Он присел рядом с овчаркой. Она посмотрела на него тяжёлым, усталым взглядом и отвернулась в сторону. Надежду она давно потеряла. Судьбу человеческую она знала чересчур хорошо…
Во дворах её местные называли просто собачья стая. Но сосед, живший в старенькой «сталинке» на окраине Киева, всегда поправлял: «Нет, это не банда. Это пять собак, которые держатся друг за друга, только чтобы не пропасть».
Среди всех старшей была пожилая овчарка ясно бывшая когда-то домашней. Вероятно, прежние хозяева бросили её, уехав и не обернувшись назад. Вот она и держала остальных рядом: охраняла, показывала пример, не давала разойтись этой маленькой уличной семье.
Он подкармливал их каждый день. С утра, когда спешил к маршрутке на работу, и вечером, когда возвращался домой с рынка, где покупал хлеб и молоко за гривны. Каждый раз, как только он появлялся, пять хвостов кто колечком, кто вниз начинали метаться, словно пропеллеры. Столько радости было у них в глазах, что сердце сжималось. Малявки подпрыгивали выше головы, тыкались мокрыми носами в его ладони, вылизывали руки. В их взглядах читались и благодарность, и ожидание, и та самая искра надежды.
На что может надеяться собака, которой однажды пришлось остаться на улице? А всё равно они ждали и верили. Привязались. Вот почему он никогда не выходил к ним с пустыми руками они ждали. И ведь обязательно дожидались.
Только в то утро к его ногам выбежали всего четверо. Скуля и тревожно дергая ушами, они оглядывались в сторону пустыря. Мужчина сразу понял что-то случилось.
Выдохнул тяжело, нашёл в кармане телефон и предупредил на работе, что придёт позже.
На самом краю длинной улицы, в спальном районе Киева, под старыми калинами лежала овчарка. Машина её сбила. Тут был поворот, а местные часто летают на автомобилях, не притормаживая. Вот и не повезло ей…
Четыре подруги жалобно скулили, заглядывая мужчине в глаза ведь кроме него, больше никому не доверяли.
Он опять присел, посмотрел овчарке в глаза. Из них текли слёзы. Не просила ни о чём, просто смотрела устало и отвернулась. Верить она людям разучилась давно. Беспокоилась только о четверых, за которых ответ держит.
Что ж ты, тихо спросил он, чуть тронув её за ухо, больно тебе? И полез опять за телефоном.
Всё организовав, подвёл свою старенькую «Ладу», бережно перенёс овчарку на заднее сиденье. Остальные собаки бегали рядом, терлись о ноги, будто по-собачьи благодарили.
В ветеринарной клинике доктор, погладив овчарку по голове, выдохнул:
Лучше отпустить. Переломов много… Шанс маленький, лечение дорого станет, не осилить…
А хоть какой шанс есть? спросил мужчина, не давая договорить врачу.
Шанс, конечно, остается, кивнул доктор. Только мучаться будет долго. Есть ли смысл?
Есть, твёрдо отвечает мужчина. Для меня есть, и для неё есть. Её ведь ждут четверо, как я им потом в глаза посмотрю?
Врач внимательно посмотрел на него и сказал: Ну, тогда лечим.
Через неделю он пришёл в клинику за овчаркой. Всё это время остальные четверо не отходили от его подъезда. Когда он принёс старуху обратно, они подняли такой лай радостный, что даже сама овчарка оживилась и попыталась лизнуть подруг.
Он занёс её в квартиру, сел на корточки перед остальными и прочитал им почти лекцию. Про то, что дом это ответственность, что теперь многое придётся забыть: ночные набеги, шалости во дворе, поиски еды по помойкам…
Собаки сидели напротив, внимательно слушали. Он вдруг прищурился и с улыбкой сказал:
Ну что, чего ждём? Заходите.
И распахнул дверь.
Овчарка восстановилась на удивление быстро. Всё пыталась вставать, бежать к своим, но он строго следил не балуй, береги лапы. Когда кости окрепли, а походка вновь стала уверенной, он купил ей специальный ошейник золотистый, с маленьким колокольчиком.
Теперь выходит с ними на работу пораньше. Идёт по пустой киевской улице, держит на поводках пятерых: четверо мелкие лохматые, восторженные, хвостики колечком, и одна солидная старая овчарка в блестящем ошейнике с бубенчиком.
И ты бы видел, как они теперь смотрят по сторонам гордо, спокойно. Теперь у них есть дом. А у овчарки свой ошейник. Она идёт вперёд, не оглядываясь, с высоко поднятой мордой.
Может, вам не понять, ведь вряд ли у вас был в детстве такой особенный ошейник с колокольчиком. А любой собаке ясно: так ходит только та, которую уважают.
Вот так и идут теперь: мужчина, который не прошёл мимо, и пять собак, что не забыли, как верить и любить после всего, что случилось с ними на улице.
Они идут и радуются. Чему? Не знаю точно… Может, дружбе. Может, утреннему солнцу. А может просто тому, что в этом мире ещё бывает настоящее тепло.
И, когда смотришь им в глаза, вдруг понимаешь: пока такие глаза живы не всё потеряно.
