Настя, пожалуйста, забери её! Я больше не могу! Мне даже прикасаться к ней противно!
Лизу всю трясло, в руках у неё была девочка, рыдающая отчаянно и до хрипоты.
Настя мягко подхватила племянницу на руки, не задавая вопросов.
Хорошо. Но это твоя воля, ты потом вопросов не задашь?
Нет, о чём ты! Забирай, мне она не нужна.
Девочкамаленькая Мирославапоявилась в этом мире всего месяц назад. С первых дней беременности Лиза вела себя странно, словно просыпалась не в этой жизни. Настя думала, что капризы и слёзы просто поздние сроки, ведь после смерти мужа Лиза одна уж больше семи лет. Старшие дети давно разъехались. Вроде бы, поездка на Азовское море, случайное знакомство, а тамвдруг эта невозможная беременность.
Лиза никогда не страдала безрассудством. Поначалу она была будто рада, строила планы, выбирала кроватку и искала коляску в интернет-магазинах и украинских группах по объявлениям. А потом наступали недели молчания, когда она уходила в себя, как снег в весенней лужетихо, внезапно, без следа.
Незадолго до родов Лиза оборвала все связини Насте, ни маме, ни детям не звонила. Забеспокоилась Настяпроехала из Запорожья в Днепр, нашла Лизу в роддоме, где она собиралась отказаться от младенца.
Лиза, что происходит?
Я не знаю. Я ничего к ней не чувствую. Она чужая.
Как чужая, Лиз! Это же твоя дочь!
Нет, не моя, отвернулась Лиза к потрескавшейся зелёной стене.
Настя привезла «тяжёлую артиллерию»: маму, строгую, молчаливую. Лиза нехотя изменила своё решение. Мама настояла, чтобы дочь пожила у неёбудто помогать ей, а на деле все берегли Лизу и присматривали за младенцем. Лиза ухаживала за маленькой ровно по инструкции, не задерживаясь у кроватки ни на лишнюю минуту, словно боялась прожечь дыру в мире от долгого взгляда. Имя девочке выбрала бабушкаМирослава. На руках её укачивала тётя Настя.
Лиза, я заберу её к себе. Воспитаю как свою дочку. Но когда она подрастёткого мамой будет звать?
Всё равно. Главное только, чтоб не меня.
Через неделю Настя оформила опеку через городской отдел охраны детства. Лиза вскоре уехала в Одессу, и никто её долго не видел.
Мирослава бегала по дому, смеялась, научилась говорить рано. Мамой она звала Настю.
Прошло двенадцать лет.
Мам, у меня сегодня три пятёрки! А завтра с классом в кино идём! крикнула из коридора звонкая Мира.
Это она?
Да, Лиза. Только прошу
Здравствуйте! Меня зовут Мира, а вы кто?
В дверях стояла тонкая длинноногая девушка с огромными глазами. Она смотрела то на Настю, то на женщину за столом, не узнавая в ней ни прошлого, ни будущего.
Я… Лиза. Я твоя родная мать, Мира.
Лиза, я же просила! шепотом рассердилась Настя и шагнула к дочке: Мирочка, всё объясню…
Не надо, мам. Давай просто выслушаем.
Я приехала за тобой. Хочу, чтобы ты жила со мной.
А зачем?
Потому что ты моя дочка.
Нет, не ваша. Мама у меня одна она вот стоит. А вас я первый и, надеюсь, последний раз вижу. Мира развернулась и быстрой походкой ушла.
Настя опустилась на стул так, будто ноги вмиг стали ватными.
Зачем ты всё это затеяла?
Пока что ни для чего. Но затея добью до конца, Настя. Через суд, если надо.
Для чего тебе это? Ты тогда сама не захотела быть с ней. Никто не понял, почему и зачем ты её бросила. А сейчас спустя столько лет ждёшь, что она побежит к тебе и будет мама-мама? Ладно, Лиза. Поезжай к маме, поговорим потом. Мне к дочке надо.
К племяннице. Лиза резко поднялась.
Настя только тяжело вздохнула и пошла в комнату.
Мирочка…
Мам, подожди! Прежде чем что-то говорить: я всё знаю. Помнишь летом уборку у бабушки? Я тогда нашла документы об опеке. Сперва очень злилась, что вы мне всё скрывали. Хотела найти Лизу и спросить: «Почему?». А потом поняла не нужно мне это. Ты моя мама. Другой не хочу!
Мирочка, моя девочка! Я никому тебя не отдам.
И я себя не отдам! рассмеялась Мира. Помнишь, в нашем классе Кирилл? Его мама крутой юрист по семейным делам. Позвони ей, хорошо?
Ну знаешь, взрослеть слишком быстро не обязательно! Пока ещё я тут большая и самая главная мама! в ответ засмеялась Настя и обняла дочку поплотнее. Позвоним, Мира, всё решим, конечно.
Дальше были суды, нервы и бумажные ужасы, но орган опеки и суд учли мнение Миры и оставили всё как было: жить оставили с Настей, а родную мать никто для девочки не навязывал.
На крыльце старенького райсуда стояли две сестры.
Ну вот, и кошмар закончился, выдохнула Настя и посмотрела в небо, где солнце таяло над крышами будто хлынувшее молоко. И что теперь будешь делать?
Уеду, Настя. Постараюсь никому не мешать. Буду помогать, если сможешь принять. На Миру уже открыт счёт, документы у мамы, я всё оставила.
Зачем же ты тогда её бросила, Лиза? Почему?
Не было никакой любви, Настя. Не было ничеготолько ночь, чужой парк и чужая тень за спиной
Настя онемела.
Ты всё это молчала все годы?
Исправить тогда ничего нельзя было. Потому и молчала. Думала, климакс, а оказалось не середина, а начало новой истории. Только, Мира не должна знать. Пусть ей достанется только светлое. Это моя жизнь, не её. Может, когда-нибудь и простит
Настя бесшумно обняла сестру. Обе смотрели туда, где Мира смеялась вместе с бабушкой белоснежная коса прыгала на спине в паутинках солнца.
Иногда, знаешь, самое тёмное может стать самым красивым во сне. Посмотри, какая она аж светится! Лиза вытерла слёзы и вдруг, впервые за много лет, на её лице появилась улыбка.
