Самолет робко высунул нос из-за облаков, присмотрелся, сделал плавный круг и мягко коснулся земли, аккурат как жених, целующий невесту у венчального столба.
Грянули аплодисменты, но экипаж их не услышал.
Как и Николай Каплин его уши заложило на высоте так, что небо будто налило в голову белый шум.
Николай тщетно пытался прочистить уши зажимал нос, дул, но только не туда, и шумок в голове остался.
Вернулся он из Воронежа ранним утром, чтобы поспеть на работу.
В доме суетилась жена, не спавшая всю ночь, нервно перекладывая вещи по квартире.
Коля прошёл на кухню и стал собирать себе еду.
Слух не прояснялся.
Всё, я ухожу!
Надоело всё!
Надоела эта жизнь, твоя зарплата в тысячу гривен, квартира на краю Харькова.
Я думала, что у меня хроническая любовь, а оказалось, просто заразилась!
бросала Ольга свои откровения ему в спину, пока он спокойно перекладывал картошку из кастрюли в термос.
Я ухожу к Серёже, ты его не знаешь, он тебя не знает, но он чудесный.
У меня к нему чувства, настоящие.
И не переживай я чиста перед тобой, ничего ещё не было.
Так что ухожу я честно, чтобы ты потом не порочил меня перед своими родственниками.
Особенно мамой!
Коля закончил с обедом, запаковал всё в сумку и занялся кофе.
Может, хоть что-нибудь скажешь?
спросила Ольга, оглянувшись.
Оленька!
отозвался Коля.
Можно тебе поручить джинсы мне погладить с утра?
Джинсы?!
Я тебе про чувства, а ты про глажку…
Да пошло оно всё!
Думала, ты меня остановишь.
Жена схватила сумку, перепутав свою с Колиной рабочей, и унеслась вон.
Пока дверь не хлопнула, Николай не понял, что остался один.
«Куда она помчалась?
А джинсы?
И где мой обед?» думал он, переживая этот неожиданный развод с утренним налётом абсурда.
Найдя всё же мятые штаны и не обнаружив термосов, Каплин отправился на работу.
В подъезде, входя в лифт, поздоровался с председательницей ТСЖ женщиной, которая, если верить слухам, всё ещё отправляла зарплату в Киевскую Русь.
Говорили, что её духами лошадей воскресали и вражеских соседей отпугивали.
Коля задержал дыхание, вошёл и стал лицом к выходу.
Двери сомкнулись, “газовая камера” повезла всех вниз.
Вы не сдали деньги на дезинсекцию!
Сегодня будут морить тараканов по всему дому, сообщила председательница.
Колю едва не задушил запах её духов.
Надо сдать до вечера, сможете перевести на карту?
Каплин молчал.
Тогда она наклонилась, громко прошептала на ухо:
Жду перевод до конца дня.
С переводами поздравляю.
А куда вас переводят?
Обратно в Киев?
оживился Каплин.
Он искренне верил, что эта женщина прямой потомок княгини Ольги.
Председательница что-то отругала, из её тирады у Николая в голове остались только фрагменты “ка”, “дор”, “ть”, “ить” будто речь шла на древнерусском.
Он кивал, как зритель на выставке абстракционизма.
Лифт раскрылся, Коля поспешил наружу, а председательница пошла собирать дань по квартиру.
Работал Каплин электриком.
Неделю трудился на объекте у клиента, который хотел получить идеальный результат, не вложив ни копейки сверх сметы.
Материалы и схемы были так себе с запашком.
Он не страдал один: вместе с ним боролись сантехник и отделочники.
Николай штробил стены, коллеги потели в соседних комнатах, тут ввалился хозяин всю ночь гулял на дне рождения товарища, и, поймав творческий кураж, решил перед сном проверить ход ремонта.
Всё не так!
кричал он.
Розетки хочу в шахматном порядке, люстра смещена на 3 градуса к западу от оси земли!
Делайте, как сказал, или не заплачу ни копейки!
С подобными гениальными требованиями клиент прошёл по всем комнатам, потом заперся в детской и заснул на мешках со штукатуркой.
Через семь часов вышел, увидел, что мастера реализовали его указания: гостиная и кухня теперь соединены аркой, в санузле появился дополнительный унитаз, а на одежде клиента слой штукатурки.
Лицо его было белее мела.
Всё забыв, он хотел обвинить строителей во лжи, но те предъявили видеофиксацию.
Только Каплин ничего не изменил его слух не воспринимал бредовые идеи ночью.
В итоге клиент выплатил всем за работу, а Николаю отдельно выдал премию “за стойкость перед творческим натиском”.
Вечером Каплин, уставший и голодный, отправился к врачу, чтобы тот вернул его в мир звуков.
По пути за ним пристроился злющий дворняга и пытался напугать громким лаем, но мир Николая немое кино: люди и животные движутся, эмоции есть, а слов нет, и Коля спокойно продолжил путь.
Псу стало скучно, тот отстал.
Пусть всегда звучит для вас жизнь!
провозгласил доктор, прочищая Каплину слух.
Вернувшись к реальности, Николай взял из кошелька премию, купил на рынке пирожок с капустой, а ещё букет для жены.
У подъезда его встретил унылый сосед:
Слыхал новости?
Да весь день ничего не слышал, разыграл шутку Коля, ковыряя в ухе.
Мигунова ну эта, с гривнами, Золотая Орда, собрала деньги со всех соседей и сбежала!
В другой город переехала, концы обрублены.
Все семь подъездов прошла.
Ты сдавал?
Нет, не сдавал, ответил Каплин.
Утром она мне что-то говорила про перевод, но я не разобрал.
Тебе повезло.
А я, лох, сдал.
Только одно радует: пока она всюду ходила, тараканы от её духов сами вымерли, усмехнулся сосед.
Вроде как не без пользы.
Дома Николая встретили запахи ужина и неожиданно ласковая супруга.
Прости меня, дурочку, сама не знаю, что на меня нашло…
Вспышка, наверное.
Я все свои слова назад беру, ничего плохого не сделала.
И нет никакого Серёжи: ездила к сестре, пар спустила, и мозги встали на место.
Ты с утра так мужски, невозмутимо ответил это меня отрезвило.
Ну что, простишь меня?
Ольга с горячими поцелуями затащила Николая к столу.
Да я всё равно ничего не слышал, признался он, чувствуя себя премированным просто за терпение.
Спасибо!
крепко обняла мужа жена.
«Вот дела, подумал Николай, не совершивший ничего необычного за день.
Надо бы почаще отключаться от мира.
Может, и жить проще станет».
Жизнь учит: порой равнодушие к суматохе и чужим крикам лучший способ сохранить свое спокойствие, а терпение оказывается самой ценной заслугой.
