Он снова нагнулся к овчарке. Она посмотрела на человека долгим, усталым взглядом и отвернула морду. Надежды в ней уже не осталось слишком многое повидала она от людей
На этой улице их называли попросту собачья шайка. Только Алексей Семёнович, который жил неподалёку, всегда говорил соседям: «Это вовсе не шайка. Это просто пять собак, что держатся вместе, чтобы не сгинуть поодиночке».
Вожаком была старая овчарка по имени Варвара видно, при жизни домашних у неё был тёплый дом и угол. Скорее всего, бросили Варвару, когда прежние хозяева переехали в другой город и даже не вспомнили о ней. Именно она держала остальных рядом, оберегала и наставляла, будто настоящая мать, не позволяя развалиться этой маленькой уличной стае.
Алексей Семёнович подкармливал их постоянно: и ранним утром по дороге к трамваю, и вечером возвращаясь с работы в банковском отделении. Стоило ему появиться, как пять хвостов то колечком закрученные, то опущенные начинали метаться из стороны в сторону будто маленькие вихри радости. В глазах их была и благодарность, и доверие, и что-то похожее на новую надежду.
На что вообще может надеяться собака, которую выкинули на улицу и забыли? А всё равно надеялись, ждали, верили, любили. И потому никогда Алексей Семёнович не приходил к ним с пустыми руками знали ведь, что ждут. И всегда дожидались.
Но тем утром подбежали к нему только четверо. Они жалобно скулили и беспокойно смотрели вглубь улицы, туда, где начинался парк. Мужчина сразу понял случилось несчастье.
Глухо вздохнув, он позвонил на работу, сказав, что сегодня задержится и не сможет прийти вовремя.
В самом конце проспекта, у зарослей сирени, на краю окраинного микрорайона Киева, под кустом лежала старая овчарка Варвара. Её сбила машина. Тут был поворот, и частенько кто-то летел без оглядки под весёлые звуки радио. Вот и не повезло
Оставшиеся четыре собаки обступили Алексея Семёновича, заглядывая ему в глаза он был единственным человеком, кому они ещё верили.
Он присел рядом с овчаркой. Из её глаз текли большие, человеческие слёзы. Она глядела на него безысходно, отвернулась. Надежды ей было не занимать но людей она знала слишком хорошо. Единственное, что волновало её сейчас что станет с теми четырьмя, которых она опекала и оберегала все последние годы.
Как же так, Варварочка Больно? мягко спросил он и достал телефон.
Договорившись с начальством о выходном, он быстро пригнал «Жигули» со двора и осторожно положил собаку на заднее сиденье. Четверо оставшихся дружков обступили машину, терлись о его ноги, будто пытались выразить благодарность.
В ветеринарной клинике на улице Грушевского врач, осмотрев Варвару, устало покачал головой:
Лучше усыпить её Переломов слишком много, одни расходы пойдут, да и врятли поправится
Но какой-то шанс есть хоть маленький? перебил Алексей Семёнович.
Шанс он всегда есть, неохотно ответил доктор. Только мучиться будет. Стоит ли оно того?
Стоит, твёрдо сказал Алексей Семёнович. Для меня стоит. Значит, и для неё. И ещё её ждут четыре собаки. Как я потом смогу им в глаза смотреть?
Врач посмотрел на него долго, потом кивнул.
Начнём, только сказал он.
Прошла неделя, и Алексей Семёнович вернулся в клинику. Всё это время четверо собак каждый день коротали возле его подъезда. И когда он вышел им навстречу с Варварой на руках радость их была громкая, как фанфары на городском празднике. Даже израненная овчарка встрепенулась, поскуливала и пыталась лизнуть своих подруг по стайке.
Он бережно внёс её в дом. С остальными вышел во двор и долго рассказывал о том, что дом это большая ответственность. Что многое теперь будет по-другому, чем на улице.
А собаки сидели перед ним большие глаза, уши навострены внимательно выслушивали каждое слово, не перебивая. Вдруг он улыбнулся широко:
Ну что, мои хорошие, чего ждём-то? Пошли домой.
И распахнул ворота.
Варвара удивительно быстро пошла на поправку. Всё время пыталась подняться и выйти во двор к своим подружкам, а Алексей Семёнович строго следил, чтобы раны не разошлись. А когда кости срослись и она стала твёрдо стоять на своих лапах, хозяин одел ей новый ошейник кожаный, с золотой бляшкой и маленьким звенящим колокольчиком.
Теперь по утрам Алексей Семёнович выходит чуть раньше на работу. Гуляет по длинному киевскому переулку, ведя рядом пятерых собак: четверых забавных, хвосты-кольца, и одну большую, гордую овчарку с золотым ошейником и колокольчиком.
Вы бы только видели, как они теперь смотрят по сторонам: у них есть дом, есть человек, а у Варвары свой ошейник. Она топает впереди гордо и прямо, а колокольчик позвякивает на весь район.
Вам этого не понять ведь не у каждого был такой ошейник с колокольчиком. А любой собаке ясно: так шагает та, кого по-настоящему уважают.
Вот так и идут по улицам: человек, что не прошёл мимо, и пять собак, которые не утратили веру и дружбу даже после предательства. Идут и радуются жизни. Чему именно ну кто ж знает. Может, друг другу. Может, солнечному дню. А может, просто тому, что любовь на свете ещё не перевелась.
И смотришь в их собачьи глаза и понимаешь: пока такие глаза есть, в этом мире совсем не всё потеряно.
