Я два месяца водил 56-летнюю женщину по ресторанам. Но стоило пригласить её к себе, как дама мгновенно сбросила маску
Пять лет назад я спокойно развёлся, всё оформил и привык жить один в своей квартире на Оболони в Киеве. Холостяцкий быт борщ сам себе, книжки по вечерам и футбол по выходным. Но с каждым годом стало всё отчётливее ощущаться: возвращаться в пустой дом невыносимо. Просто тяжело.
Мне 56, здоровье пока не подводит, есть силы и желания для жизни. Решил зарегистрироваться на украинском сайте знакомств вдруг повезёт встретить человека не для коротких встреч, а для настоящей, совместной жизни. На удивление, уже в первые дни наткнулся на анкету, которая зацепила.
Лаконично, по делу: «Галина, 56 лет, вдова, ищу надёжного мужчину для серьёзных взаимоотношений».
На фотографии простая женщина, без вычурности, с тёплым, понимающим взглядом. Завязалась переписка живая, непосредственная. Я сразу дал понять: мне важна не «виртуалка», а реальное общение, поездки, быт под одной крышей, поддержка рядом. Галина была согласна, даже воодушевилась, и мы договорились встретиться в центре Киева, на Крещатике, в ближайшие выходные.
Первое свидание прошло как в хорошем фильме: погода светлая, весенняя. Мы долго гуляли по бульвару Шевченко, говорили о жизни, семье, её работе в бухгалтерии, внучках, которой она безмерно гордилась. Мне понравилась её спокойная манера Галина не тараторила без умолку, умела слушать и быть искренней. Потом я пригласил её в кофейню, где угощал и не ждал обратной инициативы тем более, воспитание у меня старое советское: уж если мужчина зовёт, ужин за ним.
Начался классический «конфетно-букетный» этап. Букеты, шоколадки и милые комплименты были за мной, но встречи приносили радость обоим. Каждую пятницу и субботу мы устраивали культурные вечера: то в театр оперетты, то в музей на Андреевском спуске, то просто длинная прогулка по Днепровским набережным, завершившаяся вкусным обедом в уютном ресторане.
За эти два месяца я истратил на всё от билетов в театр до хорошего борща с пампушками больше двадцати тысяч гривен. Но мне не жалко было: я хотел подарить женщине радость.
Галина охотно принимала мои знаки внимания. На улицах брала меня под руку, благодарила хорошими словами:
Вячеслав, с тобой я будто возвращаюсь в молодость, ты настоящий кавалер.
Мне было приятно слышать такие вещи. Я начал думать: вот оно, счастье.
Но потом появились тревожные нюансы особенно отчётливо это прояснилось в кинотеатре.
Во-первых, она ни разу не позвала меня к себе ни разу, даже на чай. Вечно находились причины: «У меня беспорядок», «Сын с семьёй приезжал», «Я так устала давай лучше встретимся на нейтральной территории». Я делал вид, что не замечаю, ждал момента, думал, что пожилые женщины просто более осторожны, боятся впускать в личное пространство.
Во-вторых, когда разговор касался развлечений, она была полна энергии: предлагала съездить в Одессу, сходить на концерт Океана Ельзи, или попробовать сауну. Но если речь заходила о чём-то чуть более личном, во взгляде появлялась суровость. В кинотеатре на последнем ряду мимолётно коснулся её руки, она моментально убрала её, отчеканила холодно, хоть и вежливо:
Слава, нас же могут увидеть.
Галочка, но тут темно, да никого вокруг!
Мне всё равно, это неприлично. Мы же не дети и не девочки из общежития.
Я счёл это проявлением достоинства, подумал интеллигентная женщина, надо поаккуратнее, с уважением. Но стало немного подспудно неприятно: ведь нам с тобой не по двадцать, и играть в целомудренность годами уже поздно.
Галина с увлечением рассказывала о здоровье: спина, давлéние, остеохондроз. Иногда весь вечер заставляла меня слушать истории о том, как «вот тут колет», или какой препарат новый для сердца ей назначил доктор. Я старался не перебивать, искренне сочувствовал, предлагал отвезти к хорошему специалисту: мол, Решетилов отличный кардиолог на Соломке. Но когда я осторожно заикнулся, что, мол, держу себя в форме, плаваю в бассейне раз в неделю, она тут же морщилась:
Вячеслав, что за авантюры? Ты в нашем возрасте только себе вредишь. Лучше сядь с книжкой, а хлорка пустое тщеславие.
Но мне хотелось жить активно видеть мир, наслаждаться жизнью, а не только телевизором.
Вчера я решил: хватит. Два месяца и так срок немалый. Пришло время прямого разговора.
Мы ужинали в маленьком грузинском ресторане на Подоле, ели горячие хинкали, пили вино Саперави. Галина шутила, смеялась, рассказывала истории о своей внучке, атмосфера была почти идеальная.
После ужина в машине, под весенним дождём, пока дворники тихо скребли по стеклу, я взял её за руку Галина не отстранилась. Я решился:
Галочка, поехали ко мне? Посидим, музыку послушаем, чаю попьём. Меня тянет к тебе, хочу быть ближе.
Она моментально сжалась, лицо стало холодным.
Слава, что ты хочешь этим сказать?
Я не намекаю, я говорю честно. Я хочу быть с тобой не только на прогулках, хочу, чтобы ты реально пришла в мой дом. Мы уже не юные, нечего играть в догонялки.
И тут она выдала целую лекцию с укором, говорила громко и с обидой:
Ты понимаешь, что желаешь? Это прилично для молодых, чтобы детей рожать, а нам зачем? Даже слышать противно, представляешь, как мы будем выглядеть У меня морщины, у тебя живот. В нашем возрасте главное родство душ и поддержка всё остальное мелко и стыдно. Я бабушка, я не обязана
Я не мог поверить, что слышу всё это. Не хотелось спорить, но внутри закипало негодование. Почему в пятьдесят шесть женщине должна быть стыдно быть любимой?
Галочка, постой. Кто сказал, что после пятидесяти жить нельзя? У меня со здоровьем порядок, и ты прекрасно выглядишь. Почему сразу хоронить себя, перечёркивать близость? Нам же обоим не хватает тепла!
Это уважаемо! отрезала Галя. Мои ровесницы живут для внуков и огорода. Приличная женщина не позволяет себе таких глупостей я не для этого на сайте сижу!
Тут я не выдержал:
Так зачем ты сама тогда ходила со мной по ресторанам, ездила на дачу, принимала все эти знаки внимания? Мне обидно и неприятно быть только развлечением на твою пенсию. Я же жилой человек, мне не нужна только беседа.
Она вспыхнула, покраснела, резко вышла из машины, хлопнув дверью. Я не стал догонять всё и так было ясно.
Теперь в душе осталась только обида и горечь. Удалил её контакт, анкету на сайте тоже.
Сейчас твердо решил: на первом же свидании чётко спрашивать женщину, как относишься к близости, к совместной жизни без притворства. Если опять пойдут лекции про старость, внуков, стыд и «приличие» благодарю за кофе и ухожу домой.
А вы что думаете нормально ли мужчине в пятьдесят шесть хотеть любви, отношений и близости? Или это действительно стыд и нелепость, как считает Галина? Почему женщины заводят анкету для знакомства, если считают, что настоящая жизнь уже прошла?
