Они смеялись над её выгоревшей шубой, пока не увидели правду
В том смутном и зыбком мире, что пахнет свежей сметаной из-под Кировоградской коровы, где за иконой спрятан кошелёк, никто не помнит, кто ты есть но зато все замечают, что у тебя на плечах. История эта выскользнула из подворотни города Днепр, где новый гостиничный дворец с башенками утопал в золотых отражениях хрустальных люстр.
В янтарном зале бриллианты разламывали свет пополам. София, в платье цвета спелой рябины, разливая кагор в пузатый бокал, шепталась с Ильёй, своим спутником из банка. Их хихиканье перекатывалось по резонансному мрамору до того момента, как на пороге появилась тихонечка, как мышь, девушка с коротким именем Варвара. На ней была потертая, выцветшая шуба из каракуля и московские валенки с затертым орнаментом.
София, выпятив тонкие губы, закрыла ей проход и пронзила взглядом Варварыны валенки; губы её скривились, словно лимон упал в сметану. Илья, наклоняясь ближе, прошипел Софии в ухо:
**«Ты глянь, это что, прачки из коммуналки не врубились, где для них вход?»**
София переступила вперед и с уверенностью петуха сказала:
**«Милая, бесплатные булочки с маком раздают на базаре за углом. Ты портишь атмосферу нашей встречи».**
Но Варвара не отвела взгляда и будто вросла в мрамор. В её ледяной тишине стояла сила, о которой все в этом зале отчаянно забыли.
Тут, как по сигналу, к ним подошёл степенно седой мужчина в костюме с украинским гербом на перстне, господин Романенко, хозяин фонда. Он не взглянул даже на Софию и Илью, чьи лица вытянулись в ожидании поклонов. Он остановился перед Варварой и почтительно наклонил голову:
**«Госпожа Коваленко! Примите извинения, ваши чартерные рейсы из Киева прилетели слишком рано. Договор о покупке акционерного общества ждёт вашей подписи».**
В этот момент время потекло вспять: София застыла, рот открылся, и из его глубины выкатился почти неслышный вздох удивления. Бокал, холодный от вина, застучал о мрамор, рассыпав звенящее эхо.
В финале, не снимая старинной шубы, Варвара спокойно взяла ручку из рук ассистентки и размашисто расписалась в документах.
Поворачиваясь к онемевшей Софии, Варвара сказала, будто через сон, откуда-то из глубины льдин:
**«Кстати, София, теперь это не ваше мероприятие. Я только что стала хозяйкой этого дворца и вашего банковского холдинга. Ваша атмосфера больше не входит в мои желания. Охрана, сопроводите этих людей…»**
Илья и София застыли на фоне витражей, пока охрана, удивительно приветливо и по-доброму, попросила их выйти в туман за калиткой.
**Мораль:** На чужой шубе не уедешь а под ней может быть человек, с которым завтра придётся делить весь мир, даже если осколки бокала останутся в памяти навсегда.
