Я и мой муж когда-то оставили квартиру нашему сыну и перебрались жить в деревню. Сын вместе с невесткой переселился к её матери, а нашу квартиру сдал.
Мы с мужем поженились в двадцать три года, это было давно, воспоминания о том времени до сих пор греют сердце. К тому моменту я уже ждала ребёнка. Мы оба тогда только что окончили педагогический институт судьба небольшого русского города и поступили работать по специальности. Во времена нашей молодости у нас не было ни богатых родителей, ни влиятельных родственников. Всё пришлось добиваться собственным трудом.
Работать мы начали рано. Сын почти с рождения питался искусственными смесями. То ли от нервов, то ли из-за скудного рациона у молодой мамы, молоко пропало быстро. Когда мальчику было около одиннадцати месяцев, мы отдали его в ясли. Пусть учится есть ложкой, спать без укачивания, садиться на горшок а нам с мужем нужно было работать, иначе и выжить в то время нельзя было.
Сперва мы ютились на съёмной квартире, потом прикупили однокомнатную, а через несколько лет смогли накопить и на двухкомнатную. Но крови у нас крестьянские: мечтали мы о земле, о своём уголке, и вот однажды купили участок под Рязанью. Муж сам строил домик две комнатки, всё кирпичик к кирпичику. Провели печное отопление, сравняли землю, купили мебель.
Жили бы да радовались. Нам с мужем тогда было по сорок шесть лет. Казалось, вот теперь-то и начнём жить для себя. Но видно, гены дают знать о себе. Сыну нашему к тому времени тоже исполнилось двадцать три, и он объявил, что женится. Невестка его Анфиса, девушка из богатой семьи; училась вместе с нашим Никитой на юридическом. Решили они пожениться.
И тут закрутилось. Хочу, мол, ресторан дорогой, лимузин, медовый месяц зарубежный, отдельную квартиру.
С самого рождения сына меня не оставляло ощущение, что мы не даём ему достаточно любви: ясли с младенчества, ранняя школа, работа до поздней ночи… Типичная судьба учительской семьи: чужим детям всё внимание, а своему времени не хватало. Родителей и с моей стороны, и со стороны мужа рядом не было жили далеко. Так он и рос. Компенсировать пытались хоть чем-то материальным: игрушки, хорошая мебель, одежду, платное обучение, подарили машину на совершеннолетие.
Теперь решили и свадьбу достойную организовать. Всё, что копили годами, ушло на ресторан, подарки, путешествие. А ещё, после долгих обсуждений с мужем, подарили им ключи от нашей двухкомнатной квартиры. Думали: пусть не знает нужды, как мы знали. Родители невестки, люди зажиточные, принесли вклад не меньший: украшения, шубы, обновили всю мебель в их загородном доме под Москвой. Три этажа, хоромы дивишься.
Постепенно Никита стал всё реже появляться у нас. Сначала приезжал раз в месяц, потом и того не было даже звонков не дождёшься. Дядя Анфисы устроил сына работать по блату в большой компании.
Однажды, совершенно случайно, встретили мы на рынке соседку. Она-то и проговорилась, что наш сын уже давно в нашей квартире не живёт. Вместе с женой они поселились у её мамы, а квартиру-то нашу сдали. Муж сразу заболел от такой новости. Успокаивала его как могла. Позвонила Никите и тут он накинулся: “Вы сами нам квартиру оставили. И вообще, у вас денег никогда не было, зажили, наконец, по-человечески. Стыдно мне за вас вы простые школьные учителя!”
Мы с мужем не могли стерпеть такую несправедливость и пошли к адвокату. Он сказал, что раз дарственную мы не оформляли, официально квартира наша, и сдавать её мог только собственник.
Рассудив, что судиться с сыном только сердце себе надрывать, мы пришли к жильцам и честно всё рассказали. Люди оказались порядочные: собрали вещи и съехали без лишних разговоров. Мы вновь перебрались в столичную квартиру.
Сын же связь с нами так и не восстановил. Муж обижен, да и у меня на душе тяжело. Может, время нас и примирит кто знает. Сейчас мы с мужем чаще вспоминаем прошлое, советуем молодым думать о родителях и жить по совести.
