Без души
Сегодня я вернулась домой после очередного визита в парикмахерскую.
Мне недавно исполнилось 68 лет, и несмотря на солидный возраст, не могу себе отказать в удовольствии привести себя в порядок.
Сколько себя помню, уход за собой и легкие радости вроде маникюра всегда поднимали мне настроение и возвращали вкус жизни.
В парикмахерской в этот раз было особенно приятно: мастер Валентина, как обычно, превратила мои волосы в облако серебра, а ногти стали аккуратными и ухоженными.
Дома меня встретил муж Юрий Сергеевич.
Клавдия, к тебе заходила какая-то родственница, сообщил он, снимая очки и поправляя рыжеватые волосы.
Я сказал, что ты будешь только вечером.
Она обещала ещё прийти.
Какая родственница?
нахмурилась я.
У меня, вроде, никого не осталось.
Наверняка какая-то дальняя попросить будет что-нибудь.
Нужно было сказать, что я в Харькове уехала на месяц, раздражённо ответила я.
Да зачем же людей обманывать, мирно возразил Юрий.
Женщина интеллигентная, выглядит достойно.
Чем-то смахивает на твою мать, вечная ей память.
Я не думаю, что она с просьбами.
Я отвернулась и занялась столом.
Через сорок минут звонок.
Пришедшая точно из нашего рода, высокая, сдержанная, одета аккуратно: кашемировое пальто, украинские сапоги, элегантные перчатки, тонкие серёжки с бриллиантами.
Я пригласила её за стол всё было накрыто, как после обедов в Москве.
Давайте знакомиться, раз уж родственники, предложила я.
Я Клавдия просто Клавдия, без отчества.
Это мой муж Юрий.
А вы по какой линии наша родня?
Женщина немного растерялась, щеки порозовели.
Галина, Галина Владимировна.
Я из вашего рода, у нас небольшой разница в возрасте.
Мне пятьдесят исполнилось двенадцатого июня.
Эта дата вам ничего не напоминает?
Я похолодела внутри.
Вы вспомнили, слабо улыбнулась она.
Да, я ваша дочь.
Не волнуйтесь, я не с просьбами.
Только хотела узнать, какая вы настоящая.
Всю жизнь не понимала, почему мама меня не любила.
Кстати, её уже восемь лет как нет.
Меня всегда любил только папа…
Его не стало два месяца назад.
Перед смертью он рассказал мне о вас и просил простить, если можно…
Что происходит?
ошарашенно спросил муж.
Потом расскажу, ответила я.
Я посмотрела на Галину холодно.
Значит, ты моя дочь?
Ну что ж, посмотрела, увидела.
Если рассчитываешь на извинения не дождёшься.
Я ни в чем не виновата.
Пусть папа тебе всё объяснил.
Материнских чувств во мне нет ни капли, прости.
Можно еще раз к вам приехать?
Я недалеко живу, в пригороде.
У нас большой дом, приезжайте вы с мужем, познакомитесь с моим сыном и внучкой Фотографии привезла
Не хочу.
Забудь обо мне.
Прощай, отказала я резко.
Юрий вызвал ей такси и проводил.
Когда вернулся, я уже убрала со стола и смотрела новости.
Вот выдержка у тебя!
Армией бы командовала, неужели у тебя совсем нет души?
Я всегда знал, что безжалостная, но чтобы настолько
Я тяжело выдохнула:
Ты познакомился со мной, когда мне было двадцать восемь.
Душу у меня выжгли намного раньше.
Я деревенская девочка из-под Львова.
Всё детство мечтала выбраться в большой город, потому училась лучше всех и поступила в институт в Киеве.
В семнадцать лет познакомилась с Владимиром, влюбилась безумно.
Он старше на двенадцать лет, но меня это не смущало.
После нищего сельского детства жизнь в городе казалась чудом: стипендии не хватало, была вечно голодна и благодарно принимала приглашения любимого в кафе или на мороженое.
Володя ничего не обещал, но я не сомневалась женится.
Однажды он пригласил меня на его дачу под Одессой, я согласилась.
Дачи стали нашей регулярной встречей.
Через пару месяцев стало ясно я беременна.
Сообщила Володе.
Он был рад.
Понимая, что скоро станет видно, спросила, когда жениться будем мне уже восемнадцать.
А я разве обещал тебе жениться?
спокойно ответил.
Не обещал и не женюсь.
Тем более, я уже женат.
А ребёнок?
Я?
Ты молода, здорова, из тебя скульптуру делать можно.
Возьми академический отпуск, родишь мы с женой тебя заберём к себе.
У нас не получается родить, жена старше меня.
Как родишь ребёнка мы заберём.
Деньги дадим, оформим как надо.
О суррогатном материнстве тогда никто и не слышал.
Я, наверно, стала первой такой матерью в Киеве.
В деревню возвращаться не могла страшно было позориться.
До родов жила у них в доме.
Жена никогда ко мне не заходила ревновала.
Родила дочь дома, акушерку привезли.
Грудью не кормила девочку сразу забрали.
Через неделю получила деньги и вернулась в институт, потом работала на заводе, получила комнату в общежитии, стала мастером, потом старшим мастером.
Друзей было много, но замуж не звали пока не появился Юрий.
В двадцать восемь лет решила, что пора.
Дальше знаешь: жили хорошо, меняли машины, дом полный чаши, дача ухоженная.
На пенсию вовремя вышли, всё есть.
Детей нет и не надо.
Смотреть на нынешних детей страшно
Плохо мы с тобой прожили, горько сказал Юрий.
Всю жизнь старался тебя согреть, так и не смог.
Ладно, детей не было котёнка, собачонку ни разу не жалела.
Сестра просила племяннице помочь ты на неделю не пустила.
Сегодня дочь пришла как ты её встретила?
Твоя же кровь…
Были бы молодыми я бы ушёл, теперь поздно.
С тобой холодно
Я испугалась его слов.
Юрий переселился на дачу под Черниговом.
Последние годы живёт там.
Подобрал три брошенных щенка теперь это его собаки.
Котов и кошек, сколько есть в округе, собирает.
Домой приходит редко.
Знаю ездит к моей дочери Галине, во внучке души не чает.
Думаю: ну и пусть живёт, как хочет.
У меня так и не появилось желания познакомиться с дочерью, внуком и правнучкой.
Я одна езжу к морю, отдыхаю чувствую себя замечательно.
