Оля, слушай, может, вы с Катей придёте ко мне вечером? с лукавой улыбкой позвонила сестра Лена. Мой в очередной раз уехал, одна с детьми заскучала совсем.
Я потёр переносье, раздумывая над тем, какой на этот раз выбрать предлог, чтобы не ехать. Сказать про дела на работе кто поверит, суббота на дворе. Про усталость распросы, советы, нотации обеспечены. Я прикусил губу, набрал побольше воздуха и решился на ответ:
Лена, не получится сегодня, как можно убедительнее попытался выразить сожаление. Катюша прихворала, мы дома сидим, никуда не выходим.
На той стороне повисла тишина, потом донёсся тяжёлый вздох.
Жалко как протянула Лена. Посидели бы, поболтали, дети бы вместе поиграли…
Я закатил глаза: дети, конечно, поиграли бы Катя бы снова смотрела за младшими, пока мы в кухне чай пьём.
Да, прям очень жаль, киваю. Давай, как только выздоровеет, обязательно созвонимся.
Лена с минуту поахала, пожелала Кате скорейшего выздоровления, да и бросила трубку. Я уставился на экран телефона, невольно усмехаясь: весь разговор каких-то четыре минуты. Ни разу не спросила, как у меня дела, как на работе, как вообще настроение Лене нужен был только ответ придём мы или нет. Просто бесплатная сиделка для её отряда вот и весь смысл звонка.
В дверях комнаты появилась Катя внимательно посмотрела на меня:
Опять тётя Лена звонила? спросила она.
Я молча кивнул, убирая телефон на тумбочку. Дочка села рядом на диван, подогнула ноги, на лице смесь раздражения и облегчения.
Пап, я больше не хочу туда ходить, тихо, но твёрдо сказала Катя.
Я поднял брови, ждал объяснений.
Она каждый раз заставляет меня смотреть за малышами, возмущённо выпалила дочка. Бегать с ними, за всем следить, развлекать, пока взрослые болтают. А старшему-то всего пять! Я не няня, пап.
Я чуть не рассмеялся в голос: Катя, хоть и маленькая, но уже умеет чётко обозначить свои границы. Я почувствовал гордость за свою дочь.
Не переживай, ободряюще погладил её по голове. Больше так не будет.
Катя благодарно улыбнулась и пошла к себе.
Я остался на диване, глядя в потолок. Вот такая у нас семейка Лена младше меня на четыре года, а у неё уже четверо детей. Четверо! Самому смешно у меня одна дочка, и ещё неизвестно, сколько сил потребуется, чтобы вырастить одного человека, вложить всё, что можно. А Лена сразу квартет.
Голову сдавило от мыслей, я на секунду прикрыл глаза. Сестра всегда считала, что все вокруг должны помогать растить её детей. Родители Вера Николаевна и Александр Сергеевич подхватили первыми. За ними потянулись родители зятя, соседи, дальние родственники вся родня упряжкой на благо команды Лены. Все, кроме самой Лены.
Я усмехнулся сам к маминой помощи прибегал только когда совсем безвыходно: заболел, начальник грозился уволить, сил не хватало. Всё остальное сам, хоть и тяжело бывало. Но ничего страшного дочка растёт умницей, самостоятельной, характер уже в девять лет. А Лена с каждым годом проще относится к чужому времени.
Я отогнал тяжёлые мысли и встал с дивана. На сегодня сестру отбил вот уже мини-победа. Дальше обычные субботние хлопоты.
Неделя пролетела в муторной суете: работа, дом, дела. В пятницу опять звонок на экране, конечно, Лена. Я глубоко вдохнул, ответил.
Олег, как Катя? голос сестры показался нарочито заботливым. Уже в порядке?
Всё хорошо, прислонился я к стене. Бегает, как бетоном намазана.
Супер! оживилась Лена. Значит, приезжайте к нам в гости на выходные, а лучше с ночёвкой!
Я закатил глаза. Ну вот, ожидаемо.
Мне тут совсем скучно, продолжала Лена жалобно. Малыши с ума сводят, муж в рейсе
Лена, ночёвка мне не светит, вздохнул я. Но в субботу днём можем заехать ненадолго.
Пауза выдалась недовольной рассчитывала, явно, что сдастся на больший срок. Но после коротких препирательств сдалась согласилась на дневной визит.
…В субботу пасмурно, прохладно. Собрался, накинул куртку, вышел. До Лениного дома полчаса на трамвае, десять минут пешком.
Открывает, сразу тянется смотреть за спину:
А где Катя? недовольно сдвигает брови.
Занята, спокойно отвечаю. Домашку делает, у неё скоро контрольная.
Лена скривилась, будто лимона надкусила. Зашёл, повесил куртку, дальше слышу возню и грохот из детской.
Племянница строптивая стала, сестра руки скрестила. Не приходит и не пишет совсем!
Я взглянул ей прямо в глаза:
Она просто устала быть бесплатной нянькой у тебя каждый раз.
Сестра вспыхнула мгновенно: лицо покраснело, глаза сузились.
Это нормально когда старших привлекают к воспитанию младших! с вызовом заявила Лена.
Это нормально для своих детей, но не для чужих, удержал я взгляд. Катя ведь не обязана!
Лена всплеснула руками:
Ну ладно тебе, это же родня!
Но дочке всего десять лет, сжал кулак. Она сама пока ребёнок.
Лена подошла ближе, сверлит глазами, из детской уже плачет младший, а ей и дела нет.
Это ей только на пользу, пусть учится пригодится в жизни!
Пусть лучше детством займётся! не сдержался я. И вообще, у неё родных братьев и сестёр нет.
Вот и пусть с моими тренируется! Лена всё больше на взводе.
Я даже не сразу поверил своим ушам она не стесняется, совсем.
Ты слышишь себя, покачал я головой. Просто использовать мою дочь как свою сиделку?
А что такого, мне одной не справиться!
На что надеялась, когда рожала четверых? с языка сорвалось само.
Побагровела, вены на шее вздулись:
У тебя взрослая девочка! Мог бы хотя бы после школы пару раз в неделю её приводить!
Это стало последней каплей.
Ты себя не слышишь: ты перекладываешь свою ответственность на весь свет!
Просто прошу помощи!
Нет, ты требуешь! резко снял куртку с вешалки. Думаешь, все тебе должны!
Мама с папой мне помогают! Свекровь помогает! А вы такие особенные!
Маме с папой уже тяжело, они не молодеют, им бы отдохнуть.
Лена схватила меня за рукав.
Мы больше не придём, решительно сказал я и вышел, закрыв за собой дверь под её крики.
Телефон зазвонил вечером. На экране мама.
Олег, что ты натворил?! голос дрожит от негодования. Лена вся в слезах!
Мама, я сказал ей правду, сел на диван.
Какую правду?! Что тебе жалко помочь сестре?
Мама, помогать и быть бесконечной нянькой разные вещи.
Она одна Четверо на руках, муж разъездами!
Мама, это её выбор был, не мой.
Так все помогают Лене, один ты особенный!
Нет, мама. Я просто выбрал поддерживать свою семью, а не жить проблемами сестры.
Я встал, подошёл к окну зажигались огни Харькова, за которым прятался вечер.
Мама, если вам с папой нравится быть постоянно на подхвате у Лены, пожалуйста. Но я свою Катю в такие истории не втяну.
Эгоист отрезала мама.
У меня своя семья, спокойно ответил я. И главное в ней дочка и жена.
Я завершил вызов, устало выдохнул.
Ко мне подбежала Катя, обняла сзади, опёрлась подбородком на плечо.
Пап, я всё слышала, прошептала.
Я развернулся, крепко её обнял, вдохнул знакомый запах из её волос.
Всё что делаю только ради тебя. И так всегда будет.
Она улыбнулась, крепче сжала мою руку.
Знаю, пап.
Мы стояли у окна, смотрели на вечерний город. Сейчас, в этом доме, было тепло и спокойно.
Может быть, где-то на другом конце Харькова Лена жаловалась свекрови, а мама созванивалась с родственниками, обсуждая бессердечного сына. Но я сделал свой выбор.
И понял для себя главное: иногда нужно уметь отстаивать свою границу, даже если ты рискуешь потерять чью-то любовь. Главное сохранить свою правду и защитить близкого человека.
