С того самого дня, как у Миши забрали самое дорогое, он больше не заходил в свою конуру. Спал прямо на промёрзлой земле, почти не ел, даже на единственного друга Сергея не обращал внимания
Наступил ещё один ноябрь. С каждым днём становилось всё холоднее, небо покрывалось тяжёлыми облаками, а люди торопились по улицам Львова, кутаясь в тёплые шубы и обматываясь шарфами. В воздухе уже стоял зимний холод, и Миша понимал: вот-вот пойдёт первый снег.
«Когда же мне, интересно, набьют в конуру тёплой соломы? Шерсть у меня густая, но ночами уже невыносимо зябко» думал пёс, растянувшись на влажной земле у склада.
Он лениво следил, как грузчики тягают ящики, грузят в большие грязно-зелёные фуры с их вечным пыльным запахом. Никто ни рабочие, ни охрана не смотрел на старого пса.
Развалился тут! раздался скрипучий голос. К Мише подошёл охранник, только что вышедший из сторожки, чтобы покурить. Склад тебе сторожить приказано, а ты лежишь тут, как дворовый бобик Позорище.
Он бросил сигарету под ноги Мише и ушёл. Его звали Вадим ещё с щенячьих лет он терпеть Мишу не мог, всегда ставился к нему с неприязнью и даже жестокостью.
Вскоре к проходной подъехала старенькая «лада». Пёс моментально вскочил.
Ну что, дружище, живой? к нему подошёл мужчина лет сорока в тёплой куртке, с густой щетиной на щеках. Вот тебе подарок не замёрзнешь.
Это был Сергей тот самый охранник, который всегда подкормит, скажет доброе слово, по уху погладит. Даже в свой выходной собрался, купил свежей соломы на базаре и приехал под вечер.
Сергей аккуратно набил конуру тёплой соломой, достал из машины миску с горячей гречкой и кусочками мяса. Наблюдал, как Миша ел, даже миску после него забрал помыть только тогда уехал.
Ночь опустилась, двор опустел. Во сне было легче не думать о тоске ведь Миша привык, что одиночество всегда рядом.
Когда стемнело, пёс шагнул к своей конуре и вдруг замер: что-то светилось в соломе. Два ярких изумрудных огонька! Оттуда раздалось угрожающее шипение.
Миша спокойно смотрел на незваную гостью: перед ним свернулась в клубок тощая чёрная кошка с огромными, страшными глазами. В её взгляде вызов.
«Не трогай меня. Ты меня не напугаешь».
Но несмотря на грозную позу, Миша вдруг обрадовался:
«Конечно, конура маленькая, но вдвоём поместимся» подумал он, надеясь на товарищество.
Он сделал шаг навстречу, но кошка тут же взмахнула острыми, как иглы, коготками.
Шшшшш! напугала она пса.
«Ну что ж, могу и под дверью ночевать», флегматично решил Миша, свернувшись у самого входа.
Утром пёс проснулся рано, в ожидании завтрака всегда ел с большой радостью. Оглянулся: кошка всё ещё спала в соломе.
«Как же она симпатична», вдруг подумал он.
К сторожке вышел мрачный, помятый Вадим. Молча швырнул Мише какие-то хлебные объедки и ушёл.
Псу по положению полагалась нормальная еда, но Вадим ленился бросал что попало. После таких ужинов у Миши нередко болел живот, но жаловаться было некому.
Миша только начал кушать, как рядом уже сидела кошка и с жадностью грызла колбасную шкурку, словно самая хозяйская тут.
Миша был рад угостить незваную гостью, особенно такую худую.
Заметив его взгляд, кошка напряглась, но пёс молча жевал хлеб и наблюдал, ни разу не проявив злости.
«Может быть, ей и моего хлеба хочется?» задумался он, отложив кусочек специально для неё.
Весь день они приглядывались друг к другу: кошка с настороженностью, Миша с искренним дружелюбием.
Вечером Вадим снова метнул кусок хлеба, едва взглянул на кошку и заорал:
Фу, это ещё кто? Пошла прочь, ведьма проклятая!
Кошка юркнула за спину Миши. Пёс растерялся, но быстро стал огрызаться, показывая Вадиму зубы чужих к своим не подпускал.
Вадим спокойно ушёл. Его сменщик вообще на животных не смотрел.
Кошка кинула на Мишу взгляд сдержанной благодарности. А сам Миша думал: «Ведьма имя? Ну пусть будет ведьма».
Мороз крепчал. Ведьма по ночам забиралась в солому снова. Миша робко заглядывал: можно ли с ней лечь? Кошка чуть подвинялась и они подолгу спали, прижавшись бок о бок.
Никогда прежде им не было так тепло.
С тех пор они стали неразлучны вместе ели, вместе «разговаривали» по-своему.
Первый раз увидев кошку рядом с Мишей, Сергей был поражён: крошечная, без страха к псу-сторожу. Но, посмотрев на них, понял звери любят не по размеру.
Он отвёз кошку к ветеринару, вычесал её, стал подкармливать. Уже через пару недель Ведьма заметно окрепла.
Всё бы было хорошо, но Вадим твёрдо решил: чёрная кошка к беде, надо избавиться. Однажды попробовал её отравить, но Миша учуял что-то не то и не дал Ведьме подойти к пище.
В особо холодную ночь пёс и кошка спали в конуре. Кошка снова была в мелких царапинах всё норовила залезть, куда не следует. Миша заботливо вылизывал ей ухо, вдруг оба уловили незнакомый запах
Миша высунулся, забил тревогу: склад горел!
Вадим выскочил из сторожки без телефона, в панике не знал, что делать. Ведьма вдруг мяукнула прямо возле её лап упал мобильник. Вадим схватил его, вызвал пожарных, едва взглянув злобно на кошку.
Пока Вадим метался, Миша увёл Ведьму подальше от дыма, спрятался в кустах. После пожара, Вадим метнул в сторону животных враждебный взгляд.
На следующий день Миша услышал, как охранники обсуждают:
Эта кошка горя принесёт! Глаза как у ведьмы, шептал Вадим.
Ну и что теперь, лениво бросил сменщик.
В лес её вывезти и всё, предлагал Вадим.
Миша весь сжался от страха и боли. Сергей вмешался:
Совсем ума нет! Она там погибнет
Ну а что делать, пожар же случился, поддакнул кто-то.
Никто никуда её не повезёт! отрезал Сергей.
Но утром, когда Миша проснулся Ведьмы не было! Он везде её искал: и у соломы, и на проходной, и во дворе Нигде.
У дверей сторожки мелькнул тёмный силуэт Миша бросился, но то был всего лишь пакет.
Дверь в сторожку открылась:
Пришёл? Подружку ищешь? процедил Вадим. Нет больше твоей кошки. Пусть теперь в лесу сама разбирается.
Миша долго и молча смотрел на Вадима, пытаясь уловить в его словах подвох.
Через денёк совсем пропадёт, если ещё не замёрзла, продолжал тот.
У пса не было сил даже выть. Выпал первый снег. Крупные хлопья падали на его спину, лапы, морду С тех пор как у него отняли самое дорогое, Миша больше не заходил в конуру. Он спал на морозе, не ел, даже Сергея не замечал.
Миша, поверь, она сейчас в очень хорошем месте. Там тепло, там спокойно. Ты мне веришь? шептал ему Сергей, опускаясь рядом и гладя по голове.
«Ну хоть бы мне быть с ней Пусть и мне станет так же спокойно»
Утром он вяло слушал незнакомый разговор людей: говорили, что старый уже пёс, проку нет. Сказали, что нужен новый сторож. А этого списать.
Чем кончилось собрание, Миша не запомнил: ему было всё равно, кроме одного рядом больше не было Ведьмы.
Снег укрывал его пушистым одеялом. Холод уже не чувствовался. Перед глазами лишь темнота.
«Пусть глаза мои больше никогда не откроются» думалось ему напоследок.
Тишина сгущалась. Миша уже не различал ни запахи, ни холод. Вдруг где-то в темноте послышался знакомый голос:
Подъём, друг! Пора ехать со мной!
Пёс смутно помнил: тепло салона Сергея, ухабистая дорога, запахи незнакомого места.
Тоска сделала его слабым, он спал на заднем сиденье под мягкую музыку магнитолы.
Часа через два они прибыли. Сергей поддержал Мишу, помог дойти до нового, неизвестного ему дома.
Жить теперь будешь у меня, друг.
Мише было почти всё равно. Но он, видя заботу, попытался wagнуть хвостом, как мог.
Сейчас тебе станет лучше, подмигнул Сергей, открывая дверь.
В доме Миша вдруг встрепенулся. В нос ударил знакомый, дорогой запах!
С подоконника спрыгнула его Ведьма чёрная кошка, прямо к нему. Ещё не дойдя близко, Миша понял: это она!
Я же говорил, что она теперь в хорошем месте, улыбнулся Сергей. Неужели подумал бы, что я её в лесу оставлю?
К псу и кошке он уже не подходил тем было слишком много друг другу рассказать.
Весь вечер они «разговаривали» на своём зверином языке, потом уснули вместе впервые за столько дней по-настоящему спокойно.
Миша тогда задумался: что же всё-таки значит слово «ведьма»? Хотел спросить свою подругу, но передумал. Потому что понял: Ведьма это друг, и этого достаточно.
С тех самых событий я стал смотреть на мир иначе. Иногда предубеждение и одиночество могут сделать тебя несчастным, но искренняя дружба и забота способны вернуть тепло даже в самый холодный день.
