Бывший муж не выделял и копейки на наших детей, а недавно я увидела, как он покупает дорогие кроссовки своим пасынкам. Решила отомстить
Вот я, захожу в торговый центр в Киеве с двумя детьми, и вдруг замечаю его. Моего бывшего. Того самого, кто уже несколько месяцев не давал ни гривны нашим детям, каждый раз твердил про «финансовые трудности», когда я просила помочь с покупкой школьной обуви или принадлежностей.
А он стоит в самом дорогом магазине обуви в центре, примеряет брендовые кроссовки своим пасынкам, будто он олигарх.
Я аж вся закипела внутри, но вместо того чтобы устроить скандал, глубоко вдохнула и подумала: «Нет, это так не останется».
Я медленно подошла, держа своих детей за руки, как раз когда он уткнулся в телефон, а дети примеряли невероятно дорогие Nike. Продавщица убирала коробки.
Простите, девушка, сказала я самой приветливой улыбкой, есть такие модели в размере 32 и 35?
Продавщица удивлённо посмотрела.
Конечно. Для?
Для моих детей, ответила я. А потом громко добавила: Муж оплатит всё сразу, правда, дорогой?
Бывший резко поднял голову от телефона, как будто его ударило током. Глаза полезли на лоб.
Что? начал он, но я уже устроила детей на примерку кроссовок.
Да-да, он оплатит, спокойно сказала я продавщице. У нас смешанная семья, сами понимаете. Это его пасынки, а это наши дети. Он всегда говорит, что хочет чтобы все были в равных условиях. Правда же, милый?
Бывший покраснел как спелый помидор. Слов не мог найти, но продавщица уже несла коробки, а я подмигнула ему.
Замечательно сидят, сказала я продавщице. Берём.
Пока продавщица оформляла покупки, я увидела шикарные коралловые кроссовки на полке мои любимые.
Девушка, а можно ту пару в 38 размере? Коралловые.
Для вас? уточнила продавщица.
Конечно, для меня, сказала я, надевая их. Ох, как они мне идут! А ещё те чёрные нужны на работу.
Ещё?! прохрипел бывший.
Ты чего, не экономь, ласково сказала я. Мне нужны удобные кроссовки для работы и прогулок с детьми. Не раз тебе говорила, что пора обновить обувь.
Продавщица, не вникая в семейные страсти, улыбается и записывает всё.
Значит, восемь пар, говорит она, глядя на калькулятор.
Я быстро поцеловала детей и подошла к бывшему.
Ну что, дорогой, я пошла, мне еще надо закупиться. Дети останутся с тобой, нормально? Потом привезёшь их домой.
И пока он пытался что-то сказать, я взяла пакеты с кроссовками для себя и для детей и спокойно ушла к выходу, чувствуя себя настоящей королевой.
Последнее, что услышала, был голос продавщицы:
Получается 20 000 гривен. Наличными или картой, мужчина?
Лишь на парковке я позволила себе громко рассмеяться. Его выражение лица было просто бесценным. Я взглянула на новые кроссовки в пакете и подумала: «Вот она, справедливость!»
Вечером, когда он привёл детей (естественно, на полчаса позже оговоренного), был с видом между злым и отчаявшимся. Пасынки с ним не пришли.
То, что ты сделала начал он.
А что такого? невинно ответила я. Я просто позаботилась, чтобы и ТВОИ дети получили новые кроссовки. Благодарить не надо, дорогой. Это самое меньшее, что ты мог сделать.
Он помолчал, покачал головой.
Восемь пар Восемь! Тебе реально две пары нужны?
Никогда не знаешь, когда понадобятся удобные кроссовки, милый. А ещё сколько месяцев ты мне не платишь алименты? Так что считай это авансом.
Ты сумасшедшая.
Нет, просто устала, ответила я. Это разница. А теперь ещё и в отличной обуви.
Он развернулся, чтобы уйти, но я услышала, как он бурчит у машины:
Восемь пар Легче уж алименты платить
«Ну конечно, гений», подумала я, закрывая дверь.
Дети с радостью подбежали ко мне, обняли новыми кроссовками. Я надела коралловые вечером на прогулку и почувствовала себя великолепно.
Поступила ли я неправильно? Возможно.
Жалею ли я? Ни на секунду. А ты бы как поступила на моём месте?
