Понадобилось мне пятнадцать лет, чтобы понять: мой брак как абонемент в спортивный зал на Мясницкой, который купил с великими замыслами в январе, а потом забыл про него на весь год. Вроде дело стоящее, а потом только карты пылятся в рюкзаке.
Началось всё во вторник, самый обыкновенный, как каша по утрам в детском саду. Прихожу с работы, а он раскинулся на диване, в одной руке пакет семечек, в другой пульт, и в четвёртый раз смотрит какой-то сериал про зомби на Первом канале.
А ужин? спросил, не отрываясь от экрана.
Что-то в моей душе клацнуло. Как будто телефон завис, и я нажала «Перезагрузить к заводским настройкам».
Вот и не знаю, милый. А где ужин? отвечаю я, бросая сумочку у двери.
Смотрит, будто я заговорила на древнем архаичном наречии.
Ты всегда готовишь. Я привык, говорит он.
Правда? Любопытная привычка. Ну ладно, я на ужин к подругам иду.
Лицо его вытянулось, как будто услышал хокку из трёх незнакомых слов. Кратко, но наполнено смыслом.
В тот вечер у меня была жареная форель, сухое белое вино и столько смеха, что, кажись, затряслись окна на кухне дяди Миши этажом ниже. Вернулась я к одиннадцати. А он заказал шаурму, дети в восторге.
Мама, почему мы так редко ужинаем «как люди»? спросила младшая, размазав кетчуп по носу.
Неделя прошла и я решила закинуть удочку подальше. Буквально.
Я улетаю в Сочи в пятницу, сообщила я за завтраком.
Он чуть не опрокинул кружку с чаем.
Как в Сочи? С детьми?
Ты же отец, справишься. Дети твои тоже.
Но у меня совещания! Срочные дела!
Я посмотрела ему прямо в глаза.
А у меня за эти пятнадцать лет были только менее срочные дела. Но знаешь, как-то выкручивалась. У тебя же «шахматный ум» глядишь, получится.
Я улетела. Ну, с двоюродной сестрой. Это не важно.
В первый же день телефон разрывался:
«Где форма для физры?»
«Как включить стиральную машину?»
«Макароны варить в холодной или горячей воде?»
«Можно ли детям есть хлопья на ужин?»
Я ответила только на одно сообщение:
«Яндекс тебе в помощь».
К третьему дню смс поменялись:
«Дети снова требуют пельменей»
«Почему столько домашки?»
«Зачем вообще родительское собрание?»
Я не отвечала. Я сидела в шезлонге, пила ледяной компот и читала детективы, пока никто не мешал каждые пять минут.
Когда я вернулась, квартира напоминала последствия наводнения в Нижнем Новгороде. На люстре колыхались носки, до сих пор не знаю, как они туда попали. Пес по кличке Борщ бегал с носком на голове, а дочь Олеся измазала моими румянами полстены у себя в комнате, мечтая о фиолетовой галере.
Муж свернулся клубком на кресле у телевизора.
Ты вернулась… сипло сказал он. Слава Богу.
Ну, как прошло? спросила я, загорелая и умиротворённая.
Я не понимаю… Как ты всё это делаешь каждый день? Это… не по-человечески.
Почти как полноценная работа, правда?
Он замолчал. Зомби на экране заворчали. Он тоже.
Прости, выдавил наконец. Я действительно прошу прощения.
С тех пор многое изменилось. Теперь он умеет приготовить три блюда. Ну ладно два с половиной, потому что макароны иногда грызутся, как сушки. Он уже знает, где стиральная машина, что родительское собрание не курорт, и вопрос «Что на ужин?» не считается, если не готовишь сам.
Я стала уезжать каждые три месяца. Иногда с подругами, иногда одна. И ни грамма вины.
На прошлой неделе соседка Аня спросила с круглыми глазами:
Ты правда оставляешь детей с мужем и просто уезжаешь?
Вот так. Он же папа, а не гостевой воспитатель.
А если что-то пойдёт не так?
Тогда научится. Как и я научилась, когда он вечерами «был на рабочих встречах», которые чаще всего кончались у Андрея в гараже.
Аня задумалась. Через месяц я увидела её на вокзале с чемоданом. Билета до Италии.
Оказывается, карма не только грозная бабушка, но и терпеливый учитель, который не устанет повторять уроки, пока ты не сдашь экзамен жизни. А если будешь тянуть запишет тебя на интенсив по самостоятельности.
Теперь муж даже хвастается, что может заплести Олесе косички. Ну, скорее, узлы для швартовки баржи, но главное старание.
Вчера спросил:
Ты скоро опять уезжаешь? Хочу… ну, морально подготовиться.
Думаю слетать в Португалию на день рождения.
Он обречённо вздохнул.
А сколько дней?
Десять.
Ладно. Я уже нашёл, где аптечка.
Я поцеловала его в лоб, как храбреца на прививке.
Одна я думаю, что перед свадьбой надо вводить обязательный курс «Основы домашнего выживания 101»? Или вы тоже из таких же странных, как я?
