Случайный звонок
Сергей Васильевич? голос в трубке прозвучал так, будто звонящий только что выгнал кота с кухни.
Да, это я. А вы кто?
Директор детского дома из Киева. Через неделю вашей дочери исполняется три года, и мы вынуждены перевести её в другое учреждение. Вы уверены, что не заберёте её?
Какая дочь? Какая малютка? У меня сын, Игорёк! в полной растерянности мямлю я.
Светлана Сергеевна Тищенко, как указано в документах ваша дочь.
Нет, не моя. Я Василиченко. Сергей Васильевич Василиченко, впрочем.
Извините, случилась какая-то ошибка, устало выдохнула трубка, и секундой позже в уши ударили простые, но суровые украинские гудки.
«Ну и дела! возмущаюсь я мысленно. Детская какая-то, дочь из ниоткуда, бардак кругом!»
Но звонок прочно засел в душе, как заноза, и мысли вдруг потекли о том, каково детям без семьи, без мам и пап, без хлопотливых бабушек, а у моего Игорька целый семейный клан, включая двоюродных тёть и дядь с обеих сторон.
Катя сразу заметила моё уныние отвечаю ей на автомате, сам будто в воду гляжу. Впрочем, с женой, с которой вместе уже почти десять лет, а знакомы с самой начальной школы обманывать бесполезно.
Дождавшись вечера, она за ужином спросила в лоб, что со мной случилось.
Как зовут-то её?
Кого? резануло меня. (Вот откуда она знает про девочку? Может, и ей звонили?)
Светлана. Светочка.
Светочка? Светлана Сергеевна Тищенко? Катя подозрительно прищурилась.
Ну да, отвечаю, будто оправдываюсь.
Ты мне номер её паспорта скажи ещё! взвилась жена.
Нет у неё паспорта, она маленькая, зачем ей?
Может, беженка? визжит Катя уже не так громко.
Кто, Света? я окончательно потерял нить события.
Твоя Светлана, конечно! Прописаться хочет, да? Говори, негодяй!
Замешательство грозило превратиться в цирк с конями, и тут Катя заплакала. Не по учебнику, а по-настоящему, злые слёзы скользили по фартуку.
Всё, завтра поеду к маме. Игорька тебе не оставлю!
Катя, да ты что? К маме зачем?
А ты думал, я тут буду вам с полюбовницей прислуживать, с твоей Светочкой?
И вот тут до меня, наконец, докатился абсурд ситуации.
Усадил я жену на кухонный диванчик и рассказал всё о странном звонке.
Теперь Катя плакала уже из жалости к девочке. Женские слёзы в принципе неисчерпаемы, особенно Катины, которых я и боюсь, и не выношу.
Ужин в итоге смялся, я даже не помню, что поклевал.
…Наутро проснулся от того, что жена лезет в мой телефон! За десять лет впервые такое. Недоверие на лицо: ищет тайные сообщения. Грустно, горько, противно…
Тут она тихо шепчет: «Серёж, Серёж…»
Я делаю вид, что только что открыл глаза.
Серёж, вот этот номер звонил, да?
Да, стационарный. Этот.
Ну спи, спи, сказала Катя, уходя из спальни и забирая мой телефон.
Да уж, поспишь тут… Слышу комп включился. Я потихоньку подкрадываюсь к гостиной.
Катя с энтузиазмом рылась в интернете, вводя в поиске: «Детский дом Киев».
Комп потрудился и выдал официальный сайт, адрес, телефон, даже фото здания. Катя сверяет номер телефона с экраном моего телефона.
Серёж, совпадает!
Что совпадает?
Номер совпадает. Это телефон детского дома!
Да я и говорил. Ты что, проверяешь?
Не проверяю, а уточняю.
Зачем?
Детский дом совсем недалеко, задумчиво говорит Катя.
Может, съездим? Узнать, откуда у них твой телефон, если ты вообще сторонний человек?
Я даже не думал о том, откуда они могли взять мой номер. А может, стоит действительно разузнать? Чужих детей приписывать не то хобби, которое я жажду развивать.
Перед самым рассветом, когда я почти уснул, Катя мне опять под бок толкает:
Серёж…
Что ещё?
Ты точно никого ни с кем не встретил? Может, случайно… с бывшей любовью… а? Вдруг чувства вспыхнули, а она родила и оставила ребёнка?
Какая любовь, Катя? Мы с тобой с первого класса сидели за одной партой, и вот лежу, ой, то есть, люблю тебя, вот! Четыре года назад Игорьке как раз три было, болел всё время, я на удалёнке работал, ты на работу ходила… Кто сидел с ним? Я! Какие полюбовницы? Я тогда не мог ни на ком держаться, всё время засыпал даже стоя!
А всё-таки, откуда твой номер там? не унималась жена.
Этот вопрос мучил и меня. Я перебрал в голове всех знакомых барышень, которые могли бы выкинуть такой фокус. Но у одних всё хорошо в жизни, другие давно уехали из страны, третьи вообще с детьми на руках, а одна особо активная исчезла вовсе лет пять назад.
Короче говоря, раз уж может произойти невероятное, я утром твёрдо решил навестить детский дом лично.
Приехали рано, но перед кабинетом директора уже сидел кто-то. Неряшливый блондин, то ли с похмелья, то ли просто очень волнуется. Руками сжимает бумаги, глаза бегают.
За мной будете, вдруг выдал густым украинским басом.
Вскоре его пригласили внутрь, там минут пятнадцать звучал ровный голос, смешанный с басистым бубнежом.
Вышел он весь всклокоченный и без бумаг, и вот наша очередь.
Добрый день, приветствовала нас приятная брюнетка лет сорока. С каким вопросом вы?
По вчерашнему… пытался я пошутить.
Извольте изложить ситуацию коротко и понятно, времени нет, сказала она строго.
Я рассказал о звонке и о том, что номер сопал.
Ах, простите. Случился сбой: я ошиблась цифрой. Настоящий номер начинается на 044, а я набрала 048. И имя совпало, чистое совпадение: вы оба Сергей Васильевич. Он и был перед вами в кабинете отец девочки.
Откуда у вас мой номер?
Я ошиблась, вот так бывает…
А он, этот Сергей Васильевич, заберёт девочку? поинтересовалась Катя.
Директор, Таисия Петровна Мамочкина, присела и вздохнула:
Нет, не заберёт. Мама девочки погибла, а у этого Сергея Васильевича семь детей от разных женщин. За три года он был дважды, и то под нашим принуждением. Светочка ему не нужна. Всё, господа, я ответила на ваши вопросы. До свидания.
Мы вышли из здания ошеломлённые.
Дети играли во дворе: кто на качелях, кто на горке, двое устроили гонки на лавке.
Я глянул на них, и понял, что детство у них прошло мимо. Они не шумели, не смеялись громко, переговаривались тихо, будто маленькие старички. У этих детей вместо беззаботных лет выживание: то в холоде, то в голоде, без игрушек и одежды, среди равнодушных взрослых или, упаси Бог, жестоких.
Катя стояла рядом, глаза её снова блестели слёзы тут как тут!
Мы не спеша пошли к воротам; и тут раздался крик: «Мама!»
Все детки повернулись, а навстречу Катине летела девочка в смешной шапочке с помпоном.
Мама! Мама! Я тут! кричала она, обнимая Катину ногу и рыдая так безутешно, что даже у меня глаза стали влажными.
Воспитательница быстро подбежала, попробовала взять девочку, но та вцепилась намертво. Только шоколадка смогла её отвлечь, и мы выбежали из детского дома почти бегом.
В машине мы молчали. Катю трясло, я чувствовал себя так же, как мой “тёзка” утром: руки дрожали, пришлось остановиться у бордюра.
Катя глазами показала на магазин «Дитячий світ», который был буквально в двух шагах.
Без слов и обсуждений, крепко держась за руки, мы отправились за куклой и розовым платьем.
Наша дочка Светочка будет самая нарядная!
