Дневник. Мне 51 год. Девять свиданий за месяц с разведёнными женщинами 45+: почему я всё ещё один
Иногда мне кажется, что годы идут, а жизнь, словно в замедленной съёмке, превращается в повторяющийся эпизод. Три года назад я разводился с уверенностью: полгода и у меня появится новая женщина. Живу в Харькове, есть своя двушка, работаю инженером на предприятии, вредных привычек не приобрёл, скандалов и авантюр не ищу. Что, казалось бы, ещё нужно? Мне было тогда сорок восемь, и я искренне верил, что не останусь в одиночестве.
Теперь мне пятьдесят один. Я возвращаюсь в тихую квартиру, где запах старой книги, тикают часы, а из кухни слышен только собственный чайник. Не потому, что не пытаюсь. За последний месяц у меня было девять свиданий с женщинами 45+. Все они самостоятельные, ухоженные, бывшие в браке, знают, чего хотят (или, по крайней мере, уверяют в этом в своих анкетах). Но, кажется, не в возрасте и не во внешности всё дело.
Свидание 1: Екатерина, 47, экономист. Познакомились на сайте. На профиле простая, но приятная женщина, без эффектных фильтров и прочей мишуры. Она написала первой, переписываться было легко. Встретились в кофейне на проспекте Науки. Екатерина пришла ровно вовремя, заказала зелёный чай, села напротив и, улыбнувшись, достала телефон:
Саша, я подготовила список вопросов, не хочу зря тратить время.
Открывает заметку в телефоне и начинает: «Вы готовы к совместному бюджету?», «Примете ли мою ипотеку?», «Хотите ли завести детей?», «Как относитесь к переезду?», «Сколько гривен даёте детям, и как часто общаетесь с бывшей?»
Почти полтора часа я честно отвечал на всё, чувствуя себя экзаменуемым. Мой вопрос о её увлечениях она отнесла к «позже». В конце закрыла блокнот, вежливо поблагодарила и ушла. Больше она не писала. Кажется, не прошёл
Свидание 2: Марина, 48, учительница украинского языка. Очень теплая, простая женщина. Мы гуляли в саду Шевченко. Всё шло неплохо, пока я не рассказал о своей любви к кино:
А мой бывший муж терпеть не мог фильмы, всегда твердил, что это для бездельников.
Каждая тема шлейф, напоминающий о бывшем. Машина? «А мой боялся даже заводить». Жильё? «А мой до сорока маму не покидал». Планы на отдых? «А мой жадничал даже на билеты в Затоку». Я понял: я для неё не мужчина, а всего лишь фон для старых обид и сравнений. Ей нужен антибывший, а кто я на деле не столь важно.
Свидание 3: Анна, 49, дизайнер интерьеров. Модная, с изящными аксессуарами, мягким парфюмом. Полчаса всё было замечательно говорили о работе, путешествиях, книгах. Но потом вдруг она сказала:
Мой бывший тоже так любил рассказывать, а потом всё оказывалось ложью.
И пошло-поехало: как он не ценил, не помогал, не выполнял обещаний. Каждую мою реплику Анна оборачивала своей печальной историей. Бывший муж был с нами в кафе невидимка, тень, что заслоняет будущее.
Свидание 4: Светлана, 50, бухгалтер. Всё в ней говорит о порядке и железной логике. Встретились у метро «Архитектора Бекетова». Я пытался разрядить обстановку шутками, но она только кивала «понятно». На вопрос о хобби ответ «работа», в выходные «уборка». Почему ищет отношения? «Стабильность нужна». А любовь? Пожала плечами: «В нашем возрасте это роскошь, главное надёжность». Рядом с ней чувствуешь себя скорее шкафом-купе, чем партнёром.
Свидание 5: Ирина, 51, руководитель офиса. Самоуверенная, настояла на дорогом ресторане в центре. С первых минут приступила к «разъяснительной работе» ей нужен мужчина, который зарабатывает не меньше 40 тысяч гривен, дважды в год обязуется отдыхать вместе, не мешает её карьере, знакомится с её взрослыми детьми через три месяца и полностью принимает её привычки. Слово «должен» она употребляла чаще, чем моё имя. Не отношения контракт с пунктами мелким шрифтом.
Свидание 6: Оксана, 46, менеджер. Яркая, молодёжная, с шутками и смехом. Казалось глоток свежего воздуха. Но уже через двадцать минут понятно: ей не мужчина нужен, а папа. «Ты умеешь чинить проводку? А машину мне подгонишь? В финансах разбираешься?» Хотелось заботы, чтобы кто-то всё решал, и при этом самой можно было «быть слабой». Стоило намекнуть на самостоятельность, как последовала обида: «Вот вы, мужчины, не хотите заботиться». Я ощутил мне не по пути с ролью взрослого опекуна.
Свидание 7: Тамара, 46, бухгалтер. Человек-невидимка. Первые двадцать минут неловкое молчание, затем лавина жалоб: как муж ушёл к молодой, как растила детей одна, как жертвовала карьерой ради семьи, как теперь даже дети не звонят. Я пытался подбодрить, но ей нужен был не разговор, а выговориться, вывалить чемоданы боли кому угодно. К концу встречи я ощущал себя выжатым лимоном.
Свидание 8: Лариса, 52, врач. Всё четко: пришла раньше, сразу выбрала уголок. Я заказал капучино услышал лекцию, зачем в нашем возрасте пить чёрный кофе без молока. Уточнил историю заметила несостыковки в деталях. Сказал, что засыпаю за полночь тут же поучение о вреде. Всё, что я говорил или делал корректировалось, сверялось с неким внутренним регламентом. Я ясно увидел: меня ждёт тотальный контроль от рациона до круга общения.
Свидание 9: Валентина, 53, психолог. Думал, вот наконец человек, умеющий слушать и понимать чувства. Хватило минут пятнадцать. Стоило сказать о любви к тишине тут же диагноз: интроверт с избегающей привязанностью. Развод три года назад? Значит, травма близости. Заказал стейк «классика, компенсация внутренней неуверенности». В конце сообщила: я интересен, но явно не готов к «осознанным отношениям». На этот раз даже не стал спорить устал быть случаем для чужого анализа.
Сижу дома на кухне с чаем, перебираю в памяти лица, голоса, жесты. Ощущение простое: никому на самом деле не был нужен человек с его плюсами и минусами, с болями и мечтами. Кому-то нужен был исполнитель чек-листа, кому-то антипод бывшего, кому-то бесплатный психолог или папа, живой шкаф или просто удобный случай.
Всё больше понимаю, что дело не в возрасте и не в цифре в паспорте. После сорока пяти за плечами у всех разводы, дети, болезни, разочарования, свои нерешённые истории. Проблема не в «чемодане» за спиной, а в том, что мало кто готов с этим работать сам. Проще попытаться нагрузить своей болью другого, чем честно в ней разобраться.
Хуже ли мужчины? Нет. У нас тоже свои грузы невысказанные обиды, страхи, привычки, комплексы. Просто мы меньше этим делимся на первом же свидании, чаще всё таскаем внутри и стараемся не освещать прожектором. Хотя скрывая не значит, что их нет.
Иногда ловлю себя на мысли: может, вся суть в том, что в зрелом возрасте мало кто честно смотрит на себя и свои раны, готов работать над собой, не требуя от другого полного исцеления.
Вопрос к себе и к тем, кто прошёл через разводы и одиночество: возможно ли в пятьдесят с лишним строить что-то настоящее, если честно смотреть в зеркало и не перекладывать свою боль на плечи другого? Как у вас получалось справляться с грузом прошлого своим или чужим? Узнаёте ли вы себя или своих знакомых в этих историях?
В такие моменты особенно хочется человеческой теплоты не чек-листа или роли, а простого доверия: как есть, и я такой, какой есть.
Что ж, завтра новый день. Может, будет новая встреча или я подарю себе вечер с книгой. А пока я беседую с собой самый честный мой собеседник.
