Когда была маленькой, мне всё время казалось: вот вырасту и смогу делать что угодно! Хочу ем мороженое на завтрак, хочу ложусь спать хоть в три часа ночи, гуляю, где и когда вздумается, и никого не спрашиваю. Сейчас даже смешно вспоминать то своё наивное, детское представление. Реальность быстро меня отрезвила, как только я впервые стала жить одна: уборка, готовка, коммуналка, съёмная квартира, покупки Всё это на одну зарплату, которая, если честно, едва-едва тянула до следующей получки.
Я думала, взрослость это решать, что есть на ужин. А по факту считать, хватит ли оставшихся гривен и на гречку, и на хозяйственное мыло.
Как-то утром поймала себя на мысли: недели две не было ни разу, чтобы я спокойно посидела на завтрак. Вскакиваешь, быстро в душ, кровать наспех заправишь и уже летишь на остановку ловить маршрутку. По дороге вспоминаешь, что не ответила шефу на письмо, что за интернет платить до пятницы, а карточка почти на нуле. Оказывается, «взрослая свобода» это не исполнение желаний, а бесконечный to-do list.
Вечером, когда наконец добиралась домой, усталость накатывала как бетонная плита. Открываю холодильник с надеждой, что там вдруг чтото волшебно приготовилось Но, конечно, нет. Надо мыть, резать, варить, потом опять мыть посуду. Иногда ужинала просто хлебом с сыром, лишь бы не вынимать сковородку. Но всё равно не отдыхала голова напоминала: за воду платила, но в ванной опять чтото подтекает, бельё с утра уже зацвело в машинке опять забыла развесить.
Друзья звали: «Давай встретимся». Ну мы пытались но у всех чтото: у одной переработки, у второй мама приболела и надо присматривать, у третьей опять нет денег на встречу, у четвёртой просто сил нет даже выходить. В школе или институте мы виделись каждый день, а теперь месяцами. Когда всё-таки собирались вместе, обсуждали усталость, квартплату, больную спину и ценник на картошку. Нам по двадцать с хвостиком, а разговариваем как бабушки на лавочке.
Самое тяжёлое, что настоящего отдыха даже по выходным не было. Суббота и воскресенье опять дела: стирка, протереть полы, разобрать завалы на неделе, закупиться, чтото починить по мелочи. Поймала себя однажды на слезах в процессе мытья полов, потому что подумала: «Даже когда отдыхаю всё равно чтото делаю». В детстве называла это «свободой», а на деле просто взяла на себя все те заботы, от которых меня оберегали взрослые, пока могла.
И работа, надо сказать, совсем не то, что в детстве себе фантазировала. Казалось, будешь трудиться и сразу почувствуешь, какая ты молодец. Да часто это означает улыбаться, когда не до смеха, терпеть дурацкие замечания, постоянно бегать за задачами, которые меняются каждую неделю, и смотреть, как почти вся зарплата уходит на коммунальные, проезд и продукты. Однажды сижу и думаю: брать обед или оставить гривны на проезд до работы и обратно. Никто ведь в детстве не предупреждал! Никто не говорил, что взрослая жизнь это бесконечные внутренние подсчёты.
Я думала, вырасти значит стать свободной. А тут оказалась, что это больше похоже на хождение по канату между усталостью, обязанностями и маленькими, скоротечными моментами тишины.
