Мне уже 38, и долгое время я была уверена, что вся причина в том, что со мной что-то не так. Что я плохая мама, не такая жена, какой должна быть. Что внутри меня какой-то дефект, потому что, несмотря на то, что я справлялась со всем, на самом деле чувствовала, что больше ничего не могу дать.
Каждое утро я вставала в пять. Готовила завтраки, собирала детям сменку, делала бутерброды в контейнеры. Оставляла их собранными к школе, бегло приводила квартиру в порядок и шла на работу. Соблюдала график, выполняла планы, участвовала в собраниях. Всегда улыбалась. Никто на работе даже не подозревал, что что-то не так. Наоборот все говорили, что я ответственная, организованная, крепкая.
Дома тоже всё шло по расписанию: обед, какието дела, купание, ужин. Я слушала рассказы детей, отвечала им на вопросы про уроки, разнимала их ссоры. Обнимала, когда просили, утешала, когда надо было. Со стороны всё выглядело нормально, даже хорошо. Есть семья, есть работа, все здоровы. Нет никакой явной драмы, чтобы объяснить это ощущение.
А внутри была пустота.
Это не была грусть в обычном понимании. Скорее бесконечная усталость. Та, от которой не помогает даже сон. Ложишься выжатая, встаёшь утром как будто и не спала вовсе. Тело ноет без видимых причин. От любого шума раздражение. Однотипные вопросы просто убивали. У меня начали появляться мысли, за которые было стыдно: вдруг моим детям реально будет без меня лучше? Может быть, я просто не подхожу на роль матери, бывает же такое не всем дано.
Я никогда не забывала о делах. Не опаздывала. Не позволяла себе терять самоконтроль. Не кричала больше обычного. Поэтому никто ничего и не замечал.
Даже муж. Он видел, что всё как будто нормально. Когда говорила ему, что устала, отвечал:
Ну, каждая мама устаёт.
Если признавалась, что нет сил и ничего не хочется, говорил:
Значит, просто нет желания.
Я перестала разговаривать.
Бывали вечера, когда у меня хватало сил только уединиться в ванной, закрыться и сидеть в тишине. Нет, я не плакала. Просто смотрела в одну точку пока не приходило время снова «выходить» и продолжать быть той, которая всё может.
Мысль уйти появилась тихо, как холодная идея: просто исчезнуть на пару дней, перестать быть нужной. Дело было не в том, что я не люблю своих детей, а в том, что мне казалось мне нечего им больше дать.
День, когда я «опустилась на дно», не был особенным. Обычный вторник. Один из детей попросил помочь с чем-то совсем простым, а я даже не могла ответить просто смотрела на него в полнейшей пустоте. Ком в горле, жар в груди. Я опустилась прямо на пол кухни и сидела так несколько минут, не двигаясь.
Сын посмотрел испуганно и спросил:
Мама, с тобой всё хорошо?
А мне нечего было ему ответить.
Вот тогда никто не пришёл меня спасать. Никто не подошёл поддержать. Просто я уже не могла притворяться, что справляюсь.
Я обратилась за помощью, когда силы закончились совсем. Когда стало ясно одна уже не вывезу. Психолог стал первым, кто сказал мне честно:
Это не значит, что вы плохая мама.
И объяснил, что со мной происходит.
Я поняла: никто не помогал мне раньше, потому что я всегда всё делала. Пока женщина справляется, мир уверен она может ещё. А спросить, как у неё на самом деле дела, забывают.
Восстанавливаться было долго и неловко. Это совсем не магия. Постепенно, шаг за шагом, я училась просить о помощи. Говорить «нет». Не быть всегда доступной. Осознавать, что если я отдыхаю это не делает меня плохой мамой.
Я до сих пор работаю и воспитываю детей. Только теперь уже не пытаюсь играть в идеальную. Перестала думать, что из-за одной ошибки я «никакая». И больше всего перестала верить, что желание сбежать делает меня плохой матерью.
Я просто устала.
