Михаил Сергеевич, вам бы, знаете, к врачу наведаться. Сердечко проверить.
А что с моим сердцем не так?
Мне вот кажется, что его у вас вообще нет!
Шарик не мог понять, почему дверь в подъезд, в который они тысячу раз возвращались с прогулки вдруг оказалась закрыта. Давненько такого не было.
Он восседал напротив облезлой, мятой двери цвета кофе из автомата.
«Может, я ошибся?» подумал Шарик. «Нет. Не может быть, нос не обманет запахи те!»
Он был уверен: нужно подождать. Всё просто играют со мной! Хозяин специально вывез меня на машине к какому-то лесу, выбросил, теперь, наверное, гадает найду я домой или нет? Нашёл! Сижу тут, жду. Вот и весь квест. Единственное, что ноги предательски подмерзают, шерсть не спасает.
Пошёл снег. Лапы Шарика коченели всё сильнее. Он старался не думать о голоде: «Щас заметят, обнимут, кость принесут, суп нальют В общем, праздник чрева и на героическую голову!»
Трясущийся небольшой пёс лизнул снег, жажда чуть отпустила, зато стало ещё холоднее. Отправился к кучугуре, ел дальше. Наслаждение так себе.
«Скоро уж пустят, кот должен закончить свою смену у батареи, дальше очередь моя. Сначала, как всегда, кость Потом под батарею. А потом можно и поворчать на всех, для профилактики. Ладно, потерплю.»
Он вспомнил, как ночью шнырял в подъезд, чтобы согреться, проспал у мусоропровода, а утром получил в бок крепким ботинком от дворника. Заскулил Сил даже укусить не было.
«Странные существа эти люди. Пока на поводке все улыбаются и зовут погладить, один так прямо артист цирка. А сто́ит одному остаться как будто заразный!»
Шарик ещё часа два просто смотрел на дверь. Никто не заходил, никто не выходил. Он заскулил. В мыслях уже был в тёплом раю, с миской и хозяйским тапком под пузом.
«Потерплю ещё чуть-чуть»
Началась метель. Лапы не слушались совсем, Шарик свернулся калачиком возле двери, постепенно провалился в тёмную дремоту. Свое задание он выполнил, почти герой: домой добрался, лапы, правда, в минусе, ничего главное, нашёл! Можно и поспать
Виктор Михайлович сидел в квартире один. Дел вагон и маленькая тележка: чай попить, телевизор поглазеть, потом опять чай, может поспать чуток и снова чай. Всё, план минимум ещё лет на десять расписан заранее.
Когда-то он был машинистом электрички, возил людей из спальных районов в самый центр Петербурга, был важен, вливался в большой городской кровоток. Сейчас только чайник и телек в расписании. «Ну, ничего, думал он, скоро весна, рассаду сажать, потом дача, вот где будет движуха»
Чайник закипел, Виктор Михайлович привычно полез за заваркой Коробка есть, а самого чая как моих волос на голове: нет. “Значит, пора идти в магазин. Прогулка придаст распорку для позвоночника!” Он бодро натянул шапку и куртку, вышел.
В подъезде темно лампочку, похоже, опять выкрутили. “Ладно, на обратном пути вкручу новую”, решил он.
Открыл дверь и чуть не навернулся на что-то, занесённое снегом.
Ёлки-палки! пробурчал он. Под снегом оказался обледеневший пёс. Снег на нём даже не таял.
Шарик! Виктор Михайлович узнал соседского пса.
Шарик, ты чего, совсем мёрзнешь? Сейчас, подожди! Он метнулся к домофону, стал звонить хозяевам Шарика, но никто не отвечал. Позвонил соседям. Там ответили:
Да вы что, Виктор Михайлович! Те съехали, развелись. Квартиру продают, собаку вроде бы в лес отвезли.
Да вы даёте. Милосердия ноль!
Виктор Михайлович снял пуховик, укрыл им Шарика, осторожно стряхнул снег, отнёс его к батарее в подъезде. Пёс почти не дышал.
Ну-ка, ну-ка, живи давай! приговаривал он, растирая шерсть. Постучал в первую попавшуюся дверь. Открыла Нина Павловна с первого этажа.
Ой, что случилось, Виктор Михайлович?
Помогайте, собаку бы отогреть! Может, до ветеринарки дотянуть такси?
Алло, Ольга? Это Нина, у нас тут Зашевелились, собрали пса, вызвали такси и поехали в ветеринарку. Пока ехали, Виктор Михайлович звонил и бывшей хозяйке:
Ольга Александровна, это по поводу Шарика.
Это Мишины проблемы, я его ненавидела мне что эта собака!
Хмм Собак бросают, квартиры продают. Обычное дело
Я этих мужиков и так тянула, сама всё зарабатывала! Просила убрать пса не справился даже с этим! Всё, до свидания!
Алло, Михаил? Это Виктор Михайлович, сосед ваш! Шарик домой вернулся!
Не может быть, наш Шарик в лесу пропал, мы искали.
Видите, а я вот нашёл его под подъездом.
Значит, не наш
Ладно Всё понятно.
Прошло несколько месяцев. Шарик жил у Виктора Михайловича. Уши отморозил, две лапы побаливали, но жить можно.
Шарик быстро понял: никакая это не игра была. Взрослые под дудку «выживет не выживет, а нам без него спокойнее». Теперь новый хозяин пусть ворчит и бухтит, зато три раза в день прогуляться, еды тарелка, кость и тапки всё как положено.
Люди смешные. Старые заигрывались, чуть не оставили без жизни. Новый ворчит, но добрый. Тех хотел укусить, этого хочется лизнуть. Чего уж
Однажды в дверь позвонили.
Виктор Михайлович, здравствуйте, это Михаил Я тут с женщиной живу, у неё дочь, та собаку просит. Может, Шарика вы отдадите? Извините, что так получилось. Сколько я должен за ветеринарку?
Михаил, вы про что? Собаки всё равно, сколько хозяин зарабатывает. Шарика вы в лесу потеряли.
Да вот же он лежит!
Это уже Норрис. А вашего Шарика вы потеряли.
Шарик, ко мне! позвал.
Пёс даже ухом не повёл. Лишь показал зубы.
Михаил Сергеевич, сходите к врачу. Сердце обследуйте. По-моему, у вас его совсем нет!
А вы что думаете? Пишите в комментариях, ставьте лайки!
