Развод из-за соседки
Ну вот объясни мне по-человечески, почему из всех женщин России ты выбрал именно её? Вот от меня и к ней, почему? с нескрываемым возмущением спрашивала Мария. По сравнению с Кариной у Маши не было ни единого козыря. Хотя ещё Валерий мог бы сказать что-нибудь в духе: «Она весёлая, свободная, попроще, не такая зануда, как ты»
Как же так, Маш! Как же так?! завывали в унисон мама, сестра и, конечно, полный вагон подруг, только услышав о разводе.
Жили, спокойно соглашалась Мария, только больше не будем.
Машенька, ну ты ж тридцать раз подумай прежде, чем от такого мужа уходить! Он же и зарабатывает нормально, и детей любит, и вообще разводиться с тобой не хочет
После таких жемчужин Мария отправляла всех в вечный и непреодолимый бан и в «ВКонтакте», и в Telegram, и в обыденной жизни. Один кивок, и дежурное «привет» вот всё, что теперь полагалось бывшей приятельнице-соседке по офису.
Попытки завести разговор заканчивались жёсткими танцами Маша высказывалась о непрошеных советах и морализаторстве в отношении возвращения к мужу-изменщику на полном серьёзе.
Да-да, изменщику! Маше самой не верилось, что всё это с ней происходит.
Ну ведь нормально жили! Вместе ровно двадцать лет с институтской скамьи хлебнули не просто пуд, а целую «КамАЗ» соли, как говорится. Было всё: и походы по знакомым, чтобы занять пару тысяч рублей на доширак, и ремонты ванной с помощью папиной отвертки, и эпопеи с детскими соплями, и затяжная безработица на фоне эпидемии гриппа…
Дети полный комплект: сын Виктор и дочь Ксения. Чистота дома такая, что к коту и тот пыль не соберёт. Еда всегда есть, Маша без классической головной боли, да ещё и внешность держит: ни кефир, ни гречка фигуру не испортили.
И не держала Валеру за кошелёк на ногах, о мужчине не забывала даже после рождения детей время находила и пироги стряпала, и на футбол его отпускала.
Так чего не хватило этому гуляке, чтобы в один прекрасный миг пойти на сторону Ну ладно бы на молодую студентку взгляд кинул всякое бывает средь мужского народа. Но его понесло к соседской разведёнке с детём из соседнего подъезда!
Ну расскажи мне, Валерий, что ты в ней нашёл?
Маша то смеялась, то рыдала, когда правда всплыла, а Валерию пришлось держать ответ за свои «подвиги».
Вот просто объясни мне, почему именно она? Что наша Ксюша ей проиграла, что я ей проиграла?
Карина проигрывала Маша тотально. Хотя, если бы ещё Валера приплёл что-нибудь типа: «она не такая суровая, веселее, тебя проще», ситуация была бы чуть логичнее.
Но даже этого объяснить не смог. По пьянке, мол, залетело? Дак нет, трезвее, чем утром после корпоратива.
На что хватило Валеры «само так получилось», да клятвенно умолять пустить обратно в семью.
А вот планы у Валеры оказались абсолютно далеки от идеи разводиться он искренне считал, что, как кот Барсик, натопчет по чужой территории, а потом свалит к жене, разляжется с ней и сделает вид, будто ничего не было: ни Карины, ни свежего детского рисунка на холодильнике.
И, может, всё бы срослось, если бы не беременность Карины после их свиданий на скамейке во дворе. Карина решила, что для нового малыша (и для первого заодно) папу в ЗАГС надо затолкать любыми способами.
И звонит она к Маше, размахивая справкой и предъявляя познания о родимых пятнах Валеры в описаниях которых обычный человек не разберётся без энциклопедии.
И правда, связь была доказательства налицо. Прижатый к стенке Валерий уже не выкручивался, а честно попросил прощения.
К Машиному удивлению, встали на сторону изменника даже те, кто раньше считали его пустым местом та самая коллега с работы, пара подруг, какие-то дальние родственники В один голос начали: «Маша, ну не разводитесь, делайте вид, что ничего не случилось». Вот этого Маша понять не могла категорически.
Что свекровь утешать мужа всячески пытается это понятно: мама за сына горой, так оно в каждой семье. Даже детей пыталась к этому делу подтолкнуть: «Ну скажите маме, чтоб с папой осталась».
А почему люди, именно не её родня, вдруг озаботились её семейным счастьем, загадка. Как ведро с крабами: «Давай, Маша, сиди с нами в болоте!»
Маша была дочерью своего отца, серьёзного мужчины с жизненным кредо и мудростью а-ля народный ум. Отец её учил: «Если тебя уговаривают потерпеть, что-то отдать, простить, делая упор на так принято или Бог велел, знай хотят использовать. Решить свои проблемы за твой счёт».
Этот урок она впитала без остатка: стоит появиться манипуляциям, стыду, навязыванию, значит, кто-то собирается доить Машу под видом добра.
Манипулировать собой она не позволяла. И дети тоже: только Маша подала на развод тут же свекровь позвонила с программой-минимум: «Разблокируйте бабушку в Telegram, срочно!»
Да достала она, объяснила Ксюша за ужином. Сын Виктор ночевал у девушки отдувалась за двоих.
Опять одно и то же: добейтесь, чтоб родители сошлись, будет вам счастье. Я раз сказала, два сказала Она не слышит. Вот и заблокировала.
Спасибо, что не ведёшься, сказала Маша. Мне важно, чтобы ты не поддавалась.
Мам, ну я же не дура, вздохнула Ксюша. Папа натворил. Если бы вы ссорились из-за отпуска другое дело, но измену нормальные не прощают. Он это знал! Любить папу одно дело, а попадать в эту жвачку совсем другое.
На что он рассчитывал? И чего бабушка ждёт сейчас?
У Маши не было ответа. Хотя ещё месяц назад она считала себя королевой здравого смысла.
А теперь? Попробуй ответь, когда у самой голова не варит. Когда не понимаешь почему нормальный, даже образцовый муж вдруг так встряхнулся. Ну ладно, по-русски: «седина в бороду, бес в ребро»?
Как оказалось, в Валерии всё ещё множились демоны. Выпустить их наружу он решил весьма оригинально.
История получила продолжение спустя пять лет после разводаМаша долго стояла на балконе, вдумчиво глядя на огни чужих квартир, где, наверное, кипели свои драмы, тихо резал хлеб чёрствый муж, гулял кот по подоконнику, спорили за жизнь и, может быть, мирились. Ну и что? В их доме теперь наступала своя эра без Валеры, без крика по ночам, без усталых попыток склеить треснувшее стекло.
«Никто за меня не проживёт», подумала Маша и вдруг впервые за много лет ощутила острое облегчение. Как будто с плеч упал мешок картошки, который она таскала по инерции. Она не обязана быть мученицей или святой, не должна никого спасать, если никто не спасает её.
Машины будни наладились быстрее, чем она ожидала. Ксения совсем взрослая, Виктор заботился по-своему. На полке вместо свадебного фото оказалась коллекция кактусов: «Чтобы даже случайно не уколоться прошлым». Время шло, карточки с алиментами приходили исправно, а Валера… Валера как будто из другого романа остался.
Однажды вечером Маша услышала, как за стеной смеётся Карина наверное, созванивалась с подругой. Её голос уже не казался страшным. Просто чужая женщина. Просто соседка из соседнего подъезда.
Наутро Маша испекла пирог. Не в честь годовщины, не потому что «так принято», а просто захотелось себе и детям, чтобы жизнь снова наполнилась запахом дома, а не чужих сожалений.
Когда Ксюша зашла с учёбы, Маша впервые за долгое время улыбнулась так, как раньше естественно и свободно.
Знаешь, доча, сказала она, у нас снова всё хорошо. Просто по-новому.
Я это и сама вижу, мам, обняла её Ксюша и усмехнулась. Ты ещё сильнее, чем я думала.
Ничего больше не требовалось. Ни объяснений, ни возвращений, ни оправданий. В их доме опять заиграла музыка своя, без чужих советов и чужих жизней.
И на душе у Маши стало так легко, что, кажется, впервые за все двадцать лет она наконец дышала полной грудью.
