Когда я провожала своего брата на вокзале в Харькове, мама была взволнована, боясь, что видит его в последний раз, ведь годы её уже не щадят. С тоской желая ещё раз увидеть брата и сестру, я пустилась в путь по зыбкой дороге сна. Сначала заехала к дяде Петру, а теперь предстояло добраться до дома тёти Валентины.
Дядя Петр шутил о грядущей моей свадьбе, которая должна состояться через полгода, а я, улыбаясь, пригласила его на неё будто это было приглашение в другую реальность. Он посоветовал быть осторожной, ведь у него, как у всех во снах, есть загадка родимое пятно на руке, символ путеводного знака в странствии.
Погода была веселая: солнце блестело через прозрачные облака, всё вокруг окаймлялось пастельными оттенками. Прибыв на место, нас встретила тётя Валентина и её муж в мягком свете калейдоскопа. Утром я и младшая кузина, Дарина, решили отправиться на гладкое, почти зеркальное Азовское море. После водных забав, вернулись домой обедать борщ с чёрным хлебом.
Дарина, чувствуя усталость и лёгкое головокружение, мечтала поспать, но скоро изменила свои планы и увлекла меня обратно к морю, а потом в кинотеатр. Как только мы вышли из воды, к нам подошли два молодых человека, словно выплывшие из туманного края мечты, и спросили, как пройти на улицу Сковороды.
Дарина объяснила путь, а второй юноша начал внимательно смотреть на меня неожиданно и спросил: «Простите, вы Анна?» Я приподняла брови от удивления, а он поспешил пояснить: «Вы живёте в Киеве, у вас подруга Оксана она моя сестра. Я видел вас на её фотографиях и захотел узнать больше».
Я заметила на его руке знак, похожий на у дяди Петра, но вроде бы чуть ярче и пробуждающий ощущение дежавю. Мы решили вместе смотреть фильм, а потом долго гуляли вдоль берега, где вода рисовала узоры на песке.
В том странном прощальном моменте он сказал, что они с другом завершают деловую поездку и уже завтра улетают. Попросил разрешения позвонить мне и узнать мой номер. Я согласилась без особых раздумий, будто это было частью сна. Через десять дней, он вновь встретил меня и маму в аэропорту, где всё было озарено призрачным светом. Полгода спустя, в той же причудливой реальности, мы сыграли свадьбу, и всё происходящее казалось дымкой над вечерним Днепром.
