Два года назад умерла моя бабушка, оставив мне дом с большим садом и огородом в одном украинском селе недалеко от Львова. С детства у меня остались самые светлые воспоминания о днях, проведённых там: я бегала босиком по траве, помогала бабушке собирать яблоки и помидоры, плела венки из ромашек. Каждые выходные мы всей семьёй, вместе с моей свекровью, приезжали в этот дом отдыхали от городской суеты, надышаться свежим воздухом и лакомиться домашними яблоками и вишнями. Отношения с моей свекровью были спокойные, мы никогда не ссорились и не спорили по пустякам.
Вот и сейчас наступил сезон заготовок я заранее купила сахар, банки, крышки, чтобы варить варенье, закатывать компоты и солить огурцы. Но, когда мы в выходные приехали, меня будто ударило током: кусты чёрной смородины, крыжовника и малины пустые. Я в недоумении осматривала ряды: ни одной ягоды. Соседи подсказали, мол, вроде деревенские мальчишки забежали на участок, но мне сразу стало ясно, что это невозможно столько ягод так быстро не собрать, на это бы ушел целый день, а кто рискнет?
Пока я стояла в растерянности, прибежала тётя Леня, соседка, и взволнованно сообщила: моя свекровь была здесь вчера и унесла две огромные вёдра ягод. Внутри меня закипел гнев и недоумение.
Я позвонила свекрови, и она, ничуть не смущаясь, спокойно призналась, что действительно собрала весь урожай. Сказала, что хотела угостить внуков витаминами, а покупать ягоды на рынке дорого. Я не могла поверить своим ушам: всю зиму мы теперь вынуждены покупать ягоды втридорога на рынке.
Вернувшись домой во Львов, я всё рассказала мужу. Он сам был в шоке от поступка мамы. Я поняла, что нужно брать ситуацию под контроль: молча забрала ключи от дачи у свекрови. С тех пор она приезжает туда только вместе с нами, и я уверена, что больше никаких неожиданностей не будет.
Теперь, каждый раз, закрывая калитку, я думаю о том, как важно даже среди родных устанавливать границы. Хотя до сих пор у меня на душе неприятный осадок: ведь дом и сад напоминают о тёплом бабушкином лете, а вот эта история оставила горькое послевкусие.
