Ключи
Да люблю я его, ясно тебе? Ты мне тут со своими глупостями лезешь! Не желаю тебя слушать! Завидуешь просто, вот и приплетаешься, куда не звали! Оставь меня в покое! Своей жизнью займись!
Мария не просто кричала, а так орала на всю улицу, что даже глуховатый сосед, Виктор Петрович, что возился у своего гаража, аж повернулся нечасто он был настолько любопытен, а тут даже он прислушался. Значит, совсем уж громко было, раз старик отложил гаечный ключ.
А поводы для такой грозы у нее, по ее мнению, были
В целом, были.
Потому что влюбленность для Марии была не просто игрой это был ее способ жить. Да, между романами бывало и пусто, но перерывы были такими мимолетными, что замечала их разве что сестра, да мама, которой, увы, уже не было. Единственная, кто осталась, сестра Оksана, но та понимать Марию отказывалась.
Без этого состояния душа у Марины пустела. Становилась она рассеянной, не могла ни на чем сосредоточиться, нервничала так, что коллеги в херсонской бухгалтерии уже шептались:
Может, Мария Николаевна, вам валерьянки капнуть?.. Непросто с вами теперь, Марийка.
Мария на эти слова только губы поджимала и про себя думала что-нибудь едкое про этих предусмотрительных женщин.
У этих-то все ладно мужья дома, детишки по диванам прыгают… А у нее? Ни мужа, ни дома собственного. Хотя сын есть, Пётр, но особо им не похвастаешься: ни в учебе, ни в спорте Всё какие-то сравнения, и если честно проигрывает Пётр на фоне двоюродных брата и сестры. Детки у Оksаны настощие отличники: старший, Саша, бегает на футбол и медали носит, младшая, Вика, то песни поет, то в танцах побеждает на конкурсах. За неполные десять лет эта девочка увидела больше, чем Мария за всю жизнь.
И обидно! Почему? Хотя Мария в детстве тоже кружки меняла как перчатки ничем не увлекалась долго, дольше недели не выдерживала, если надоедало. А что делать? Сердце не велит значит, не будет!
Такой и надо жить! Слушать себя! Жизни другой не дадут, никто не принесет счастья на блюдечке: «Бери, Маша, всё для тебя, не жалко!»
Эта истина с ней испокон веку. Она помнила, как сестра корпела над учебниками, а сама, собравшись на дискотеку, подшучивала:
Вот выучишь всё, Оксана, кто ж тебя замуж возьмет? Помнишь, бабушка говорила не должна женщина быть умнее мужчины. Сама смотри, пацаны и не подходят!
И слава Богу, отмахивалась сестра, мне они не нужны.
Да не придумывай! Лучше помоги мне волосы уложить! Вадик уже ждет внизу!
Мария, как стрекоза, мчалась гулять, а Оксана уютно устраивалась с ромашками под абажуром и уходила в свои книжные миры. Два часа тишины целый праздник на их одесской квартире.
Мария не была злой, и Оксана знала ее как свои пять пальцев. Просто чуткая, нелепая, мягкая… животных очень любила. Кто-то котенка подберет только Маша, а потом сама убирает, кормит, гуляет. Родители строго сказали: не преврати дом в зоопарк, хватит двоих котов и собаки она согласилась, отвечала за питомцев одна сестру никогда не просила ни разу выгулять или убрать лоток, все сама.
Хотя казалось Оксане, что кошек Мария любит больше, чем людей.
Машка, мама просила к бабушке съездить, уговаривала Оксана. Помочь по уборке надо.
Сама давай, у меня дела!
Какие?
Барсик хромает, к ветеринару везу.
Да он уже неделю так!
И что?! Он кот, он о себе не позаботится. А бабушка молодая еще, справится как-нибудь.
Сестры ругались, расходились кто куда, Оксана ехала к бабушке, а Мария, лишь смахнув верхнюю кофту с плеч, бежала к очередному поклоннику. Барсик предлог; день тянуть на себя нужно.
Школу закончили они по-разному: Оксана с медалью, Мария просто средне, как все.
Профессию выбирать не пришлось Маша с детства мечтала стать кондитером. Торты её завораживали так, что мимо витрины сладостей в детстве не пройти было, ныла, требовала купить, хотя, съев кусочек, отдавалась сестре, а потом сама часами лепила пироги из пластилина, лишь бы смотреть на них.
Сестра съехала к бабушке, которая уже болела вариант устроил всех: и институт под рукой, и хорошо спали обе. Бабушка Оксану обожала знавала: внимание у нее есть, заботу окажет. Позже она на семейном собрании прямо сказала:
Мариночке комната дедова, что в коммуналке. А вам с Серёжей моя квартира, правильно будет.
Правнука бабушка увидеть успела, держала на руках. Не стало её, когда Саша младшему был два года. Целый год боролась с последствиями инсульта не вынесло сердце, и Оксана горько плакала на кладбище.
Все приняли её решение о квартире, никто спорить не стал дочка заслужила.
Мария не возражала: в тот момент закрутилась в очередной роман, ей было плевать на жилье. У неё была любовь!
Хотя любовью то чувство с натяжкой назвать можно. Маша пылала, избранник же её использовал: приезжала к нему убирать, стирать и готовить, домой никогда не пускал.
Я старый холостяк, Маша. Ты понимаешь.
Вздыхая, просил прибраться у себя, потом выпроваживал:
Искусству нужен я весь, но ведь ты знаешь я устал, любви, работы всего перебор.
Маша кивала, заглядывая на свой неровный портрет, пылившийся в углу. Никто до этого и не пытался писать её а тут целый портрет, неужели интересна?
Подарок память после того, как сообщила Мастерскому, что ждет ребёнка.
Идёт по солнечной улице, глаза щурит: сама себя не помнит, летает от счастья! Мечтала, ждала чудо!
Но чудо обернулось чернотой, как только он нахмурился:
Какой еще ребёнок? Ты с ума сошла?
Финал был предсказуем и печален. Мечты рассыпались. Мария только кивнула, попросила взять портрет на память.
В тот же вечер разорвала картину в клочья.
Судьба бывшего ее не интересовала. Ребёнок появился радости не принес. Маша искала в сыне черты его “гениального” отца, а Пётр был обычный, футбол гонял во дворе, в шахматы начал ходить сам, маму не слушал:
Там интересно, скучно не бывает, объяснял.
Только двоюродная сестра Вика его понимала, поддерживала находя даже музыку в его рассказах про шахматные партии.
Но решает не ребенок родители, а капризы Марины доходили до абсурда: могла, поругавшись с сестрой, запретить сыну общаться с Викой и Сашей.
Петя протестовал: устраивал забастовки, скандалы, не ел, пока мать не сдастся, буркнет:
Да делай, что хочешь! Устала тебя слушать!
Прошло время и Петя всё чаще ночевал у Оксаны: у них было уютно, Саша как брат, Вика как сестра.
Причина же ссор между сёстрами старые обиды. После смерти бабушки Мария возмутилась:
Это несправедливо! Я такая же внучка!
Я не просила у неё квартиру! Хочешь, давай продадим и поделим.
Не нужны мне подачки! Всегда тебя больше любили!
Марина, не права ты.
Вот и всё! Не хочу больше слушать!
Копились обиды, росли, строили кривой, некрасивый дом из воспоминаний. Жизнь казалась несправедливой и всё же Марина не переставала надеяться найти своё счастье.
Родители ушли быстро, один за другим. Горе сблизило ненадолго. Мария отказалась от наследства в пользу сестры, забрала родительскую квартиру.
Я думала, ты и её заберёшь, бросила она, поправляя капюшон у нотариуса.
Почему ты так? Разве мы чужие? спросила Оксана.
Сама не знаю. Родные вроде, а понимания нет.
Так для этого и остаются рядом пытаться понять.
Но Мария была уверена у сестры всё просто: семья, дети, муж, у самой пусто, одинокая. Петя всё чаще искал дом у тёти, маму почти не видел.
Оксана не осуждала, брата сына не отделяла от своих. Вика с ним возилась, Сергей относился как к родному, Пете было хорошо у них.
А у Марии в жизни снова появился мужчина Кирилл. Мать надеялась: вот, шанс на счастье, не мешайте.
Оксана поняла нехорошее сразу: Кирилл был заносчивым, с неприятными шутками, виделись всем чужим. Как оказалось, ему нужна была только квартира.
Развязка пришла быстро: после одной ссоры Кирилл ударил Петю. Тот сбежал к Оксане, рассказал та выслушала, прижала, тут же бросилась к сестре.
На дворе, в тяжелом разговоре, Мария прорыдала Кирилл ушел, обругав напоследок последними словами. Она выла: «Я люблю его!» на что Оксана, сдерживая себя, заговаривала:
Ты кого любишь? Мужика, который руку поднял на твоего мальчика? Совсем с ума сошла? Сколько еще так будешь? Ладно ты, но Петя ни в чем не виноват! Он твой сын! Почему ты его предаешь?
Он давно твой, а не мой! Ты всё у меня забрала! крикнула Мария.
Что я взяла?
Мою жизнь! Ключи мои!
Какие ключи?
В этот момент что-то сдвинулось крики сменились тишиной.
Ключи от счастья, тихо сказала Мария, у тебя они есть, а у меня нет.
Оксана обняла сестру, прижимая крепко:
Не придумывай! Любви ты хочешь так сильно, что всё время ключи кому-то отдаешь, а я свои при себе держу. Но жизнь эта покажет, как верно.
Не знаю, как быть… Я никому не нужна…
Нужна! И мне, и Пете! Этого мало?
Не знаю
Начни с этого. Всё остальное приложится.
А если нет?
Тогда ключ не тот, и дверь не откроется. По коридору бродить будешь, так и не выйдя никуда.
Нет!
Вот и правильно. Поехали к сыну!
Он не простит…
Павел умнее, чем кажется. Но легкого разговора не будет.
Догадываюсь…
Ну, так бери себя в руки! Ты мама, не чужая тётка! В машину марш!
Сергей, увидев жену и Марину, без разговоров выдал салфетки, завёл мотор.
Отчим у Пети появится позже. Мария поймёт многое, разберётся в себе, научится любить не только «в полёте». Пусть Петя останется с Оксаной в новой квартире будет теперь младшая сестра, Мария постарается сохранить это хрупкое, но настоящее чувство.
И когда однажды, провожая Петю на службу, он, обняв родных, скажет отчиму:
Береги маму!
Тот кивнёт серьёзно:
А ты себя, сын. Ждём тебя.
Я знаю!
