Всё на мне и так! Куда уж больше? возмущённо говорит Алёна.
Муж, как обычно, молчит и предпочитет «зарыться в песок», надеясь, что всё как-нибудь само рассосётся. Обычно, конечно, ничего не рассасывается: проблемы решает Алёна. Она удалённо работает из дома за ноутбуком, график свободный. Сначала зарплата была небольшая, но Алёна закончила курсы повышения квалификации и теперь получает в разы больше мужа. На её деньги платят кредит за машину, оплачивают отпуск, покупают бытовую технику, одежду. Потом появился декрет Алёна практически без перерыва выносила и родила ребёнка. Выдыхалась, но бросать зарплату не хотела.
Ребёнок пошёл в ясли. Стало чуть легче, и на радостях Алёна взялась за работу с ещё большим усердием. Теперь ещё и за ясли платить пришлось место там непростое, Алёна долго выбирала, хотела сыну всё самое лучшее. Муж, как обычно, доверил все эти вопросы жене, будто так и положено.
Жили они в квартире на Кутузовском, доставшейся Алёне от бабушки. У мужа, Сергея, жилья не было. До свадьбы он жил с мамой и племянницей, дочерью своей старшей сестры. Сама сестра умерла три года назад Валентина Петровна так и не оправилась после этого, здоровье совсем пошатнулось, давление зашкаливало.
Когда Сергей женился на Алёне и ушёл к ней, племянница была взрослой училась в институте, сама справлялась. Проводила время с подругами, ездила на выставки, в клубы дома почти не появлялась.
Валентина Петровна со всеми своими сложностями обращалась только к семье сына точнее, к Алёне. Потому что от остальных помощи не дождёшься. Но Машу поддерживала: платила за всё, лишь бы внучке было хорошо. Маша сирота, дочь вне брака, про отца в семье не говорят.
Так и жили, пока Валентина Петровна не попала в больницу с инсультом из-за скачка давления. Там ей стало легче, но домой вернулась лежачей врачи никаких прогнозов не давали.
Как всегда, Сергей устранился: мол, вопросы ухода женские дела.
Женщины лучше в этих вопросах разбираются, пожал плечами он.
Почему именно женщины? удивляется Алёна.
Ну уход мытьё, покормить я не понимаю в этом, отвечает он, почесав затылок.
Я вообще-то дизайнер, а не медсестра. Разбираюсь не больше твоего, раздражённо вздыхает Алёна. Ладно, схожу к врачу, узнаю, что делать.
Отношения у Алёны с Валентиной Петровной были весьма прохладные дипломатическое перемирие. В начале брака ссорились часто, потом решили не усугублять. Не жили вместе, и ладно. Терпели друг друга: Алёна из уважения к свекрови, свекровь потому что жена у сына хорошая, а сам Сергей добытчик, мягко говоря, не ахти. Все деньги шли от Алёны.
Внука свекровь почти не видела: то у неё давление, то мигрень, и обязательно в те моменты, когда пару часов надо с внуком посидеть. Рассчитывать на помощь нельзя было никак.
Теперь же всё переложили на Алёну. Именно она забрала Валентину Петровну из больницы (у неё ведь удалёнка может в любой момент сорваться, Сергея с работы не отпускают) и привезла домой к свекрови. Решили: семья временно поселится у Валентины Петровны помогать.
Поселились. За три недели Алёна похудела и стала похожа на тень. Между своей работой ещё и за лежачей свекровью ухаживать, кормить, обмывать, переворачивать, следить за медикаментами
Маша, любимая внучка, при каждом удобном случае юркала в комнату, держась тенью, чтобы не заставили помогать, утром в институт, вечером на тусовки. Бабушка есть бабушка, но Маша тут ни при чём.
Сергей помогал мало. Алёна взывала к совести:
Это твоя мать! Помоги хоть немного! Мне одной не вынести!
Я ну я не могу это ведь женские дела, мычит Сергей. Я ж в магазин схожу за продуктами. Чего ещё надо?
Проблемы с Валентиной Петровной только росли: не поправлялась, капризничала, раздражалась на всех, особенно на Алёну. Говорила язвительно, часто вспоминая, как Алёне повезло: мол, сидит дома за компьютером, ничего не делает, а деньги получает хорошие. А вот Серёжа бедняжка, ему не везло никогда: плохие учителя, не поступил в университет, пришлось оплачивать частное обучение
Свекровь взяла кредит на его образование, переживала, когда Серёжа прогуливал. Но, несмотря ни на что, он всё-таки выучился. И, конечно, во всём виноваты были только плохие учителя Сестра умерла, внучка училась тоже заботы. Маша сама поступила на бюджет, за что Валентина Петровна особенно гордилась: «Видишь, когда учителя хорошие, всё можно!»
Алёна в сотый раз выслушивала весь этот поток и понимала: она больше так не может. Все молодцы, кроме неё: ей просто повезло.
«Да, уж. Особенно с мужем, грустно думает Алёна. Чего я в нём нашла?»
В какой-то момент Алёна предлагает Сергею нанять сиделку и вернуться обратно в свою квартиру.
Сиделку? удивляется Сергей. Такit ведь дорого! Я не потяну. Хочешь нанимай, но плати сама.
Договор у них был давний: Сергей платит коммуналку и покупает самые основные продукты. Остальное тянет Алёна так что и сиделку оплачивать должна была она, естественно. «И так понятно! зло думает Алёна, Но как ЭТО сказано! Я правда всем должна? Нет, хватит. Я жить хочу. А сейчас я тень. И никому дела нет»
В какой-то момент она понимает, что не выдержит. В один из дней Алёна, сказав, что идёт в магазин, собирает сына Ромку из детсада и возвращается в свою квартиру.
«Как хорошо лежит на родной кровати Алёна и смотрит в потолок. Я дома. Я ничего не хочу. Только лежать. Как же я устала»
Зовёт Ромку ужинать. Едят вместе и думает Алёна, что, наверное, там, в квартире у свекрови, про неё уже хватились. Но не бросила ведь женщину совсем: покормила, переодела, а через час-полтора должен был вернуться с работы Сергей. Ему оставила записку: мол, больше не могу и не хочу, ухожу. Валентине Петровне скорейшего выздоровления, пусть не держит зла.
Телефон Алёна выключила.
Сергей вечером примчался, дверь Алёна не открыла, разговаривали через порог. Мужа не интересовало ни почему, ни её чувства. Ни слова о любви. Его волновало, что теперь делать без неё.
Советую нанять сиделку, профессиональный уход полезнее, устало говорит Алёна. И да, я буду подавать на развод. Не хочу больше быть ломовой лошадью. Пока.
Сергей ушёл ни с чем. Позже Алёна телефон включила: надо же по работе быть на связи.
Звонила Валентина Петровна, просила вернуться, не бросать её и Серёжу, извинялась. Но всё равно через слово звучали нотки высокомерия мол, давай, возвращайся, исполнять свой долг.
Алёна чётко объяснила, что никому ничего не должна. Пусть теперь Сергей и Маша ухаживают. Они столько всего получили от неё за эти годы. На том разговор закончился.
Развод состоялся.
Так Алёна стала свободной. И, как ни странно, ничего не поменялось только стало проще. Забот меньше, сил больше. Она благодарна тому случаю, что помог открыть глаза на отношение «родных» людей.
Валентина Петровна, кстати, пошла на поправку: сиделка грамотная, делает и специальную гимнастику для восстановления, и порядок поддерживает. Сергей устроился на подработки (оказывается, мог!), наняли сиделку. До этого, кстати, Маша и ухаживать умела, и покормить, и убрать. У всех стало получаться.
«Всё сложилось только лучше, думает Алёна, выполняя очередной заказ за компьютером, Хорошо, что скинула всех со своей шеи. А то бы так и жила в тени»Теперь, когда жизнь обрела новые очертания, Алёна с удивлением наблюдала за собой: впервые за долгие годы она начинала по-настоящему радоваться мелочам. Вечерние прогулки с сыном, звонкие детские вопросы, неожиданный дождь за окном. Не нужно было спасать никого, кроме самой себя и своего ребёнка.
Однажды, гуляя с Ромкой по набережной, Алёна купила два мороженых и, вглядываясь в редкие облака, вдруг улыбнулась совершенно искренне. «Я свободна и сильна. Я больше не жду, что кто-то придёт и решит за меня и никому не позволю садиться на шею ни себе, ни своему сыну. Я больше не жертва обстоятельств».
С того дня Алёна твёрдо построила свои границы. В доме стало тихо и спокойно: больше никто не говорил ей, за кого испытать жалость, кому помочь, какую роль сыграть. Она принимала работу с удовольствием, вечера посвящала Ромке, иногда встречалась с друзьями и только сейчас осознала: жизнь могла быть вот такой тёплой, лёгкой, честной с самой собой.
Время от времени ей приходили сообщения от Сергея, иногда даже от Валентины Петровны короткие, немного испуганные, немного обиженные. Но Алёна уже не реагировала остро, просто оставляла их без ответа. Они сами нашли в себе силы справляться, и это было справедливо.
Однажды утром Ромка спросил:
Мама, а почему у нас дома так хорошо?
Алёна присела рядом, взяла его ладошку в свою, и улыбнулась:
Потому что здесь мы умеем заботиться друг о друге и о себе. И это главное.
В этот момент она впервые позволила себе поверить: самое трудное осталось позади, а впереди целая жизнь, которую теперь можно строить только по своим правилам.
