У нас с Аркадием странный, как в затуманенном сне, брак фиктивный. Всё смешалось и закрутилось, как в калейдоскопе: Аркадию женитьба необходима была не ради любви, а ради повышения на службе. Ведь он трудится в огромной, словно гигантская матрёшка, компании, во главе которой стоит могучий Семён Антонович патриарх внушительного рода, отец шести взрослых дочерей, дед десятка шумных внуков. Для него «холостяк» не просто слово, а почти страшная ругань, зловещее, как февральский ветер. Если кто-то из сотрудников без кольца на пальце его имя теряется среди снегов, а карьера тает, как первые сугробы весной.
Аркадий это вовремя почувствовал, понял, что жить ему надо женатым, иначе все ступеньки вверх ускользнут из-под ног, и останется он в коридорах компании, как забытый чемодан на вокзале. После долгих размышлений он предложил мне замужество, такое эхо дружбы ведь мы с детства как две нитки на одном пальто. Наши мамы вместе на лыжах катались, на даче чай пили с малиновым вареньем. В школе всегда одна парта, делили радости и отметки: он мне задачки объяснял, я ему запятые расставляла. Он знал, что я не стану претендовать на его хрущёвку на Позняках, не сползу к разделу чайников и ложек, коли дойдёт до развода.
Я согласилась удивительно легко, как будто этот замысел пришёл в ночном тумане. Моя душа тогда была разбита: после трёх лет рассталась с возлюбленным. Такой пустой была внутри, что фиктивный брак казался спасительным настоем от тоски. Да и показать себе и всем: я замужем за интересным, с джипом и трешкой в центре Днепра и пусть бывший кусает себе локоть, а я летаю выше облаков. Перед подругами блеск: вот она я, в порядке, как будто на фестивале вареников.
Так интересы наши закрутились, как в водовороте, и в будний серый день, завернувшись в свои мысли, мы с Аркадием без фанфар заходили в дряхлый райотдел ЗАГСа. Не было ни лимузинов, ни свадебных платьев, ни голубей на фоне медленно ползущих облаков. Только подписи в тетрадке и кольца, легкие, будто мелкие пузырьки в квасе. Я даже фамилию сменила на Турчук звучит загадочно, снами навеянно.
Ожидания наши сбылись как по волшебству: уже через месяц Аркадий стал заведующим огромного отдела, и все хлопали в ладоши. Для моих родных этот замужний статус превратил меня в героиню бала. О, как цвели мои щёки, когда вечерком я получала сообщения от бывшего: Счастья тебе… я думал, мы еще будем вместе. Вот так! Потерял теперь лей свои слёзы в майонез.
Всё сложилось даже лучше, чем мы мечтали. Я, словно в тумане, переехала к Аркадию, чтобы всё выглядело правдиво. Субботнее утро, тёплый свет в окне, а я кружусь на кухне, готовлю омлет, сырники, кофе с молоком. Кажется, что за окном расцветает Киев неизвестно какого года и ни на минуту не прекращается весна настоящая, как полёт скворцов. Мысли мои прыгают: навестить родителей, протереть полы, включить стиралку, придумать, что поставить к субботнему столу может быть, отбивные, борщ, пиццу, салат Нежный. Всё, как у обычной хозяйки: забытые списки, горячая печка, раздолье дел.
Всё удивительным образом складывается: вот уже тринадцать лет, как мы в этом странном, как перепутанные улицы снов, браке. Дочурка Катюша совсем скоро за ручку войдёт в первый класс. Сынок Ярик заканчивает пятый и приносит одни пятерки прямо вылитый отец, самый настоящий, живой, почти волшебный.
Совсем не скажешь, что у меня фиктивный муж. Всё перемешалось, как зима и весна в одном ночном сне, и иногда кажется, будто это вовсе не моя жизнь, а чей-то приглушённый, удивительный сон.