Воображаемая подруга
Вокруг Милены уже третий день витает целая толпа школьников. Вся школа называла её гадалкой и настоящим психологом. Все хотели получить маленькую частичку её странной мудрости. Поджидали в коридорах, подкрадывались в столовой, приносили ей конфеты, черновики с задачами и другие мелкие дары, которые она принимала с лёгким удивлением, а чаще просто отодвигала в сторону.
Мне Витя из 5-го «Б» нравится, как думаешь, у нас брак получится? нежно шептала Настя, одноклассница, прямо в ухо Милене.
Не советую. Витя только на вид весь правильный, а сам вечно за щёку жуёт одуванчики и комаров ловит, и грызла, задумчиво, кусочек баранки, отпивая чай сквозь полудрёмное молчание, Пропитания хватит, но всю жизнь на жучках и сидеть будете.
Брр! Ну а Антон? Он, говорят, отличник и на баяне учится! мечтательно захлопала крупными ресницами Настя.
Антон за котами гоняется. Банку консервную к хвосту прикрутит и носится вслед. Вырастет будет печальным, да ещё и выпивать начнёт.
Почему это? не унималась Настя.
А ты трезвых баянистов встречала? Лучше математику подтяни. И хватит ногти грызть, а то глистов подцепишь.
Павлик из 4-го «В» оттолкнул Настю так, что та просвистела вдоль скамейки.
У меня друзей нет! Все дразнят толстяком, никто никуда не зовёт!
В среду открывается запись в дзюдо у физрука, степенно, с усталой улыбкой, ответила Милена. Не похудеешь, зато дразнить перестанут. Заодно, будущую жену так не швыряй больше.
Милена поднялась и потянула поднос к мойке.
Мила, вот как думаешь, сейчас мне учиться на права идти или потом? небрежно бросила Наталья Павловна, учительница географии.
Наталья Павловна, чтобы на права учиться, нужна машина, а у вас только батина «девятка»; почувствуйте разницу.
Ну да-а Наверное
Милена пожала плечами, ополаскивая руки:
Продавайте машину, купите себе велосипед и новые шорты. Через пару месяцев всё равно автотранспорт найдётся. А лучше ипотеку оформите ставки сейчас бархатные, а в тридцать пять с родителями не дело жить. Говорю вам, как человек бывалый.
Учителя смотрели с опаской вслед Милене, пока та возвращалась к себе в класс на трудовое обучение.
За урок рукоделия она заштопала мамины брюки, ушила юбку и связала крючком пару носков, подаренных преподавательнице с припиской, что беременным важно держать ноги в тепле. Учительница тут же сбежала в аптеку за тестом. На следующее утро весь класс сладко ел домашний торт благодарность Милене.
Дома девочку словно подменили. Она отчехвостила маму за магазинный фарш, налепила сама пельменей, а вечером вместо Ютуба села за «Трёх богатырей» и разговаривала сама с собой вполголоса. Отец поглядывал из-за монитора, а Милена заметила:
Сутулишься, пап. Летом ковер выбей, вместо своих грязных сайтов.
В школе начали ходить разные слухи, учителя встревожились и пригласили школьного психолога. Провели заседание прямо во время уроков: собрались директор, зауч и прочие.
Милена, солнышко, тебя кто-то в школе обижает? начал серьезный психотерапевт в модных очках.
Меня огорчает, что школе дали пару миллионов гривен, а в спортзал купили только старого козла и два метра каната.
Все синхронно обернулись на директора, который моментально ушёл на «совещание», выскользнув через открытое окно.
У тебя нет друзей?
Дружба! протянула Милена с томным видом, Сегодня вместе бегаете в догонялки, а завтра твоя бывшая подруга моет у тебя посуду, пока ты справки для налоговой пишешь.
Какие справки? Откуда ты такое знаешь?
Подруга мне сказала.
Где она? Можешь позвать её?
Милена пожала плечами:
Она уже здесь.
Тишина вдохнула тяжёлый сон в кабинет.
А как зовут подругу?
Людмила Сергеевна.
Ей сколько лет?
Семьдесят.
Что она тебе рассказывает?
Зубы надо чистить от десны, что дворняжка под окном не злая, а испуганная, что о родственниках забывать нельзя. Ещё советует: за последние пять лет у вас налоги по квартире неправильно посчитаны надо в БТИ, чтобы пересчитали по рыночной стоимости, не по кадастру.
Психолог всё записал, последнее трижды подчеркнул.
Позвонили родителям.
Постойте! заорал отец по громкой связи. Так ведь мою мать так звали! Она умерла восемь лет назад!
Все ахнули и переглянулись.
Вот, пап, и десять лет прошло, а никто у неё даже сорняки не вырвал.
Ну Я всё хотел, да всё работа… виновато бормотал отец.
Сеанс завершили.
На следующий день семья отправилась на кладбище в Броварах. Милена бабушку никогда не встречала, о ней слышала только по обрывкам как тени в поле подсолнухов. К могиле добирались долго: мемориальные плиты, как ледяные волны, стояли там, где раньше рос сосновый лес.
Милена принесла жёлтые нарциссы и воткнула в обрезанную пластиковую бутылку. Отец пригнул кованую ограду, мама вырвала молодую траву.
Бабушка сказала: ты добрый, но за работой жизнь мимо проходит, даже со мной времени мало проводишь
Отец покраснел, кивнул, обнял дочь. Погладил выцветшую фотографию на памятнике.
Скажи, что мы всё поправим, прошептал, а потом обратился к покойнице нежно, по-мужичьи тепло.
Теперь она спокойна и не придёт больше ко мне, хотя я буду её ждать и скучать, потому что она добрая и весёлая, умная, как никто.
Всё так. Бабушка видела людей насквозь, шёпотом подтвердил отец.
Она ещё говорила: твоя капустная диета это смех. Хочешь похудеть пойди на дзюдо. И валютный вклад зря открывал: все финансовые решения надо проверять, а бетон дешевый для бани тоже ерундаМилена постояла в тишине, слушая, как весенний ветер шелестит между плитами. Где-то вдалеке крикнула кукушка один раз, другой, словно отсчитывая минуты жизни, что теперь семья проведёт вместе, а не врознь. Мама смахнула с ладони горсть земли, посмотрела на мужа и тихо сказала:
Давайте ехать домой. Только теперь пусть по-настоящему. Вместе.
Они прошли вдоль аллеи, держась за руки. Солнце пробилось сквозь пожухлые облака, и даже Милене показалось тень, похожая на силуэт бабушки, медленно растворилась среди деревьев, подмигнув ей прощально.
Дома Милена первым делом вымыла руки, уселась к столу и достала испачканный рецептой листок. На кухне зазвучали голоса, смех, звон тарелок. Впервые за долгое время запахло не просто ужином, а крепким семейным счастьем. А когда мама разлила чай, а папа осторожно подвинул коробку приготовленных пельменей, Милена чувствуя необычное тепло, прошептала:
Бабушка, я тебя слышу. Я больше никогда тебя не забуду.
В ответ где-то в глубине дома, среди книг и старых фотографий, тихо скрипнула дверь, словно кто-то невидимый пожелал спокойной ночи.
