Познакомилась я с ним ещё в гимназии. Мне тогда было пятнадцать, как и ему, а уже через несколько месяцев мы стали встречаться. В предпоследнем классе к нам пришла новая девочка Марьяна. К концу года из-за его невнимательности он оставил свой телефон, и я увидела их переписку. Тут многое встало на свои места: когда у Марьяны случалась беда, она сразу же мчалась к нему плакаться, а я наивно думала просто дружат.
Я была слишком молода и, боясь потерять единственного, кого тогда считала своей опорой и любовью, много чего прощала. Так мы прошли полгода последнего школьного класса, и как раз когда я уже решилась расстаться, узнала беременна. Проплакала я тогда всю ночь. Понимала, какие испытания меня ждут: учёбу откладывать, в семье строгость немалая… Всё это и случилось.
Окончили мы школу, и на свет появилась наша дочь. Он сразу пошёл учиться дальше, навещал нас только раз в две недели, а я чувствовала себя невероятно одинокой, как будто вне роли матери просто и не существую.
Думала, после выпуска с историей про Марьяну будет покончено, но прошло десять лет а она осталась причиной всех бед. Она всё так же искала встреч с ним, и что самое горькое он всегда был к ней предупредителен. На выпускные, праздники, события он не брал меня с собой на словах у нас не с кем оставить девочку, но я понимала: это лишь повод почувствовать себя свободным и побыть с ней. Я знала, что физической измены у них так и не было не из-за того, что не хотели, просто Марьяна любила привлекать его внимание и тут же отталкивать.
Устав от постоянных разговоров, обещаний, что всё больше не повторится, в 2021 году я решила закончить с этим. Пошла к психологу, устроилась на удалённую работу, проводила время с дочерью раньше на это не хватало ни сил, ни времени. Уходя, я была уверена всё кончено. Так ему и сказала: круг замкнулся.
Но он стал меня добиваться вновь, стал внимателен, старателен. Через полгода я решила дать ему ещё шанс и предложила жить вместе, чтобы понять насколько он серьёзен. Он согласился. Вместе мы накопили гривны, купили всё нужное для общего быта.
Поначалу мне казалось, что я счастлива: наконец-то мы настоящая семья. Но в одной зимней ночи, уже в феврале 2025 года, меня охватило дурное предчувствие. Лежать спокойно не могла, сон не шёл. Взяла его телефон, посмотреть, и…
Это, наверное, был самый тяжёлый момент в моей жизни. Нажала на случайный диалог открылась их переписка. Оказывается, они общались уже давно, он просил встретиться. Потом стало известно ещё больше: два месяца до нашего совместного проживания он на встрече выпускников танцевал с ней до утра, провожал до самой двери, просил поцелуя она отказала. Писал другу, что Марьяна это желание и недостижимое, а я для него семья и любовь. Но самое болезненное письмо, которым он поделился с ней в декабре 2024 года. Я бы никогда не увидела, если бы не тот случай.
В письме он признавался: самые светлые школьные годы благодаря ей, что из трёх тысяч ночей больше двух тысяч он думал о ней, что мечтал быть парой, делать то, что делают влюблённые… Но ничего из этого не случилось, потому что он остался с матерью своего ребёнка со мной, приняв на себя эту ответственность впервые.
Я читала и дрожала от холода внутри. Лёгкая оторопь, полная пустота. Я чувствовала себя заменою, человеком, которого не выбирают сердцем, а лишь обязаны остаться рядом. Рядом с письмом было пятнадцать минут голосовых, слушать я не смогла. Мне стало плохо, я разбудила его и велела уйти. Была уже полночь.
В последующие дни я работала, занималась дочерью ей уже было девять лет, он ходил по дому, как автомат. Он тысячу раз просил прощения, начал ходить на терапию, и в какой-то момент я решила простить и попробовать жить дальше вместе, разобравшись во всём. Это помогло кое-что изменить, многое прояснить, но глубокий след остался, боль не отпускала. Самооценка рухнула. Сложно стало смотреть на себя в зеркало будто не я больше живу в этом теле.
Сейчас мы начали ходить друг с другом на свидания чаще, чем когда-либо, и вроде бы приятно, но что-то во мне сломано. Не пойму то ли осторожность, то ли скрытый страх не даёт поверить и надеяться снова. Внутренний огонь, что горел раньше, больше не чувствую, и он будто уже не замечает этого. Живём вместе, почти не ссоримся, если случится договариваемся сразу, оба готовы мириться, говорить, поддерживать. Но то ощущение близости не возвращается.
Сегодня мы надёжная, любящая семья, внимательные друг к другу, но пустота во мне осталось. Больше одиннадцати лет я чувствовала вот этот огонь уже год, как нет. Я будто бы утратила себя.
Он много трудится, ставит цели, заботится о дочери, помогает ей разобраться в её чувствах, слушает, играет, шутит, приглашает нас с ней гулять, старается проводить время вместе. Затраты на быт и свои маленькие радости несём поровну, иногда позволяем себе чуть больше и всегда вместе.
