В один зимний вечер я случайно перебирала воспоминания и вдруг вспомнила одну историю как-то услышала рассказ о женщине, которая оказалась одна с детьми и не видела ни выхода, ни надежды. И захотелось рассказать свою не для осуждения, а чтобы понять: когда у тебя дети и нужда, ждать чудес от судьбы бессмысленно. Никто мне ничего не дарил, все пришлось выбирать и строить самой, шаг за шагом.
Дом я покинула рано, чуть только исполнилось шестнадцать лет. Из упрямства да из неопытности, думала, повзрослела, и с любимым начну свою счастливую жизнь. Вместе мы сняли крохотную однокомнатную квартирку в Киеве кухонька выходила прямо в комнату, стенки тонкие, а в уборную приходилось бегать через двор. Не шиковали, но казалось своё.
Пару лет прожили так. Только я совершеннолетней стала сразу забеременела. Сначала все складывалось терпимо: муж работал таксистом, приносил гривны на продукты, оплачивая аренду. Оставались какие-то копейки, но голода не знали.
Когда сыну почти стукнул годик, стала замечать всё реже приносит домой деньги. Вечно были причины: сезон неудачный, конкуренты, машина ломалась. Я верила. Потом во второй раз забеременела на этот раз дочкой. Едва вошла в четвёртый месяц он исчез. Без слова, без слёз. Вечером забрал одежду и не вернулся. Ходили слухи: что уже давно жил с другой женщиной, что видели их вместе на улице или в магазине, что ночевал у неё. А мне ни одна душа слова не сказала, пока мы были вместе.
После этого, пока осталась я одна, беременная, с мальчиком на руках и снося от позорящих взглядов соседей и родни, я узнала подробности кто что видел, кто слышал. Больнее всего было не одиночество, а шепот за спиной.
Он будто в воду канул ни звонка, ни гроша, даже на пелёнки. Сутки просидела на полу, то рыдая, то всматриваясь в безмолвие почти пустого холодильника: молоко на исходе, продукты к концу, аренду платить нечем. Ждать помощи бесполезно. Потом сказала себе хватит.
Начиналось все прямо из той же квартиры. Просила продукты в долг у знакомой торговки. Варила кисели, пироги, делала десерты по стаканчикам, пекла кексы. Снимала на мобильник, выкладывала объявления в «ВКонтакте» и в сторис «Инстаграма». Не приукрашивала: «Продаю сладости, чтобы на детское питание собрать». Люди брали: кто из жалости, кто по вкусу. За выручку покупала еду, платёж за квартирку, самое необходимое.
Потом взялась варить на обед: рис с овощами, гречку, курицу, тушёную с луком, тефтели. Сосед помогал с доставкой на мотороллере по курсу, и так выкручивались. Вставала затемно, готовила с животом уже большим, а сынок мой крутилась рядом. Бывали дни, когда невыносимо хотелось бросить всё, садилась у стола и плакала. Но утром снова разжигала плиту, начинала всё заново.
Каждую гривну берегла, собирала понемногу. Когда почувствовала, что роды не за горами, мама позвала обратно в дом. Чтобы я не была одна. Дочь родилась уже там, родители с тех пор стали моей опорой. Не содержали, но помогали: сидели с детьми, пока я по заказам бегала.
Сейчас сыну уже шесть лет. Дочка растёт как на дрожжах. Мы с мамой открыли небольшую кондитерскую в спальном районе. Это не производство, не бизнес в масштабах, а своя маленькая мастерская. Печём торты на дни рождения, сладкие угощения, приёмные заказы. Не богатеем, но голодными не засыпаем, и дети мои всегда сыты.
Вспоминаю теперь и знаю, как невыносима боль брошенной женщины с детьми. Это несправедливо. Но одно я поняла навсегда: ждать спасения откуда-то нет смысла. Никто за тебя ничего не сделает. Когда у тебя есть дети, нет права опускать руки.
