Последнее желание
Нет, домой я уже не вернусь, тяжко вздыхал Евгений, скрючившись от боли на каталке. И Яну больше не увижу. А ведь собирался делать ей предложение Но не успел. Вот за что мне всё это наказание?
Да что вы так убиваетесь, с едва уловимой ухмылкой ответила медсестра, завидев, как побледнел привезённый парнишка. Всё у вас будет хорошо.
Очень сомневаюсь, блеснул Евгений свое фирменное недоверие к медицине.
А потом, молча как сфинкс на привокзальной площади, он наблюдал, как над ним хлопочут операционные гудвины.
*****
Больницы Евгений не жаловал с самого детства.
У него это, можно сказать, наследственное: с детства его там кололи, резали и, главное, не сочли нужным извиняться за нанесённые «душевные страдания».
Да не реви ты, Женька, с прищуром произносила медсестра, силой выжимая кровь из его несчастного мизинца. Уже взрослый человек, а слёзы льёшь как девчонка на «Белом солнце пустыни». Не стыдно тебе?
Женя пыхтел, отпирался как мог, но сбежать не удавалось никак и да, было не стыдно, а обидно и больно.
На обратном пути домой он клялся маме, что в больницу больше ни за кремлевские булки, ни за «кубышку» гривен его не затащить.
Лучше уж помру, чем туда вернусь! заключал он с драмой вселенского масштаба.
Ну что ты, сынок, билась аргументами мама. Врачи ведь для того и существуют, чтобы жизни спасать!
Пусть друг друга лечат, а меня не трогают, бурчал Женя, разглядывая истыканный палец, из которого медики выжали если не пол-жизни, то пару литров нервов точно.
Стоматолог? Лучше даже не вспоминать. Крики Жени разносились по всем окрестностям, и собаки на соседней улице прислушивались: не апокалипсис ли?
В общем, любовь у Жени с медициной не сложилась с молочных зубов.
Когда повзрослев, Евгений слышал про больницу, внутренне он превращался в ежика колючки во все стороны и только бы держаться подальше от белых халатов и запаха хлорки.
Но как судьба любит шутить однажды Евгений всё-таки оказался в облочной больнице 6 города Харькова с аппендицитом.
Его перекрутило так, что Яна, ее тоже пес нашёл только другого, не Пончика, а швырготного кота по прозвищу Бублик не придумала ничего лучше, кроме как вызвать «швидку» (или, по-нашему, скорую).
Не надо скорую, само рассосется, умолял Женя, давясь стонами.
Ты совсем, что ли? У меня у самой такое было: вот так же начиналось
Так Женя вопреки собственной драме оказался в той самой больнице. Сценарий был тот же: бледный коридор, вездесущая тётенька с капельницей, одинокий вид древнего телевизора, показывающего украинский сериал про врачей, и ощущение, что тебя вот-вот понесут или на хирургический стол, или в мир иной.
Особенно вдохновляла соседняя каталка, которую двое санитара с лицами просоленных скумбрий катили по коридору. Пациент на катaлке уже точно ничего не боялся.
Всё, не судьба мне Яну замуж позвать, выдыхал Женя, но, как ему по-славянски объяснили: всё будет путём, операция плёвая, приехал вовремя, через денёк сам смеяться будешь.
И правда: усыпили, проснулся никто даже толком ничего не резал, шва аккуратнее, чем дома на подушках нитки прячут. Женька полдня проспал практически богатырским сном, иногда только на момент капельницу сменят и обратно в мозговую тьму.
Утром бац! в палате уже какой-то дедушка. Как водится, унылое лицо, пожилой и, готов Женя спорить, сейчас начнет биографию с Петра Первого рассказывать.
Не тут-то было. Старик только поздоровался и за телефон взялся: то звонит кому-то, то ругает себя, то опять дозваниваться пытается. Под вечер батарейка села, зарядки нет, а медсёстры только смартфоны и знают.
Смотрит старик на чёрный экран, а у самого слёзы как у «Москвы слезам не верит». И тут Жене стало неловко ну не расчетливый злодей, а человек с бедой, а он уже его в мучители записал.
Минут через пять Женя сел по-человечески, на койку рядом с дедом.
У вас всё хорошо? даже серьезным голосом спросил.
До сына дозвониться не могу, старик усмехнулся горько. Медсестра ему сразу звонила, когда меня в больницу привезли, но он не хочет со мной говорить. Полгода не общаемся перед днём рождения мы сцепились. Хотел он меня в дом престарелых пристроить, дом мой заглядел, а я упёрся. Не дом главное
Оказывается, попал старик с инфарктом, стабилизировали, а теперь на операцию пригласили.
Послезавтра операция, обречённо вынес вердикт. А я боюсь, до стола не доживу.
Ну вы бросьте, Женя старается приободрить. Меня вот вчера резали, ничего, живой и аппетит скоро проснётся.
Аппендикс не сердце вздыхает дед, но спорить не стал.
А я вот за собаку волнуюсь, одна осталась. Пончик зовут, поведал дед. На улице сейчас, дома никого нет. Хотел Сергея попросить, сына, но ему кроме участка с домом ничего не надо Вот и остаётся просить добрых людей. А если не получится, уж очень бы не хотелось, чтоб Пончик никуда не пристроился.
«Чудак-старик, подумал Женя. Про себя бы подумал, а не про Пончика» Но когда дед описал, как нашёл Пончика под дождём, сам без поздравлений, без родни, Евгений мнение поменял: собака действительно почти как дочь родная.
Смешной был денёк. Жена приснилась, кстати, в ночь перед днём рождения. С поводком и псом неизвестным, рассказывал дед. Утром собаку и нашёл, привязанную к перилам, весь мокрый. Простоял с ней, время искал, но никто за ней не вернулся. Принёс к себе, вот и стали жить.
Объявления потом развешивал, никто не объявился и слава богу. Пончик стал ему и роднёй, и мотивом жить.
Всю ночь Жене снилась эта собачка одинокая псина ищет хозяина, а он ходит за ней по следам и даже не спрашивает, зачем.
Проснулся Женя от того, что старик задыхался держался за сердце, хватал воздух, и взгляд у него был как у человека, который очень спешит проститься.
Врача? спросил Женя, уже вскочив.
Нет, потом Позвони сыну. По номеру на тумбочке, скажи, пусть приедет. Если не приедет пусть хотя бы о Пончике позаботится.
Женя, не забудясь, схватил листочек, позвонил по кривому почерку.
Сергей? Я сосед по палате вашего отца Василий Степанович Тут стало плохо, приезжайте попрощаться, если есть возможность. А если не получится хотя бы с собакой решите, пожалуйста. Последняя просьба вашего отца.
Помирает, что ли? В какой он, шестой больнице? уточнил Сергей.
Женя рассказал адрес, побежал за медсестрой, быстренько все объяснил, а сам обратно в палату.
Но Василий Степанович не дождался сына. Врач пришёл, посмотрел, тихо констатировал всё, последняя остановка.
Утром Сергей как ни в чем не бывало пришёл (даже без утрированной скорби).
Ну, хоть сам не мучился и то хорошо, флегматично подвёл итог он. Всё равно у меня времени не было, семейные хлопоты и прочее.
Василий Степанович просил собаку в хорошие руки определить, напомнил Евгений.
Ага, корги эту безтолковую, хмыкнул Сергей. Да кому она нужна Вот дом другое дело, надо будет риелтору позвонить.
Женя смотрел на этого «родного» сына и думал: то ли квест такой у людей, то ли холодный расчёт стал обычным явлением.
Сергей молча забрал отцовский старый телефон и номерок, хлопнул дверью ушёл не попрощавшись.
Женя лежал, думал: человеку уже семьдесят с лишним, вполне мог бы ещё до девяноста дотянуть, если бы не перекрылись такие вот семейные тучи.
А Пончик? Кто теперь о нём позаботится?
Следующей ночью Жене приснилось, как по проспекту Героев Харькова бродит Василий Степанович и тоскует по Пончику. А сам Женя в этом сне даже не пытался скрыть слёз.
Когда, наконец, его выписали, дома тоже долго ходил тяжелой тенью. Яна всё замечала сразу.
Жень, ты чего такой грустный, будто зарплату в гривнах выдали?
Да так, думаю Женя нехотя рассказал историю про Василия Степановича, сына и собаку.
А может поедем проверим, не осталась ли собачка? предложила Яна.
А разве ты не против? некоторое оживление появилось в голосе Жени.
Нет. Если Пончик жив и ждёт будем жить втроём, поспешно решила Яна.
Недолго думая, купив в магазине банку кофе и шоколадку (универсальная взятка для девушек в регистратуре), отправились в больницу.
Адрес раздобыли, и через полчаса уже стояли перед низким домиком со штакетником. Вокруг тишина, собаки не видно.
Тут выходит соседка.
О, а вы кого ищете? Василий-то ваш неделю как помер. Хороший мужик был
А собака, Пончик где он? сразу же спросил Женя.
В ночи, как помер хозяин, выл долго, со вздохом описала женщина. Тут сын был, забрал его, кричал, а потом куда увёз неизвестно. Сам с день как исчез, наверно, в город свой укатил. Говорит, пристроил собаку кому-то, но врать ему не привыкать.
Фото у вас есть?
Вот, пожалуйста, соседка достала смартфон. Красотун маленький, корги.
Попросили ещё парочку прохожих, объехали весь микрорайон без толку. Сергей номер Жени теперь занёс в «чёрный список».
Держу кулачки за Пончика, сказала Яна, хотя по глазам было видно чудес не ждёт.
Но судьба решила вмешаться. Выехали на объездную, едут, и вдруг Яна хватает Женю за рукав:
Смотри, на обочине пес сидит! Не он ли это?
Тормозят. Подходят. И что же знакомый хвост, уши, и даже уставший взгляд такой же, как у Василия Степановича
Пончик! звал Женя, и пес обернулся, как будто его ждали всю жизнь.
Женя присел на корточки, протянул ладонь. Пончик сначала насторожился, потом осторожно понюхал и увидел, что руки Жени пахнут тем самым человеком, который был ему семьёй.
Пес подошёл вплотную, уткнулся носом, и слёзы блестели не только у него, но и у Яны.
Через пять минут они уже ехали домой все втроём. Вторым счастливцем стал Евгений не зря объездную выбрали, а Пончик вообще радовался, будто его приняли в Царство Счастья.
Вот тебе и сын родной: и дом, и собаку всё бы продал, бурчал по дороге Женя. А ведь и живой человек когда-то был.
Пусть жизнь сама его рассудит, вздохнула Яна. Нам-то теперь есть кого любить.
Уже дома Женя смотрел, как Пончик растянулся на диване, улыбался и тянулся во сне лапками куда-то.
Кажется, он догадался, что снится собаке в ту ночь большой зеленый сад и голос Василия Степановича.
И пока Женя доставал заранее отложенную коробочку с кольцом, мысленно прощался с прошлым, чтобы начать новую жизнь здесь и сейчас.
В этот вечер он сделал Яне предложение прямо на кухне, среди чашек с чаем, банки кофе и счастливого, уставшего Пончика.
Такие вот судьбы скрещиваются в самых неожиданных местах.
