратный, с серьезным взглядом, будто за одну ночь состарился лет на пятьдесят.
Молча поцеловал руку тёще, обнял тестя, дочерей забрал к себе и вернулся в свой дом.
С того дня стали жить мы вчетвером. Я учился быть и матерью, и отцом: и варить, и стирать, и иголку в руках держать научился.
А заплетал я косы лучше многих матерей. В школе моих девочек хвалили, учились прилежно, всегда были воспитанными.
Если кто-то обижал я летел защищать их, как орёл своих птенцов.
Соседи часто спрашивали:
Почему не женишься снова, Дима? Всё-таки мужик молодой, красивый. Бог дал крепкое здоровье. Сколько женщин на тебя заглядывается!
Я удивлялся и говорил:
Я женат. Посмотрите, у меня дома три невесты. Ещё одну приведу с четырьмя не справлюсь!
Вот так, с шутками да с бессонными ночами, недоедая и много работая, я своих девочек-красавиц и вырастил.
Когда дочки перешли в старшие классы, стала ко мне соседка захаживать: то грибочков сушёных принесёт, то селёдочку слабосолёную. Так пыталась моё сердце растопить.
Вижу упорная. Не хотел женщину обижать, но и понимал: не для меня это всё. Тогда придумал: позвал вечером, спрашиваю:
Кого из моих дочерей больше любишь?
Она отвечает:
А мне твои дочери не нужны, скоро школу закончат и разъедутся. А ты что, решил всю жизнь в одиночестве? Я тебя люблю, а не дочек!
Я посмотрел на неё и подал свой портрет.
Держи. Люби меня дома сколько угодно.
Ушла она опечаленная, с моей фотографией, а я с дочками остался.
Девочки повзрослели, поступили в университет, но про отца не забывали: на выходных обязательно приезжали, помогали по хозяйству, в огороде.
Потом настал день, когда я выдавал своих дочек замуж. С каждым женихом сам говорил по-мужски так, как когда-то мой тесть со мной говорил. Всегда желал своим трём принцессам счастья.
Теперь мои девочки взрослые: семьи, дети, заботы. Но никто из них отца не забывает!
Любой праздник всей семьёй к отцу в село. И дочки, и внуки, и даже маленький правнук любят меня.
Когда мне исполнился восемьдесят один год, увидел я во сне, будто снова молодой, сильный, и навстречу мне бежит моя Людочка! В белом сарафане, босая, волосы золотом блестят на солнце.
Я раскинул руки, сердце стучит, едва сдерживается сейчас выскочит! Встретились мы, обнялись, Людмила глянула на меня и тихо сказала:
Димочка, мой хороший, какой же ты молодец! Дочкам дал счастливую жизнь, я всё видела. Каждый день за тебя молилась, и крепко прижала мою руку к своей.
Пойдём. Теперь всегда вместе будем.
Взялись за руки и ушли по густой зеленой траве
Проводить меня приехали все родственники. Плакали дочери, тяжело прощаться, но каждая понимала: теперь я с той, которую любил всю жизнь.
Это история настоящая судьба одного хорошего человека. Человека с большой буквы, о котором мне рассказывала ещё моя бабушка. Все знали его в нашем городке.
Вот бывает так, что мужчина выбирает жизнь не для себя, а ради любимых дочек. Вечная память доброму отцу, а мне такой урок: любить значит жертвовать ради близких и не искать лишнего для себя.
