Я не мог его бросить, мама прошептал Никита. Понимаешь? Не мог.
Никите было четырнадцать, и весь мир противился ему. Точнее никто не думал его понимать.
Опять этот хулиган! бормотала тётя Зинаида из третьего подъезда, спешно переходя на другую сторону двора. Одна мать растит Вот и результат!
А Никита шёл мимо, засунув руки в карманы потрёпанных джинсов, делая вид, что не слышит. Хотя, конечно, слышал.
Мама работала допоздна. На кухонном столе записка: «Котлеты в холодильнике, разогрей». И тишина. Вечная, густая тишина, как под снегом.
Вот и сейчас он шёл из школы, где учителя в который раз устраивали ему «разговор» о поведении. Как будто не понимал, что стал для всех неудобством. Понимал. Только что теперь?
Эй, парень! окликнул его дядя Валерий, сосед с первого этажа. Видел тут хромую собаку? Надо её прогнать.
Никита остановился. Вгляделся.
У мусорных баков и вправду лежала собака. Не щенок, взрослый пёс, рыжий с белыми пятнами. Лежал, не двигаясь, только умные, печальные глаза наблюдали за людьми.
Ну прогоните кто-нибудь! поддакнула тётя Зинаида. Болезный, поди!
Никита подошёл ближе. Собака не шевельнулся, лишь тихо вильнул хвостом. На задней лапе рваная, словно разрисованная незнакомым художником, рана.
Чего встал? раздражённо бросил дядя Валерий. Возьми палку, прогони!
Что-то внутри Никиты оборвалось, как пружина в старом будильнике.
Только попробуйте! крикнул он, прикрывая собаку собой. Он никому не мешает!
Вот защитник нашёлся, удивился дядя Валерий.
И буду защищать! Никита присел рядом, осторожно протянул руку. Пёс обнюхал пальцы, лизнул ладонь, как знак тайной присяги.
Впервые за долгое время кто-то отнесся к нему с доверием.
Пойдём, прошептал он псу. Идём со мной.
Дома Никита устроил для собаки лежанку из старых курток, в углу своей комнаты. Мама на работе до позднего вечера. Никто не прогонит и не наругает за «заразу».
Рана на лапе выглядела плохо. Никита залез в интернет, читая длинные статьи с медицинскими терминами, проглатывая трудные русские слова. Нужно же помочь.
Надо промыть перекисью, бормотал он, роясь в домашней аптечке. Йодом края главное не больно.
Пёс спокойно предоставил больную лапу. Смотрел благодарными, как у человека, глазами.
Как тебя звать-то? осторожно перебинтовывал Никита. Рыжий ты. Может, Рыжиком быть?
Пёс тихо тявкнул, будто согласился.
Вечером мама вернулась, оглядела Рыжика, аккуратно потрогала повязку.
Сам перевязывал? тихонько спросила она.
Сам. В интернете посмотрел.
Чем кормить будешь?
Что-нибудь придумаю.
Мама долго смотрела на сына, потом на собаку, которая осторожно лизнула ей руку.
Завтра к ветеринару отвезём, решила она. Посмотрим лапу. Имя уже придумали?
Рыжик, радостно ответил Никита.
Впервые за долгие месяцы между ними не было стены.
Утром Никита встал раньше обычного. Рыжик попробовал подняться, поскуливая.
Лежи-леж, успокоил его Никита. Сейчас воды принесу, покормлю.
Собачьего корма не было, пришлось отдать последнюю котлету, намочить хлеб молоком. Рыжик ел жадно, но аккуратно, облизывая крошки с ладони.
В школе Никита впервые за долгое время не пререкался с учителями. Думал только о Рыжике: не скучно ли ему, не больно ли?
Сегодня ты другой какой-то, удивилась классная.
Никита пожал плечами, не рассказывая засмеют ведь.
После школы он бросился домой, не замечая косых взглядов соседей. Рыжик встретил радостным визгом, уже мог встать на три лапы.
На улицу хочешь? Никита сплёл из верёвки поводок. Только осторожно
Во дворе всё смешалось: воробьи кувыркались в пыли, раздавался звон ключей. Тётя Зинаида, увидев их, едва не поперхнулась семечками:
Так ты его домой потащил?! Никита! С ума сошёл?
А что такого? спокойно ответил Никита. Лечу его. Скоро выздоровеет.
Лечишь?! подошла соседка. А деньги на лекарства где берёшь? Воруешь у матери?
Кулаки Никиты сжались, но сдержался Рыжик прижался к ноге, чувствуя напряжение.
Не ворую. Своё трачу. С завтраков собирал, прошептал он.
Дядя Валерий покачал головой:
Понимаешь, что это не игрушка? Это живая душа. Гулять, кормить, лечить всё тебе.
Теперь каждый день начинался с утренней прогулки. Рыжик быстро поправился бегал, хоть и прихрамывал. Никита терпеливо учил его командам, часами повторяя:
Сидеть! Молодец! Дай лапу! Вот так!
Соседи наблюдали издалека. Кто посмеивался, кто тихо улыбался. Никита видел только верные глаза Рыжика.
Он стал другим. Не сразу потихоньку. Перестал грубить, убирал квартиру, даже учиться стал лучше. Появилась цель. И это только начало.
Через три недели пришла беда, которой Никита боялся.
Шёл с Рыжиком вечером, когда из-за гаражей выскочила стая дворовых псов. Пять или шесть, злых, голодных, с огнём в глазах. Вожак, огромный чёрный пёс, скалился, двинулся вперёд.
Рыжик инстинктивно отступил за Никиту. Лапа ещё болела, быстро бегать не мог. А эти почуяли слабость.
Назад! крикнул Никита, размахивая поводком. Уходите!
Но стая окружала, не отступала. Чёрный вожак рычал, собираясь прыгнуть.
Никита! откуда-то сверху донёсся женский крик. Беги! Брось собаку!
Это тётя Зинаида высунулась из окна, за ней ещё лица соседей.
Не геройствуй, мальчик! кричал дядя Валерий. Хромой он, всё равно не убежит!
Никита взглянул на Рыжика. Тот дрожал, но не убегал, прижимаясь к хозяину, готовый разделить любую участь.
Чёрный пёс прыгнул. Никита закрылся руками удар пришёлся в плечо, зубы резанули ткань, коснулись кожи.
А Рыжик, несмотря на боль, несмотря на страх бросился защищать Никиту. Вцепился зубами в ногу вожака, повис, как груз.
Началась свалка. Никита отбивался руками и ногами, пытался прикрыть Рыжика. Сам получал укусы, царапины но не сдавался.
Господи! Что ж творится! причитала тётя Зинаида сверху. Валерий, делай же что-нибудь!
Дядя Валерий мчался по лестнице, хватал палку, арматуру что попадётся.
Держись! кричал он. Сейчас помогу!
Никита уже падал, когда услышал знакомый голос:
А ну вон!
Это мама выскочила из подъезда, облив собак ведром воды. Стая отскочила, рыча.
Валерий, помогай! крикнула она.
Дядя Валерий, ещё несколько мужчин с верхних этажей спустились во двор. Псы поняли силы не равны, и разбежались.
Никита лежал на асфальте, прижимая к себе Рыжика. Оба в крови, оба дрожат, но живы. Целы.
Сынок мама присела, аккуратно осматривала раны. Как же ты меня напугал.
Я не мог его бросить, мама, прошептал Никита. Не мог.
Понимаю, тихо ответила она.
Тётя Зинаида подошла ближе, смотрела на Никиту будто впервые.
Мальчик, растеряно промолвила она. Жизнь мог потерять. Из-за какой-то собаки.
Не «из-за собаки», неожиданно вмешался дядя Валерий. Из-за друга, Зинаида Васильевна! Разницу чувствуете?
Соседка молча кивнула, на щеках слёзы.
Домой, сказала мама. Раны обработать надо. И Рыжику тоже.
Никита с трудом поднялся, взял собаку на руки. Рыжик тихо скулил, но хвост волновался радовался, что хозяин рядом.
Подождите, остановил их дядя Валерий. Завтра к ветеринару поедете?
Поедем.
Я отвезу. На машине. И за лечение заплачу собака-то герой!
Никита удивился:
Спасибо, дядя Валерий. Но я сам.
Не спорь. Отработаешь потом, отдашь. А пока мы тобой гордимся. Правда?
Соседи кивали, кто-то даже вытер слёзы.
Прошёл месяц. Обычный октябрьский вечер, Никита возвращался из ветклиники, где теперь помогал волонтёрам. Рыжик бежал рядом лапа зажила, почти не хромал.
Никита! позвала его тётя Зинаида. Постой-ка!
Мальчик замер, ожидая строгих слов, но соседка протянула пакет корма.
Это Рыжику, смущённо сказала она. Хороший, дорогой корм. Ты так стараешься
Спасибо, тётя Зина, искренне улыбнулся Никита. Но у нас есть корм: я теперь подрабатываю в клинике, врач Анна Петровна платит.
Всё равно возьми, пригодится.
Дома мама готовила ужин. Увидев сына, улыбнулась:
Как дела в клинике? Анна Петровна довольна тобой?
Говорит у меня руки ровные, терпение есть. Никита погладил Рыжика по голове. Может, ветеринаром стану
А как с учёбой?
Хорошо. Даже Петрович по физике похвалил, говорит внимательным стал.
Мама кивнула. За этот месяц сын стал другим не грубит, по дому помогает, соседей уважает. Главное появилась цель. Мечта.
Завтра Валерий придёт, сказала она. Хочет предложить подработку у знакомого, в питомнике. Ты надёжен.
Никита засиял:
Правда? А Рыжика с собой можно?
Думаю, да. Он теперь почти служебная собака!
Вечером Никита сидел во дворе с Рыжиком, тренировал команду «охранять». Пёс старался, поглядывая на хозяина преданными глазами.
Дядя Валерий присел на лавочку рядом:
Завтра точно в питомник поедешь?
Поеду. С Рыжиком.
Тогда рано ложись. День будет тяжёлый.
Когда дядя Валерий ушёл, Никита ещё немного посидел во дворе. Рыжик положил морду на колени, тихо вздохнул.
Они нашли друг друга и больше никогда не будут одиноки.
