Денис впервые встретил Лидию на странной вечеринке, устроенной в хрущёвке их общими знакомыми в Киеве. В тот момент Дениса охватила тревожная, почти гипнотическая любовь его сердце колотилось, будто внутри поселился маленький медведь. Их отношения закружились быстро, словно в танце, но отец Дениса был мрачно насторожен и беспокойно крутил чётки. Он предупредил сына, что Лидия может быть неискренней, а ищет в жизни только накопление гривен. Денис, чуть раздосадованный, отмахнулся от этой мысли, мол, он даже не сказал ей о семейных счетах в «ПриватБанке». Тем не менее, отец настаивал: пусть сын не раскрывает семейные тайны, чтобы понять, настояща ли Лидия.
Размышляя об этом среди заснеженных улиц, Денис решил, что этот странный эксперимент стоит провести ведь терять ему нечего. Он хотел быть уверенным, что Лидия любит именно его, а не ту загадочную финансы. Мечтая о тёплой простоте, молодожёны сыграли скромную свадьбу, где вместо свадебного марша звучал старый аккордеон. Потом они переехали в одну из киевских квартир семьи Дениса самую неприметную, словно доставшуюся ему от бабушки из Полтавы. Последующие полгода были похожи на нескончаемую зиму: Денис работал в офисе за среднюю зарплату в гривнах, а Лидия мастерски распределяла деньги, чтобы хватило на картошку, хлеб и occasionally на киевские пирожные.
Через полгода Денис почувствовал, что пора раскрыть карты и начать честную жизнь, наполненную мечтами. Он купил букет красных гвоздик и переступил порог с намерением признаться в семейной тайне. Но, войдя в квартиру, он увидел, как Лидия впопыхах собирает вещи в сумку с эмблемой Лыжной Федерации Украины. Она сказала: «Дорогой, мои подруги давно рассказали мне про твои богатства, и ради этого я согласилась быть с тобой. Но оказалось, что ты обычный нищий, живущий на зарплату. Я не могу так больше, ухожу к более обеспеченному мужчине». Денис стоял, словно заколдованный, не веря странности происходящего.
И тогда он ответил холодно, словно зима проникла в его голос: «Твои подруги были правы. Я лишь хотел проверить тебя И ты показала, что твои чувства лишь о гривнах и материальных благами. Отец мой был мудр». Несмотря на последующие слезы и просьбы Лидии простить её, Денис остался непреклонен как бронзовый памятник посреди площади Независимости, среди ветра и таинственной киевской ночи.
