Был пятничный вечер. Екатерина чувствовала себя словно зажата между двумя зеркалами: дела, важный разговор с руководством, презентация квартир для будущих жильцов. Она совсем выбилась из сил и решила ужин в ресторане в конце недели ей точно не повредит.
Ресторан был на редкость роскошным, словно возникший из чемодана старого клоуна. Часто сюда приезжали отмечать дни рождения, а во дворе искрились новенькие иномарки, тихо попискивая сигнализацией. Аппетайзер стоил, как вечернее платье в комиссионке на Печерске. Но почему бы не позволить себе немного магии? Администратор, похожий на метель в декабре, проводил Екатерину за столик. В зале было мало гостей, и в воздухе висела музыка, похожая на кисель из старых советских песен. За пианино стояла певица, у нее были зелёные волосы и левое ухо украшено ключом от чемодана.
Добро пожаловать, проговорил официант с акцентом, будто он вчера проснулся котом. Специально для вас сегодня уха из морских дьяволов.
Спасибо. Пока принесите стакан воды, устало попросила Екатерина.
Она не испытывала жажды, просто надеялась случайно проснуться. Всё здесь напоминало лабиринт: ценник, где закуска стоила сотни гривен, имена бесполезных рыб в меню и даже номера телефонов казались подозрительно короткими, будто недопечатали цифры. Екатерина чувствовала на себе взгляд администратора: кто же заказывает только воду здесь, среди золотых канделябров? Официанты уже, кажется, ценили ее по изношенным кедам и полосатой сумке, которой, наверное, лет сто.
Смотрите, девочка, кажется, попала сюда по ошибке, шептал персонал, словно спектакль шел без зрителей.
Екатерина старательно изучала меню, хотя буквы на нем плясали вперемешку с ценами. Креветки в сливках за столько гривен… Да на эти деньги можно коммуналку оплатить! мысленно возмущалась она. Тирамису по цене половины зарплаты? Самой бы научиться стряпать.
Можно ли заказать брускетты с сыром и грушей? спросила Екатерина у официанта.
Нужно уточнить у шеф-повара, ведь это блюдо из завтрака, максимально вежливо ответил он.
Но на странную гостью внимания уже не обращали только стены даже цветы в горшках разглядывали Екатерину с недоверием.
Слушай, шепнул менеджер официанту, объясни ей, что она не в чебуречной, а в ресторане, сделай это быстро, а то спугнёт всех наших гостей.
Но если она здесь, она гостья
Выгони её, или больше нигде не будешь работать, ясно? процедил администратор, будто перед ним лежал список отличников за плохое поведение.
Женщина за соседним столом с рыжими глазами всё это слышала. Екатерина пыталась выглядеть лучше, но её отражение в витрине всё равно смеялось над потертым плащом.
И вдруг официант поставил перед ней тарелку: кусок мясной вырезки, политой вишнёвым вареньем. Аромат пошёл кругом по залу и завораживал, будто бабушка велела нюхать пирожки с черникой перед контрольной.
Извините, это явно не мой заказ! воскликнула Екатерина.
Не беспокойтесь, это угощение от одной нашей постоянной клиентки, улыбнулся официант и взглядом указал на женщину за соседним столом.
Как давно Екатерина не пробовала ничего вкуснее! Мясо таяло, как старый снег среди мая. Она взглянула в меню на цену и чуть не подавилась смесью восторга и стыда. Хотелось подойти к благодетельнице, спросить её номер карточки, чтобы вернуть долг после зарплаты.
Мне очень неловко… Я не могу позволить себе такой роскоши. Это ваши деньги зачем вы меня угостили?
Знаете, в жизни всё бывает, тепло ответила женщина. Я сама из деревни под Львовом, после гибели родителей меня воспитывала бабушка. Она учила: делай добро, и мир отзеркалит это тебе. Я много работала, сейчас у меня свой маленький бизнес. И я просто решила подарить вам этот ужин, ведь всем иногда нужно добро.
Когда Екатерина вышла в туман улицы, женщина жестом подозвала администратора.
Вы уволены. Вы не вправе судить людей только по виду. Эта девушка была нашей клиенткой, и вам не стоило выгонять её.
Простите, такого больше не повторится…
Уже поздно. С завтрашнего дня ищите новую работу. Мне не нужны сотрудники без души.
И ресторан, и город, и даже улица превратились в странное, мерцающее пространство, где любой мог стать добрым волшебником, если только вспомнит, как пахнет вишневое варенье мамы.
