Сломанная кукла
Машенька, да это же волшебство какое-то! Леночка просто сокровище! Такой голос заслушаешься! Я, между прочим, не первый год в Мариинском бываю, так что, считаю, могу экспертное мнение озвучить. Ленка должна петь там! Вон там, где дивы только и водятся!
Белла, ты меня прямо засмущала! Спасибо, что Ленины старания так оценила. Она столько училась, столько работала И вот «Кармен», успех! Ну что за счастье!
Чудесно, чудесно! Мария, слушай, вот теперь, когда Леночка свою вершину взяла, надо бы уже и о будущем подумать? Ведь понятно, что она у нас соловей, но и соловьихе уют нужно, и гнездо с птенчиками!
Я не знаю, Белла. По-моему, сейчас не время. Она еще молодая, а сегодняшний успех это только ступенька.
Маша! Вячеслав уж давно с чемоданчиком наготове! Сколько же он еще будет ждать? Любит Лену, оторваться не может, а мы палки в колеса вставляем их счастью! Белла Борисовна встряхнула платочком, подвытирая глаза. Кто мы такие, а?!
Мария Ильинична предпочла в ответ заткнуть уши внутренней ватой. С Беллой спорить что ветряные мельницы бить. Терпения хватило бы и на Транссибирскую магистраль.
Белла, знакомая Мари, кажется, со времен ледникового периода, умела добиваться своего с завидной настырностью. Не было случая, чтобы ей отказали. С детства желала и брала, а отказ повод заболеть «по-настоящему»: сопли, слезы, жалость к себе. И вот, новая кукла Лиза, из поездки Машиного папы в Харьков, изящная, кудрявая. Маша души не чаяла чай пили вдвоем, шептались, платьица обдумывали. А Белла, первый раз увидев Лизу, прямо заболела ей: «Отдай!» не вышло, Маша не дура. Белла приуныла, закашляла, задрожала, до температуры. Маша пожалела и принесла Лизу, думала, иначе нельзя ведь ребенку плохо!
Принесла и пожалела в тот же миг. Слезы Беллы как водой смыло, лишь кукла оказалась в руках. Старую Катю, что с одним глазом, за ногу и в угол!
Теперь живи тут!
Детское сердце иной раз мудрее взрослых. Маше было жалко Катю, прям до слез. Выпросила у Беллы ненужную, забрала к себе, причесала. Лиза уже стала для Беллы старой через месяц, и однажды Маша увидела, как кукла валяется животом вниз в том самом углу. Забирать подаренное не по-людски, решила Маша. Катю спасла и на полку себе, на память о мире, где новых кукол любят только до первой новой.
Это потом, взрослой, Маше стало понятно: с людьми доверять нужно бережнее, чем с куклами могут выбросить, как не понравишься.
Но Белла оставалась соседкой, больше ровесниц во дворе не водилось, а ведь подруги нужны. Решила Маша не злиться, мало ли, жизнь длинная
Дом этот достался после смерти Юрия Петровича, Маша дедушку почти не помнила, но имя произносили шепотом особая значимость. Чем дед занимался, выяснилось позже: разведчик, не иначе. А потом еще и отец Машин ушел рано. Врачи у нас, конечно, не переведутся Только своего здоровья не берегут.
Теперь все сами, вздыхала Мама. Как? Не знаю.
Почему?..
Всю жизнь за папами. Дедушка решал всё, потом твой отец
Мама, ну это уже патриархат!
А что делать, дочка? Богатство не принесла, фамилии знаменитой тоже. С детдома. Мне детдом домом и был. Зато воспитывали любили, но сурово, не сюсюкали. Лишнего не обещали, к жизни готовили
Ты меня боишься?
Боюсь, Машенька. Всегда. Ты ведь единственная.
Отец Маши с детства учил самостоятельности, твердо стоять, не ныть. И дед, и отец своих жен в семью не без труда приняли, но уважали.
Когда Маша с будущим мужем познакомилась, нелепо на главной улице Новосибирска, каблук сломался, ревела а сапоги не свои, на всех в комнате трое туфель на шестерых, размер неважен ватой донабить.
Муж Машин был человеком со связями умел с народом общий язык найти. Даже с местной гопотой как-то слово за слово, а уж стань и погладь. С дедом поладили не сразу, но, как сказал дедушка: «Выбор твой», все стало ясно.
Потом рождение Маши. Учились по книжкам, на подруг не надейся, муж в больнице ночует, а дома младенец. Дед, случайно оказавшись дома, снял с Маши весь груз: забрал внучку, а невестку наконец спать отправил и ловко запеленал, умывал по всем правилам. Вот уж кто не робел! С этих пор и стала Машина мама Оленькой принял ее домой по-настоящему.
Папа был бы горд!
Это потом для Лены, когда она появилась на свет, фраза эта стала девизом. Отец Лены погиб, когда ей не было и года. На фото улыбался незнакомец «это твой папа», утверждала бабушка.
Мама Машина, Ольга Ивановна, никогда себя не жалела поменяла работу в столичной клинике благодаря хорошему слову друга семьи. Квартира осталась дедушкина Лене, на будущее. Сдавать чужим в голову не пришло родное не для чужих ног.
С Беллой Маша сохраняла отношения больше из-за такта, чем по особой любви. Белла уехала под Киев, муж построил мастерскую, сын вырос в гения кисти. Белла твердила: «Леночка должна выйти замуж за своего круга!» гены и таланты, всё такое. Маша лишь вздыхала. Бывали «разные ягоды»
Вячеслав, Слава, обожал заботу, отвечать за что-то был не приучен. Ленка же включала свою внутреннюю «лягушку»: барахталась, как умела. На сказку про лягушек её и затянуло в детстве.
Но самый курьез в том, что в итоге Лена сама влюбилась в Славика. Вот так бывает из «просто сосед» в «любовь всей жизни». То ли смех, то ли грех.
С ним было легко как шарик воздушный, весь из свободы. Схватил за руку: «Картуны в Сочи!» и поехали! Кататься на лыжах Лена не умела, но ради Славика купила экипировку, надела ватные штаны.
Первый раз понравилось люди веселые, Слава рядом, Леночка почти счастлива. Лыжи не для нее и Слава этого не понял. Насупился.
А зачем приехала тогда?
Потому что ты тут, сквозь слёзы ответила Лена.
Потом был «прекрасный» момент: Слава на колено, кольцо блестит, компания «горько!» орет, шампанское льется. Свадьба, как положено мама в растерянности, будущая свекровь в ажиотаже.
Жизнь и пошла: Лена поет, Славик рисует. Но Белла всё недовольна: где внуки? «Лене пора рожать!» вечная пластинка.
Творчество деле хорошее, но дети важнее! Пока силы есть помогаем, потом поздно будет!
Лена хотела детей, но Славик был против категорически:
Мама, только не говори! Не хочу этих спиногрызов, чтобы мастерскую мне разносять! Я жить хочу!
Для Лены это был удар оказывается, не все как в сказке. Разговоры с мужем ни к чему не вели искусство стало полем битвы. Белла требовала: «Внучка!», Лена плакала в подушку.
Ты как не женщина, а кто? У всех как у людей, а у тебя сплошные арии в голове!
Самое обидное, что Лена и не фактурой, и не характером не подходила под стереотип Беллы.
А потом судьба решила поискать приключений: поездка в горы спустя год та самая роковая лыжня. Слава настаивает: «Кататься, кататься!». Лена сдалась. Итог авария, больница, слезы.
Маша герой нашего времени вытащила дочь из небытия. Врачи руками разводили, но Маша сдалась не собиралась: «Не на того напали. Своих не сдаю!» Лена, превозмогая, заново училась ходить, хотя петь уже не могла голос пропал.
Слава исчез, прятался за выставками, мама и бабушка остались плечом к плечу. Стольких пытались переубедить, но смысла не было:
Не нужна им кукла со сломанными ногами, мам. Не нужна им Катька
Не дам тебя Катькой сделать! вскинулась Маша.
Время проходит быстро. На Новом Арбате молода и красива, чуть прихрамывая, Лена теперь ведет за руку мальчика, кажется своего. Бабушка появляется из-за угла, радости в глазах полные банки.
Мои хорошие! Как по вам соскучилась!
Ну как? Отдохнула?
Ох, не поверишь Беллу встретила!
Как там она?
В страданиях. Славик один, внуков нет жизнь не удалась
А ты ей что?
Промолчала, Леночка Пусть живёт, как живётся. Жалко мне и её. Но, если честно, счастья у нас сейчас вдвойне. Посмотри какой красавец!
Лена берет мамину руку и, улыбаясь, прикладывает к животу:
Хочешь новость?
Только не пугай!
Мам, ты станешь бабушкой дважды! Как тебе?
Да ладно!
Ты рада?
Да я счастливей тебя, дочка Счастье бывает слишком большим?
Не знаю Знаю только, что мы его заслужили. Мы не куклы. Мы самые настоящие.
Я же тебе говорила, Лена Ты не Катька.
Конечно, мама. Конечно, нет.
