Я забеременела, когда мне было всего 16 лет, ещё учась в школе. В нашей маленькой деревне это вызвало настоящий переполох. Люди косились на меня, перешёптывались за спиной, а родители стыдились выходить на улицу. Отец взгляд от меня отводил и однажды бросил:
Лучше бы ты не родилась вовсе, чем таким позором семью покрывать! Уезжай к бабушке, не могу смотреть на тебя больше.
Я уехала к бабушке в соседнюю деревню, где она жила на самом краю в старом деревянном доме. Там зимой было стылко, да и вообще неуютно, но я молча терпела. Самое тяжёлое пришлось на последние месяцы: никто не присматривал, никто не помогал. Когда начались схватки, скорая чудом успела доехать, но я справилась родила сына и растила его, как умела, в бабушкиной избе.
Все говорили: ищи мужа, одной тяжко будет. Но мне этого не хотелось, я жила ради сына, работала, копила на чёрный день. Когда Павел вырос и поступил в институт в Харькове, я тоже решила ехать на заработки, выбрала Италию.
Раньше ни за что бы не согласилась бросить ребёнка, но настало время. Работа в чужой стране показалась настоящим благом по сравнению с деревенскими заботами. Я ухаживала за пожилой синьорой, она относилась ко мне по-доброму, даже давала по 100200 евро сверху, просто так, за усердие. Благодаря заработку за несколько лет я купила сыну однокомнатную квартиру в Харькове и смогла его обеспечить.
Деньги, правда, сильно изменили Павла он стал реже навещать бабушку, отношения остыли. Меня это ранило, но я не жалела исправно высылала ему по 500 евро в месяц, а остальные средства копила на собственное жильё. Возвращаться в ту полуразвалившуюся избу не хотелось. Прошли годы, Павел женился. Конечно, я оплатила свадьбу, помогла с обустройством. Думала, уж сейчас-то смогу позаботиться о себе
Однако за пять лет у Павла родились двое сыновей, а как началась война невестка снова забеременела. Мне пришлось продолжать помогать деньгами. Всё же удалось собрать 20 тысяч евро хотела купить себе небольшую, но уютную однокомнатную в Одессе. Моя давняя подруга продавала как раз такую, с ремонтом, мы договорились.
Летом я приехала, чтобы оформить сделку у нотариуса, но тут Павел ошарашил меня:
Мама, мы продали вашу квартиру и купили дом. Сделали первый взнос, дай денег на второй.
Что за деньги?
Ещё 18 тысяч евро.
Павел! Я собиралась квартиру для себя купить!
Мама, ну как так! Мы с детьми не можем в однушке ты же понимаешь. Надеялся на тебя
Почему ты сам не копил? Даже не предупредил. Нет, ищи средства сам, я уже договорилась. Могу помочь немного позже, но всю сумму не дам.
Тебе всё равно на внуков?!
Конечно, нет. Я годами по 500 евро переводила могли бы отложить. За это время вполне накопили бы!
Тебе быстро удастся собрать на жильё заново. Всё равно опять поедешь в Италию.
А если что случится? Если срочно вернуться придётся, заболею? Где жить мне?
У бабушки в деревне!
Ну так сам с детьми туда и поезжай!
Я твёрдо решила не отдавать сбереженное, не могла рисковать своим будущим. Павел сильно обиделся, перестал со мной общаться. Слышала, что одалживал где только мог. Но разве я должна снова всё отдавать? Сколько можно?
Вот так вспоминаешь, как нелегко доставались эти деньги, а потом вопрос: обязан ли ты помогать своим детям всю жизнь? Или когда-то наступит время подумать о себе?