Михаил, вам пора. Я бы на вашем месте к врачу заглянул. Сердце проверить.
А что не так с моим сердцем?
Мне кажется, его у вас нет!
Чаку, признаться, было совершенно непонятно, почему дверь в подъезд, через которую они столько раз возвращались с прогулки, теперь оказалась заперта.
Он сидел напротив облезлой коричневой двери.
Может, ошибся? подумал он. Нет, ответил себе с уверенностью. Запах-то тот.
Нужно подождать хозяин вспомнит, зачем увозил меня машиной в лес и оставил там. Это, наверное, такая игра! Но я нашёл. Теперь жду!
Пошёл снег. Лапы Чака мерзли всё сильнее, тело предательски дрожало, даже густая шерсть не спасала.
Главное не думать о голоде. Сейчас меня увидят, обрадуются. Дадут огромную вкусную кость…
Дрожащий небольшой пёс подошёл к сугробу и начал есть снег. Вода во рту уменьшала жажду, но становилось только холоднее. Хотя куда уж холоднее.
Скоро пустят, и я лягу у белой горячей батареи. Но сначала кость. И суп. А потом можно и порычать. Я ведь понимаю это игра. Тренировка.
Я несколько ночей искал наш двор. Вчера успел проскочить в открытую дверь подъезда погреться. Проснулся утром от пинка дворника в бок. Завыл от боли и от того, что сил даже укусить этого человека не было.
Люди странные. Когда я на поводке с хозяином все улыбаются, здороваются. А одному смотрят с неприязнью. Этот вот и вовсе пнул. Теперь бок болит.
Часами Чак неподвижно смотрел на дверь подъезда. Никто не входил и не выходил. Он тихо скулил, в мыслях уже сидел сытый и в тепле.
Осталось чуть-чуть подождать. Немного…
Поднялась метель. Лап он почти не чувствовал. Свернулся клубком. Сознание, казалось, уносило прочь. Задание своё выполнил нашёл подъезд. Молодец. Теперь спать…
Виктор Михайлович был в квартире один. Дел невпроворот: телевизор посмотреть, чайку попить, потом снова телевизор, снова чай, потом поспать и опять чай…
Впрочем, на сегодня а то и на ближайшие годы расписание одно и то же. Раньше-то!..
Машинист электрички. Людей с окраин в центр города возил. Был частью огромной сердечно-сосудистой системы города. А главное был нужен.
Ладно, сам себя уговаривал, скоро весна. Рассаду посажу. Дачный сезон на носу. Перезимую ещё чуть-чуть!
Пошёл на кухню ставить чайник. Раньше в это время всегда была компания поговорить, поворчать. А сейчас, словно обманули. Поспешили, обманули бросили одного.
Чайник закипел. Виктор Михайлович привычно открыл шкафчик в поисках заварки. Пусто. Коробка есть заварки нет.
Вот чёрт! Кончилась. Пора в магазин, обрадовался новой необходимости. Быстро оделся, вышел из квартиры.
В подъезде опять лампочка не горит. Может, украли Надо новую вкрутить, решил он.
Открыв дверь подъезда и сделав пару шагов, Виктор Михайлович во что-то споткнулся и чуть не упал.
Мать твою! пробормотал он, увидев под слоем снега собаку. Снег на ней не таял.
Чак! он узнал соседского пса.
Чак, ты чего? Совсем плохо, да? Сейчас я хозяевам по домофону наберу! Виктор Михайлович бросился к домофону, набрал квартиру, где жил Чак. Никто не отвечал. Позвонил другим соседям. Те открыли:
Это вы из соседней квартиры? Не знаете, где ваши соседи из шестьдесят четвёртой? У них тут собака почти замёрзла!
Так они уехали. Развелись. Квартиру продают.
Обалдеть… Спасибо.
Виктор Михайлович снял с себя пуховик. Около пса положил. Варежкой смахнул снег, переложил Чака на пуховик. Кажется, пёс не дышал.
Вот блин, ну! Чак, дыши!
Он затащил его в подъезд, к батарее, стал греть замёрзшую шерсть. Постучал в первую попавшуюся дверь на первом этаже. Открыла соседка Нина.
Виктор Михайлович, что случилось?
Нина, тут собака Помогите, найдите ближайшую ветеринарку и вызовите такси.
Алло, Алёна?
Да, кто это?
Это из семьдесят второй, Виктор Михайлович, мне ваш телефон Нина дала.
А, здравствуйте, Виктор Михайлович.
Я по поводу Чака.
Это к Михаилу. Я этого глупого пса никогда не хотела.
Мы сейчас едем в ветклинику…
Знаете, что я сама семью тянула несколько лет? Попросила избавиться от пса… Даже этого он не смог. До свидания.
Алло, Михаил? Это Виктор Михайлович, сосед. Чак домой прибежал!
Вы ошибаетесь. Наш Чак потерялся в лесу.
Я уверен это он.
Нет, быть не может.
Ясно… Нельзя так, Михаил.
Я вас не понимаю?
Всё вы понимаете. Я рад, что у меня не осталось таких соседей.
Прошло несколько месяцев. Чак жил в новом доме. Кончики ушей отморозил, две лапы до сих пор побаливали, но ничего привык.
Чак понял: это была не игра. Вернее, игра двух взрослых, в которой ему досталась команда “умри”. В прямом смысле.
Теперь у него новый хозяин. Гуляют трижды в день, хоть и не молодой он, но чтобы не залипал у телевизора Чак гоняет его по двору.
Забавные вы, люди. Те вроде улыбались, а чуть к жизни не лишили. Этот всегда ворчит, но на самом деле добрый и заботливый. Кусать таких не надо этих надо любить!
Однажды в двери к Виктору Михайловичу постучали.
Виктор Михайлович, это Михаил. Я сейчас живу с женщиной, у неё дочка. Хочет собаку. Возьму Чака обратно. Извините, что так вышло. Сколько я вам за ветклинику должен?
Михаил, я вас не понимаю.
Сложились обстоятельства… Долги… Я мало зарабатывал…
Псу всё равно, сколько ты зарабатываешь… Чак в лесу пропал.
Виктор Михайлович, это же он, на коврике лежит…
Это Норрис, а Чака ты потерял.
Чак, ко мне!
Пёс остался лежать, даже не шелохнулся, только оскалился.
Михаил, ну вам точно пора. Я бы всё-таки к врачу советовал. Сердце проверить.
Почему вы так говорите?
Мне кажется, у вас его просто нет…
Иногда в жизни мы сталкиваемся с чужой бессердечностью и предательством. Но пока есть возможность кому-то помочь, надо это делать. Чак стал членом моей семьи, да и мне самому стало теплее на душе. Нельзя делить ответственность за свои поступки отвечаешь только ты сам.
