Самое болезненное, что со мной произошло в 2025 году, это не открытие новой дырочки на носке, а то, что я узнала о неверности мужа а мой брат, двоюродный брат и отец знали об этом всё это время.
Мы были женаты уже одиннадцать лет. Женщина, с которой у моего мужа завязался роман, занимала должность секретаря в компании, где трудился мой брат.
Связь между моим мужем и этой женщиной завязалась не случайно брат мой лично познакомил их. Всё шло по тщательно нарисованному сценарию: совместные встречи, корпоративы, рабочие посиделки, деловые банкеты и даже дружеские шашлыки, на которых мой муж исправно появлялся. Двоюродный брат тоже оказывался в центре этого маленького мирка. Все друг друга знали, регулярно пересекаясь, как на работе, так и вне.
Месяцами муж продолжал жить со мной, делая вид, что в его жизни всё как обычно борщ вкусный, тапки тёплые, жена вроде бы дома. Я ходила на семейные застолья, болтала с братом, делюсь смехом с двоюродным братом, обсуждала новости с папой и ничто не вызывало подозрений. И вот выясняется, что все они были прекрасно в курсе загулы моего супруга. Ни намёка, ни вздоха, ни одной осторожной фразы будто бы я смотрела комедию, в которой все актёры читали чужой сценарий.
Когда всё вскрылось в октябре, первым делом я устроила разговор с мужем. Тот не стал юлить подтвердил всё как есть. После этого набрала брата. Прямо спрашиваю: «Ты знал?» Отвечает: «Да». «А с каких пор?» «Несколько месяцев уже». «Почему молчал?» «Это, мол, не мой вопрос, такие дела решаются только между супругами, да и мужики между собой об этом не болтают».
Следующим взяла в оборот двоюродного брата. Вопросы те же и ответы, кстати, не сильно отличались. Он заявляет, что видел и смс-ки, и взгляды, и странное поведение. Почему не сказал? Не хотел, мол, ввязываться в чужие отношения, а связаться себе дороже.
Остался отец. «Пап, ты знал?» «Знал». «Сколько времени?» «Давно уже всё понятно». «Почему ни слова?» «Ну, такие вещи должны решаться только в семье, а лишние конфликты мне ни к чему». Удивительно, но все трое как сговорились ответ один и тот же, будто на репетиции договорились.
Я собрала свои вещи, выехала из квартиры, которая теперь продаётся хоть с этим никто особо не спорил. Скандалов и битвы подушками не случилось; унижаться перед кем-либо я не привыкла. Та самая женщина осталась работать в компании у брата. Все родственники продолжили болтать, как будто ничего не произошло даже на императора с балкона никто не кидал.
На Новый год и Рождество мама пригласила меня к себе, где планировались брат, двоюродный брат и отец. Я вежливо отказалась: объяснила, что не смогу сидеть за одним столом с людьми, для которых моё горе было тайным клубом молчунов. Семья отпраздновала без меня. Я ни в один праздник не пришла.
С октября ни с кем из этой троицы не общалась. Простить их пока не думаю, что смогу. Такое не лечится простым глинтвейном и пирожками с картошкой.
