Муж по завещанию
Высокая и громогласная женщина, вся в русских косах, окружавших её голову венком, вышла из плацкартного купе на перрон в Харькове. Сразу всех нарушителей покоя разогнала: мол, разврат тут устраивать не место! Здоровенные мужики, не моргнув глазом, подчинились что ж, русская баба если сказала, то спорить бесполезно.
Глаза у неё были ярко-голубые, щеки багровые, как зимняя румяна. Окинула взглядом очередь к туалету, где вдруг выскочил худенький, по-детски трогательный мужчина из тех, что всегда кажутся чуть потерянными. Волосы у него белесые, взгляд кроткий.
Ваня! Я уж тебя, батюшка, потеряла совсем! Гул стоит в коридоре, проводница сторонится. Думаю, не обидели ли тебя? Тут ведь люди всякие, с укором говорила женщина.
Верунчик! Да я бы… ну, того… сконфузился мужичок, пробежал мимо неё и юркнул в купе.
Вера Андреевна, а именно так звали эту женщину, смерила меня и ещё одного скучающего пассажира взглядом, но угроз не обнаружила, прошла вслед за Ванечкой и растворилась за дверью.
Позже мы пересеклись в вагоне-ресторане. Свободных мест не было, и я села к ней за столик. Ваня на горизонте не наблюдался. Отужинав мясом с картошкой, Вера представилась:
Меня зовут Вера Андреевна, по-простому Вера.
Вы одна ездите? поинтересовался я.
Муж у меня отдыхает. Не придёт уж я ему горло шарфом замотала, морсом клюквенным напоила. Вот досада, заболел в поезде! А всё потому, что выбежал ковёр трясти в одном свитере, вот простыл. Как за ним уследишь? засмеялась она.
Наверное, вы его очень любите, улыбнулся я. Вон как заботитесь и защищаете, даже раньше думали, что хулиганы, а вы встречали его в коридоре.
Вера вздохнула:
Да не мой он муж, а по завещанию достался. Вдова его первой недавно не стало… Лидия её звали. Вот и живём теперь. Он всё ещё тоскует, но вместе полегче.
Я невольно присвистнул:
По завещанию? Это как?
А вот послушай…
Ваня раньше жил в Полтаве. Был он женат на Лидии, вместе школу, потом вуз заканчивали. Ваня был такой гениальный, одарённый, но в простых делах как ребёнок. Деньги зарабатывал талантливый, прямо-таки голова светлая. Заказы от крупных компаний, в гривнах всегда водились. Но мог сдачу забыть, продукты купить не те. Всё Лида решала.
Друзья смеялись:
Лид, откуда у тебя такой муж словно и не отсюда, с другой планеты! Ты работаешь, руки в мозолях, а у него всё само собой складывается.
Лидия с юмором относилась сама всегда за Ванечкой смотрела: и рукавички сложит, и шарфик завяжет. Потом заработали и купили машину, Лида его на работу подвозила. А то был случай: таксисту не тот адрес продиктовал, уехал не туда.
Однажды Лиду положили в больницу на неделю. Вернулась Ванечка все дни питался сухарями и водой, даже чая не заварил, полуфабрикаты не тронул.
Без тебя, Лида, и есть не хочется, улыбался он.
Сын их, Андрей, вырос в отца: тоже светлая голова, но очень скромный и рассеянный. Жену себе выбрал тихую Олю, из Мелитополя. В семье за главную, по-прежнему, была Лидия : и Андрея, и невестку, и внучка Лёшеньку опекала.
Но тут Лидию сломила болезнь. Ваня растерялся: врачей лучших привёз, денег тратил не считая, но не в их власти было вылечить её.
Лидия не о себе думала, а как дальше жить мужу и сыну. Она как могла справлялась, молилась Богу за Ванечку и Андрея.
В таких обстоятельствах у них и появилась я Вера. Сестра моей мамы врач, я работала сиделкой и оказалась кстати.
В квартире у них разруха, духота, на кухне завалы посуды. Ванечка без жены словно в воду ушёл, а Лидия на кровати, вся исхудавшая, но добрая улыбка ещё светится.
Я засучила рукава: убралась, проветрила комнаты, к вечеру блинов напекла, котлеты, курицу пожарила. В доме запахло домом. Ваню с порога развернула: «В такую-то стужу без шапки! Вот тебе шубка, вот шарф! И не перечь!»
Лидия, увидев порядок, даже прослезилась:
Слава Богу, им теперь есть за кем присмотреть…
А потом, когда Лидия совсем ослабла, мы с ней разговорились. Узнала я, что Вера, то есть я, живу с сестрой и матерью в двушке, с мужиками не сложилось, но и жаловаться не привыкла.
Вера, если меня не станет, пригляди за Ванечкой, попросила Лидия. Он доверчивый, ребёнок почти. Оставляю тебе его, по сути завещаю.
От такого слов дар речи лишиться можно, но отказать не смогла. Пообещала, что присмотрю.
Лидии не стало. Я хотела уйти что скажут люди, подумают, к мужику из-за квартиры прибилась. Но слово не воробей, нарушить не могла.
Когда пришла, дома морок. Ванечка сидел на полу, сжимая халат Лидии, жалобно выл по-собачьи. Я его подняла, чаю налила, успокоила. Так и осталась.
Постепенно стала жить у него кому он нужен один? Дом ожил: я за продуктами, стиркой, готовкой, Ваня свои дела числом идет. Он настоял, чтобы я с работы ушла хорошо зарабатывает, зачем мне по чужим людям бегать? Про болтовню соседей я не переживала все кошек с улицы берут, а мне суждено о человеке позаботиться. Ласковый, благодарный человек, хоть и взрослый ребёнок. По дочери и сыну ездить помогает то Андрею, то внуку. Я-то счастлива: хотя бы на старости лет дом, семья, забота.
В тот момент дверь вагона-ресторана скрипнула Ванюша мой входит, в длинном шарфе, букет простых полевых цветов прижимая.
Верунчик, гляди это тебе! На станции у бабушек купил, тебе ведь нравятся…
Румянец у меня аж до ушей. Он мне руку на плечо я ему в ответ. Так и идём, выходим на Днепре я чемодан тяну, он сумку придерживает, чтобы не потерялся.
Вот о чём я задумался, записывая всё это в дневник: у каждого должна быть в жизни опора. Даже если ты сам сильный, самостоятельный. А если нет, ничего страшного всегда найдутся руки, которые поддержат. Только не отказывайтесь от той поддержки уж больно она бывает нужна, даже если ты взрослый умный мужик, как мой Ваня.
