Испорченные дети
Сегодня был тот самый день, когда мама снова напомнила мне, как сильно я, по её мнению, не справляюсь с ролью взрослого человека и матери. Слова её задевают, как в детстве будто я опять в нашем питерском дворе, стою перед Валентиной Ивановной и слушаю очередную отповедь.
Ты Максима испортила! Всё ему позволяешь, вот он и сел тебе на шею! Оля, нельзя так! Ты окончательно испортила мальчишку! Как, впрочем, и я когда-то испортила тебя! Некого винить, всё сама, мама хлопнула дверцей холодильника, от чего магнит с нашей семейной фотографией сошёл на пол.
Лето, Сочи, счастливые лица Только в этот раз маму в поездку с собой мы не взяли. Обычно она ездила с нами: помогала с внуками, развлекалась, заводила необходимые знакомства, присматривала за детьми. Но не в этот раз.
Причины, по которым мы с Олегом решили поехать без неё, для мамы были всегда странны.
Мама, в этом году у нас с деньгами туго. Поедем с детьми вдвоём, а тебе купим тур попозже. Выбирай, куда хочешь.
Оля, а дети? Кто за ними присмотрит?
Макс уже большой, Настю я сама присмотрю. Отель не потянем, поедем «дикарями» снимем квартиру и будем справляться.
Ну, конечно, для меня там места нет!
И вот я стою на кухне, внутри всё сжимается. Маме не по душе санаторий в Карелии, куда мы ей выбрали тур, и где увы нет «приличной публики» и дискотек для тех, кому за пятьдесят. Для себя она всегда мечтала о хорошем отеле, где можно попрактиковать языки и встретить достойных людей.
Впрочем, этот год выдался крепким. Ремонт в маминой квартире на проспекте Тореза, мои болячки после операции, репетиторы для Максима всё это сожрало семейную казну. Мама всегда обижается, если я не соглашаюсь на её условия.
Да ты же меня не кормишь! возмущается.
Мама, ну почему я должна по сто раз объяснять очевидное? Нет денег! Я бы взяла тебя, но не получается. Мне нужно вывезти детей к морю, к тому же самой нужно просто выдохнуть после этого кошмара.
Плохая ты мать, Оля, тяжко вздыхает мама. Мне Некогда помогать. Все на мне и на Марии Сергеевне, Олегиной маме. Я вожу Настю на танцы, тебя выручаю а ты ещё и недовольна
Ма, не преувеличивай, раздражаюсь я. Макс сам ездит на тренировки, ты возишь только Настю, да и то пару раз в неделю. Вместо кружков можно сократить танцы, но ты настояла Дескать, ребёнку нужно развитие.
А теперь я виновата? мама взвилась, схватилась за сердце. Какие же вы неблагодарные! Я для вас всё, а вы…
Я устала спорить. Снова всё по кругу. Мама гордо удалилась, бросив новый купальник. Обижаться она умеет с размахом молчит, не берет трубку, а потом отвечает тоном, который сразу понятно: прости, не отстану.
Оля, если сердце вдруг замирает это к чему?
Как всегда, забыв обиды, я сразу еду к ней на дачу под Зеленогорском проверить, всё ли в порядке. После таких визитов возвращаюсь выжатая, падаю на кровать и не понимаю почему мама так со мной? Что я всё время делаю не так?
Максим тихо укрывает меня пледом:
Мам, не ходи к бабушке, она сама потом вернётся.
Как же, вздыхаю. Она ведь такая…
С детства мама была воздушной, тонкой, читала в оригинале Пушкина и Бальзака, цитировала Цветаеву и в любой ссоре могла выдать на русском, на французском, на английском. Самое страшное наказание было её тихое: «Олечка, подумай о своём поведении»
Она редко хвалила и всегда находила, к чему придраться. Помню, как учась в шестом классе, я впервые принесла двойку. Даже не дала оправдаться! А случилось всё из-за неожиданного несчастья взросления, которое мама решила, что объяснять не стоит.
Бабушка её свекровь, Мария Сергеевна нашла меня плачущей. Ей я всё рассказала. До сих пор помню: «В следующий раз думай своей головой!» только так. Я никогда не знала, в чём конкретно провинилась перед мамой.
Позже, когда я захотела поступать в мед, мама была против.
Врачи не живут, а сгорают, Оля! Как твой папа. Подумаешь, спасать людей почётно А потом остаёшься вдовой, снова слёзы напоказ.
Но я ушла в медицину, сдала экзамены и поступила. Полгода мама молчала, и вскоре я всё равно вышла замуж за Олега тоже не такого, как ей хотелось.
Вы такие разные, доченька! Олег не слышал про Булгакова и не знает, кто такой Григ.
Но время всё расставило на свои места. Олег смог с ней поладить, мы купили свою квартиру в ипотеку, пусть и через «не хочу» мамы, начали строить свой быт.
Когда родился Максим, а потом Настя, бабушки устроили негласное соревнование по «лучшему воспитанию». Мама требовала быть ближе к семье, контролировать каждый шаг.
Смерть Семёна Григорьевича, её второго мужа, ещё больше ожесточила её стала резко обрывать разговоры, требовать ещё больше внимания, обижаться на дочь за любое проявление самостоятельности.
Со временем ссоры участились. Максиму контроль надоел, его раздражали постоянные придирки. Всё чаще мама вмешивалась, командовала, а его это только раздражало.
Макс, музыка не для тебя! Учись! повторяла.
Но мы с Олегом поддержали сына, когда он захотел гитару. В очередной раз мама ушла в «глухую оборону» мороз, телефон не берёт, дверь не открывает.
И вот, стою на кухне, мою посуду. В руках кружка с надписью «Лучшая мама», которую подарил Макс лет в восемь. Я вдруг роняю её яркие черепки на полу. Внутри как будто что-то щёлкает. Сколько можно позволять маме ставить ультиматумы?
Макс! зову сына, он тут же появляется на пороге.
Мам, что случилось?
Пойдём, выберем тебе гитару?
А бабушка? с тревогой спрашивает он.
Не думай, улыбаюсь впервые за день. Поехали, это твоя мечта!
Мы купили ему гитару. И вскоре наш дом наполнился детским смехом и громкой музыкой. Настя тоже захотела петь пошла в музыкалку. Их короткий ролик мгновенно собрал сотни лайков и комментариев в интернете.
А дома стало тише и теплее. По вечерам после тяжёлых дежурств я слушаю их рассказы, понимаю: всё правильно. И пора учиться жить по-новому.
Мама молчит неделю, две… Я не звоню. Она тоже.
Но однажды в осенний дождливый день, грея руки у чашки чая и глядя через ажурный забор на соседских детей, мама вдруг понимает так больше нельзя. Примирения ждать бессмысленно, пора двигаться навстречу.
Она приезжает к нам в Курортный через пробки, долго сидит в машине волнуется, как будто впервые в жизни извинится. Захожу на кухню, готовлю обед, пою под музыку с Настей, слышу её шаги.
Мам, привет! говорю просто. Поможешь за мясом присмотреть? Сейчас дети закончат репетицию.
Мама будто тает снимает пальто. Наверху дети зовут её посмотреть гитару; Настя рассказывает, что теперь будет петь.
В какой-то миг мы понимаем: нельзя требовать, чтобы тебя слышали, если сам не слушаешь. Были и будут споры, обиды, но любви станет больше. Мы семья. А разве этого мало?
