Случайный звонок
Петр Петрович? голос на другом конце провода был сухой, почти официальный.
Да, Петр Петрович. А с кем я разговариваю?
Это директор детского дома в Ростове-на-Дону. Через неделю вашей дочери исполняется три года, и мы обязаны перевести её в другое учреждение. Вы точно не собираетесь её забирать?
Погодите, какая дочь? Какая малютка? У меня сын, Артем, отвечаю ошарашенно.
Полина Петровна Смирнова. Это ведь ваша дочь?
Нет, не моя. Я Петр Петрович Серов.
Прошу прощения, с усталостью сказала женщина, видимо, произошла ошибка.
Гудки раздались резко, как удар набата.
«Что за нелепость, возмущался я. Малютка, дочь, документы что за беспорядок?!»
Но звонок прочно застрял в душе. В голове крутились мысли как живется этим детям без дома, без мамы, без заботливого отца, без бабушки-няни. У Артемки ведь все есть: родные, тёти-дяди, бабушки и дедушки
Оксана, моя супруга ничего от неё не утаишь, заметила мою рассеянность, невпопад отвечал, а мы живём вместе почти десять лет, знакомы с седьмого класса.
Вечером, за ужином, она прямо спросила:
Ты сегодня какой-то чужой. Что случилось?
Как зовут её? спросила она, будто уже всё знает.
Кого? опешил я, вдруг подозревая, что ей тоже звонили.
Полина, говорю. Полина Петровна.
Ах, вот оно что У меня Оксана, а у тебя Полина? начала повышать голос жена.
Так и называли Полина Петровна Смирнова.
Может ещё номер её паспорта скажешь! уже почти кричала Оксана.
У неё и паспорта нет, ей три года, какой паспорт?
Она что, беженка? возмущённо пролепетала она.
Да какая беженка? уже совсем ничего не понимаю.
Полина твоя Наверно, хотела прописаться, да? Признавайся!
Что тебе признаться?! и ужин совсем потерял смысл.
Оксана вдруг заплакала злые слёзы катились на её фартук, не навзрыд, но очень по-настоящему.
Завтра уеду к маме, имей в виду Артемку я тебе не отдам, через слёзы сказала она.
Оксана, ну ты чего? Зачем к маме-то?
Думаешь, я буду вам с любовницей тут всё готовить, да с этой Полиной? набросилась она.
Начал доходить абсурд. Я посадил жену на кухонный диван и рассказал всё про утренний звонок.
Теперь слёзы были уже о Полине, о малышке, которой никто не нужен. Женщины у них всегда полно слёз по любому поводу и в любых количествах, а я их терпеть не могу, особенно Оксанины.
Еды после такого мне совсем не хотелось.
Проснулся среди ночи: Оксана стояла рядом и рылась в моём телефоне за десять лет ни разу такого не было. Не поверила ищет “любовную переписку”. Стало противно от такого недоверия.
Вдруг она тихо шепчет: «Петя Петя» и толкает меня.
Я сделал вид, что только что пришёл в себя.
Петя, этот номер ведь тот самый стационарный?
Да, автоматически, тот.
Ну спи, спи. и вышла из спальни, прихватив телефон.
Легко сказать усни Слышу, в гостиной включён компьютер. Потом я тихо встал и посмотрел, как она вводит в поисковике: «Детский дом Ростов-на-Дону».
Компьютер выдал официальный сайт, телефон, фото здания. Оксана сверила номер телефона.
Петя, совпадает!
Что совпадает?
Номер телефона совпадает. Это реально детский дом!
Я ж говорил. Так ты зачем проверяешь?
Не проверяю, а уточняю!
Зачем?
Петя, а дом-то совсем рядом Давай поедем, выясним, как твой номер оказался у них, ведь ты совершенно посторонний.
Я и правда не подумал: откуда у них мой номер? Может, стоит съездить и разобраться?
Заснуть, конечно, не удалось. Только начал дремать Оксана опять толкает.
Пе-е-тя точно ничего ни с кем не было? Может, кто-то из давних первая любовь, например. Вдруг встретился, всё вспыхнуло, а ты не в курсе, а она оставила девочку в роддоме? Петя?
Какая любовь, Оксана? Я как с тобой за одну парту сел так и сижу, точнее лежу, с тобой. Вспомни: четыре года назад Артемка только-только в садик пошёл, вечно болел, а ты снова на работу, кто с ним сидел? Я! На удалёнку даже перевёлся. Вся жизнь микстуры, таблетки, врачи. Какие любовницы? Еле на ногах держался!
А кто тогда свой номер оставил? не успокаивалась она.
Меня тоже мучило это. Перебрал всех знакомых ни с одной такого не могло быть. Но мало ли
Все варианты сразу отпали: кто в семье устроился, кто выехал за границу, кто детям не нужен.
Решил сам завтра с утра едем в детский дом.
Приехали рано, но у кабинета директора уже сидел какой-то светловолосый, маленький мужичок вроде чисто одет, но весь какой-то неопрятный, бегающие глазки, руки сжимают бумаги и дрожат, то ли от волнения, то ли после вчерашнего.
За мной будете, хриплым басом сказал он.
Дверь открылась, его пригласили в кабинет. Минут пятнадцать слышался чей-то строгий голос с басистыми перебиваниями.
Наконец мужичок вышел, потрёпанный и без бумаг, нас пригласили.
Здравствуйте, брюнетка средних лет стояла у окна, грызла дужку очков. Вы зачем пришли?
По вчерашнему звонку, отвечаю с улыбкой.
Извините, мне некогда угадывать загадки. Сформулируйте проблему коротко.
Я объяснил про звонок, голос узнал сразу.
Ах, это женщина устало улыбнулась. Простите, ошибка, звонили не вам.
Как не мне, если мой номер у вас? Откуда?
Понимаете, Петр Петрович, ошиблась цифрой: должна была набрать 961, а набрала 960. Совпадение, что у вас тот же отчество и имя. Он, кстати, только что был у меня.
Кто? вопрошаю, уже зная ответ.
Петр Петрович Смирнов, отец Полины.
Прошу прощения ещё раз, у меня много дел.
Женщина поднялась, на бейджике было написано: «Таисия Андреевна Мамочкина».
Оксана успела прочитать:
Таисия Андреевна, а тот Петр Петрович заберёт девочку?
Директор вдруг вернулась к столу.
Нет, не заберёт. Мама её умерла, а у этого отца от разных женщин аж семеро детей. За три года был всего дважды, и то только из-за нашего давления. Полина ему не нужна. Всё, уважаемые? Я ответила на все вопросы. До свидания.
Подавленные, мы вышли из здания.
Старшие дети гуляли на площадке кто-то качался, кто-то спускался с горки, мальчики устраивали гонки на лавочке.
Я смотрел и вдруг понял: здесь что-то очень не так.
В дворе было тихо когда я Артемку вывожу, начинается шум, музыка, смех, вопли. А тут дети тихонько, по-взрослому разговаривали и не смеялись как обычные малыши. Они напоминают маленьких старичков. Стали взрослыми с ранних лет не было детства, только выживание. Вечно холодно, голодно, нет игрушек, одежды, нет заботы, иногда и жестокость со стороны взрослых.
Я посмотрел на Оксану слезы снова в её глазах.
Опять эти слёзы всегда найдётся повод!
Мы неспеша шли к воротам, и вдруг раздался крик: «Мама!» все дети повернулись к нам.
К нам бежала малышка в яркой шапке с помпонами.
Мама, мама! кричала она, раскрывая объятия. Я тут!
Девочка со всей силы вцепилась в Оксанину ногу, и начался такой плач, что даже у меня слёзы выступили.
Полина, Полина! спеша к нам шла воспитательница. Она попыталась взять девочку на руки, но та крепко держалась за Оксану.
С трудом оторвали малышку (шоколадка решила всё), и мы спешно покинули детский дом.
В машине молчали; Оксану трясло, и я чувствовал себя нехорошо. Руки дрожали, как у моего тёзки, пришлось остановиться у обочины, чтобы успокоиться.
Оксана показала глазами на магазин напротив.
Молча, не сговариваясь, вышли из машины, взялись за руки и пошли в «Детский мир».
За куклой и розовым платьем.
Наша дочь Полина будет самой нарядной!
Сегодня понял: к чужим детям нельзя быть равнодушным. Каждый ребёнок достоин семьи, заботы, детского смеха и если можешь помочь хотя бы каплей, помоги.
