Приёмыш
Эй, кто дома? Марина сняла туфли-лодочки и с облегчением застонала.
Красота, что и говорить, но носить их летом то еще испытание! Поддалась на внешний вид, а надо было о практичности подумать: ремешки тоненькие, впиваются, так что не передать словами!
Марина подняла обувь, чтобы поставить на полку в прихожей, и вдруг застыла. Из угла у двери за ней внимательно наблюдали два зелёных глаза.
Ты кто такой? прошептала она.
Владелец глаз словно разумел, что его спрашивают, и еще сильнее забился в угол, сел на задние лапы и зашипел.
Ясно, кивнула Марина и осторожно поставила туфли на пол, делая шаг назад. Ладно, я тебя не трону. Постою и подумаю, откуда ты тут появился Если, конечно, не против такой компании.
Кот в ответ что-то буркнул угрожающе, показав всем своим видом, что лучше его не трогать. Марина невольно улыбнулась.
Тише, грозный ты мой, сказала она, это ведь мой дом. Тут никто тебя не обидит.
Будто услышав, кот замолк, перестал шипеть и только глядел настороженно.
Марина посмотрела по сторонам в коридоре тихо, в гостиной и на кухне ни души. Это показалось ей подозрительным: обычно её встречал такой бардак, что приходилось внимательней смотреть под ноги, чтобы не наткнуться на детали конструктора или банки с краской, что обожал покупать сын.
Дверь в детскую полуоткрыта, там тоже тихо. Марина уже решила, что дома никого, но ошиблась вся троица на месте. Мальчики и Аксинья сидели на полу вокруг огромного листа бумаги и что-то рисовали.
Кто меня встречать будет? улыбнулась Марина, ловя взгляд двух рыжиков и одной тёмноволосой макушки.
На это раздалось дружное «Ой!», фломастеры разлетелись в стороны, а Аксинья плюхнулась на пол, прикрывая рисунок телом.
Мама! Не смотри!
Марина рассмеялась, театрально закрыв лицо руками.
Ладно, ладно, не смотрю. А вы мне скажете, откуда в коридоре на меня шипит котяра?
Старший сын, Максим, выразительно посмотрел на младших и поднялся.
Мам, извини, не успели тебя подготовить. Это я его притащил.
Ясно. Почему такой дикий?
У него лапа ранена. Я его у собак во дворе вырвал.
Марина тут же насторожилась:
С тобой всё в порядке? Не поцарапали?
Мам, всё нормально. Они только кота гоняли, я сам не пострадал. Это собаки Марии Петровны, не бродячие.
Этих собак Марина знала местные, четыре хвостатых бестолочи, которых нежно обожала знаменитая соседка-буря из девятого подъезда, Мария Петровна. Собаки выросли без воспитания, гуляли чаще сами по себе, потому что у хозяйки ноги больные, а расстаться с любимцами она не могла. Потому и всех во дворе предупреждали: пока Мария Петровна не появится, лучше детей на детскую площадку не выпускать. И бывало, детвору кто-то из ее собак серьезно напугивал, но стоило хозяйке выйти во двор лай быстро утихал, и споры прекращались.
Марина Марии Петровне сочувствовала, как ни крути судьба у неё была нелёгкой.
Её муж с виду приличный, в костюме, весь галантный, помогал во дворе, но дома тиран. И хоть синяков почти не оставалось, жена терпела, молчала ради сына. Сын был от первого брака, ради него всё это и терпелось, ведь хотелось, чтобы у мальчика был, как у всех, папа. Муж к мальчику относился хорошо тот звал его «папой», не подозревая, что творится за закрытыми дверями.
Всё раскрылось, когда мальчик случайно вернулся из школы и стал свидетелем семейной драмы. Подробности никто так и не узнал, а Ирина так звали соседку взяла на себя всю вину, чтобы сына не тронули. Она отсидела срок, потом снова забрала сына, обменяла квартиру на такую же только в другом подъезде. С тех пор у неё появились собаки все дворовые, спасённые, и в жизни кроме сына ей никто не был нужен.
Сын вырос, уехал работать на Север, обзавёлся семьёй. Мария Петровна навещала внуков, но жить переезжать отказалась. Достаточно и того, что была отличной бабушкой на расстоянии. От этого её характер становился только жёстче компенсировала одиночество воспитанием собак.
Детей Марины собаки Марии Петровны ни разу не трогали. По добрососедству Марина раз в неделю относила мясные косточки, сидела за чайком, с интересом рассматривала фотографии внуков.
Из всех только Мария Петровна знала, что Максим не родной сын Марины, а его история появления в семье обсуждалась только раз, когда Мария однажды во дворе, заглянув в коляску, ответила всем соседям, удивлявшимся, что мальчик темненький, а родители оба светлые:
Да хоть фиолетовый был бы! Главное человек вырастет хороший. А с кого копия, дело житейское. У Марины дед был, как смоль весь в чёрные волосы, глаза синие-синие. Я чуть не влюбилась в юности. Красавец! Вот и Максим в него, видно.
После этого вопросы к Марине у соседей исчезли. А настоящая история была только у неё и Марии Петровны.
Марина с мужем, Сергеем, долгие годы не могли завести детей. Врачи говорили: «Здоровы оба, но бывает и так. Пытайтесь, всё в руках судьбы». А судьба распорядилась иначе.
Её двоюродная сестра, Светлана, забеременела от сожителя, а мужчина сбежал, когда узнал про будущего ребёнка. Света подалась в депрессию, родные не смогли убедить её полюбить ребёнка, да ей это было ни к чему малыш был только инструментом для удержания мужчины. Светлана отказалась от сына в роддоме. Света не выдержала родов, и Максим остался сиротой.
Марина не колебалась: «Она меня растила, мы с ней крепко дружили Значит, воспитаю её сына как своего».
Оформить документы было несложно: Марина уехала «к тётке», а вернувшись, заявила, что наконец дождалась случая стать мамой. Соседи не расспрашивали в семье все так смешались по волосам и глазам, что не до правды было.
Только Марии Петровне Марина открылась:
Хорошо, что сказала, кивнула та. Храни тайну. Если для тебя он сын значит, и родной. И не вздумай себе место в матери самой отдавать. Ты мать, и всё!
Эти слова Марина запомнила навсегда.
Меж тем, в семье появлялись свои дети сначала Владик, потом Аксинья. Мария Петровна скупилась на похвалу, но всегда улыбалась, наблюдая, как рыжий и медный карапузы играют во дворе или кормят её собак печеньем.
Потом жизнь подкинула сложности: Максим стал слишком раздражителен, мог толкнуть мальчишку во дворе, драться. Младших не обижал, но чужих детей сторонку держал.
Беседы не помогали, школьный психолог сказал: «Перерастёт». Марина решила, что этого мало, и вечером пошла к Марии Петровне.
Пришла? встретила та, садись, чай пьём. Про Макса переживаешь?
Марина вдруг выдохнула с чужим человеком можно было и всплакнуть, и выговориться.
Как быть? Он замкнулся, хоть и родной, а не откроется
Молчишь давай молчать вместе, говоришь слушай. Дай ему выговориться, без наказаний. Главное узнать причину.
Я пыталась, а он молчит.
Не так спрашивала! Надо слушать. Он сам тебе всё расскажет, если поймёт, что ты за него, а не против.
В тот вечер Марина пришла домой поздно. Дети уснули, только Сергей ждал ее на кухне. В тишине она прошла в детскую и присела рядом с кроватью Максима.
Он был не похож ни на неё, ни на мужа: смуглый, черноволосый, но для Марины был родной до кончиков пальцев. Мальчик во сне обнял ее и вдруг спросил:
Мама, ты плачешь? Я больше не буду!
В его глазах было столько боли, что Марина обняла сына и попросила рассказать, что случилось.
Все говорят, что я не твой. Что ты чужая мама…
Глупости это! Марина утерла слёзы, взяла сына за подбородок. Ты мой! И ничей больше. Пусть кто угодно что говорит, главное мы с папой любим тебя. Не дери никого за эти разговоры, слышишь?
Потом Марина принесла старый альбом:
Вот, смотри. Это мой дед. Тёмный, красивый, весь в тебя. Ты на него похож. А твой цвет от рода, у нас и рыжие и светлые есть.
Максим облегчённо выдохнул. Марина чуть было не рассказала всю правду, но сдержалась не время. Главное, мальчик успокоился.
На следующий день Мария Петровна встретила Максима во дворе.
Хороший ты парень вырос, сказала она буквально несколькими словами, но для Максима этого оказалось достаточно. Тётя Маша попусту хвалить не станет.
Марина и после советов к ней ходила, а потом однажды случилось так, что на стук никто не ответил, а сквозь дверь доносился вой собак. Оказалось, Марию Петровну увезли в больницу, никому ничего не сказав.
Марина разыскала её, ходила навещать, взяла ключи и ухаживала за собаками:
Спасибо, Маришка, улыбка сквозь слёзы, только и держусь, что из-за них.
Не вы мне я вам благодарна.
Пока Мария Петровна лечилась, Максим ухаживал за собаками. Он так к ним привязался, что стал гулять с ними постоянно. А однажды пришлось разнимать своих подопечных с незнакомым дворовым котом огромным, с раненой лапой, которого дети тут же спрятали дома, чтобы маму подготовить к пополнению.
Марина смеялась над их рисунками на них кот был раза в два больше самой хозяйки.
Решили, что я так соглашусь? У меня никогда кота не было! Что с ними делать?
Мам, давай у Марии Петровны спросим, предложил Максим. Какая разница собаки или кот?
И тут звонок в прихожей уже стояла Мария Петровна, и коротко сказала:
Давайте лапу посмотрим, пригодится хозяйский навык.
Дети шёпотом спросили:
Можно нам его оставить?
Конечно, если хозяева не объявятся, пусть живёт. Кому-то же он нужен.
Кот остался. И Марина тихо жаловалась, платя за прививки, но понимала: ради детей всё что угодно. Кот, убедившись, что никто его не гонит, прижалcя к ней, на удивление быстро привык к дому. Максим ворчал, что любимец выбрал не его, а Марина только смеялась:
Чует, кто тут главный!
Вечером, когда дети улягутся, серый кот тенью проскальзывал по коридору, замирал в детской, устраивался у Максима, а Марина, поправив одеяло, шептала:
Спокойной ночи!
И ей отвечала только тишина. Значит, всё правильно. Счастье любит тишину.
Скоро настал тот день, когда Марию Петровну отправили к сыну на выздоровление. Марина взяла на себя опеку над «сворой», обняла соседку напоследок:
Будем ждать! Все ждём, даже твои хвостатики.
Та улыбнулась сквозь слёзы, а дети махали руками. Больше никто не скажет, что Мария Петровна скандалистка в ее взгляде появилось то, что не обмануть: правда за ней.
В её жизни всё ещё впереди! Появился ещё один внук неожиданный, но любимый. Был и переезд трудный, но нужный: сын купил большой дом с участком для всех собак. И по вечерам Мария Петровна ждала, когда внучка настроит видеосвязь и на экране появляется:
Привет, тётя Маша!
А огромный кот лезет под руку к повзрослевшему Максиму.
