На днях моя мама ушла из дома, как обычно. Утром она написала мне в Телеграме, спросила, завтракала ли я. Я ответила: «Да, поговорим позже», и продолжила работать. Она не болела, не лежала в больнице, не было тревоги, никаких прощаний. Просто обычный, будничный день. Такой, о котором думаешь, что он ничего не изменит.
В четыре дня мне позвонили с незнакомого номера. Это была соседка. Она сказала: «Ваша мама попала в происшествие». Я спросила, где она, и мне сообщили адрес киевской клиники. Я сразу же поехала туда. Доктора объяснили, что мама упала на улице, ударилась головой, и ничем не смогли помочь. Всё прошло без драм, без последних слов.
Не было последних фраз. Не было объятий. Не было возможности что-то сказать. Я стояла и смотрела на белую стену, пока мне объясняли бумаги, подписи, процедуру оформления. С дрожащим голосом позвонила братьям и сказала самое страшное предложение в своей жизни: «Мама умерла».
Самый сильный удар был не в клинике. Он пришёл, когда я вошла в её квартиру одна, чтобы собрать её вещи. Открыла шкаф там висели вещи, подготовленные к стирке. Её тапочки стояли у двери, кошелёк висел за стулом, покупки были разобраны наполовину. Всё застыло, как будто время остановилось в тот момент, когда жизнь оборвалась.
Я взяла её кофту, чтобы положить в сумку, и почувствовала запах её мыла тот самый родной. Замерла, держа вещь в руках, не в силах пошевелиться. Села на кровать и долго смотрела в пол. Чувствовала злость.
Потом пришли мелочи, которые больнее всего: автоматом набираешь её номер, а потом вспоминаешь уже не существует; приходишь домой после работы и никто не спросит, как добралась; проходишь мимо её дома и не входишь. Никто не учит, как жить с этой тишиной.
Все говорят: «Так было угодно», «Бог знает, что делает», «Теперь она отдыхает». Но я не чувствую покоя. Я чувствую пустоту. Чувствую, что она ушла в случайный день, без разрешения, без предупреждения, без времени утешить мою душу.
И самое больное это не было прощание. Это был резкий и сухой разрез.
